Деятельность военных комиссариатов в Пензенской губернии в 1918—1920 гг.

image_pdfimage_print

Аннотация. В статье рассмотрены вопросы становления военкоматов в Пензенской губернии в первые годы советской власти, показаны их деятельность по призыву граждан в ряды Красной армии, экономические и организационные сложности при налаживании повседневной жизнедеятельности.

Summary. The article discusses formation of military recruitment offices in the Penza province in the early years of the Soviet power, showing their activities on citizens’ recruitment into the lines of the Red Army, economic and organizational difficulties in establishing their daily activities.

ПОЛЯКОВ Роман Юрьевич — начальник кафедры Пензенского филиала Военной академии материально-технического обеспечения, полковник, кандидат технических наук, кандидат исторических наук, доцент

(г. Пенза. E-mail: r.u.polyakov@mail.ru)

 

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ВОЕННЫХ КОМИССАРИАТОВ В ПЕНЗЕНСКОЙ ГУБЕРНИИ В 1918—1920 гг.

 

Разрушение российской государственности после октября 1917 года привело и к упразднению органов местного военного управления — воинских начальников и воинских присутствий, ведавших вопросами, связанными с выполнением воинской повинности. Теперь вся военно-мобилизационная и учётно-призывная работа сосредоточилась в военных отделах Советов, что фактически вело к ликвидации централизованной системы комплектования Вооружённых сил. Понимая необходимость воссоздания централизованного военного аппарата со строгим подчинением нижестоящих органов вышестоящим, Совет народных комиссаров 8 апреля 1918 года издал декрет, которым на местах, в том числе и в волостях, чего не было и в дореволюционной России, учреждались новые органы военного управления — военные комиссариаты (военкоматы)1. К концу 1918 года на территории РСФСР были сформированы 7 окружных, 39 губернских, 395 уездных и около 7 тыс. волостных военных комиссариатов.

Однако работа в этой сфере военного строительства развёртывалась с большим трудом. В ряде городов и губерний руководители Советов продолжали упорно держаться за изжившие себя военные отделы и отказывались создавать военные комиссариаты. Стремясь быстрее закончить начатую работу, Народный комиссариат по военным делам (Наркомвоен) учредил под руководством Н.И. Подвойского Высшую военную инспекцию (ВВИ), в обязанности которой входило также разрешение всех возникавших на местах спорных вопросов по организации и формированию войск и военкоматов2. Между прочим, одним из таких «камней преткновения» стало решение о назначении военными руководителями исключительно бывших офицеров, мобилизованных в Красную армию новой властью. Определённую роль в ускорении работы по созданию военкоматов сыграла и телеграмма ВЦИК, направленная 18 мая 1918 года всем губернским, уездным и волостным Советам с требованием в недельный срок выполнить указания декрета от 8 апреля3. При этом подчёркивалось, что «всякое промедление будет рассматриваться как прямое неисполнение декрета Советской власти, и непосредственная ответственность за такое неисполнение возлагается на председателей соответствующих Советов»4.

Угроза подействовала, и строительство местного военного аппарата значительно ускорилось. В Пензе губернский комиссариат по военным делам5 был организован 25 мая 1918 года, сразу после прибытия с проверкой комиссии ВВИ6. Впрочем, создавался он не на пустом месте: так называемый Пензенский центральный штаб Красной армии был переименован в Пензенский губернский комиссариат по военным делам7. Известно, что первыми губвоенкомами были В.Н. Коржинский, А.Г. Островский, Н.Е. Серебренников, В.В. Кураев, Л.Х. Фридрихсон.

Что касается десяти уездных военкоматов (УВК), то их создание началось только с конца июня, после окончательного ухода с территории губернии чехословацких войск8. Уездные военкоматы формировались на базе учётных отделов местных Советов, являвшихся по сути бывшими управлениями уездных воинских начальников9. Сложной задачей при организации УВК стали выборы руководящего состава. Следует учесть, что, несмотря на развернувшуюся в ноябре—декабре 1917 года большевизацию Советов, в губернии довольно сильными продолжали оставаться позиции эсеров: стоит вспомнить, что ещё на сравнительно недавних выборах в Учредительное собрание они получили большинство голосов избирателей — более 47 проц. в Пензе и гарнизоне и свыше 81 проц. в сельских округах. Исходя из этого, в ряде мест военкомами поначалу приходилось выбирать двух комиссаров: от РКП(б) и ПСР10, при этом, конечно, старались подбирать людей, знакомых с военной спецификой, каковыми являлись, как правило, бывшие офицеры. Однако их катастрофически не хватало11. Например, в Нижнеломовском УВК числились всего 5 офицеров12. Лучше всего обстояли дела в Пензенском УВК, где служили 18 офицеров13.

Ещё сложней проходила организация военкоматов в 231 волости губернии. Дело в том, что здесь их создание полностью зависело от местных Советов, однако, во-первых, сами волостные Советы имелись ещё далеко не везде14, во-вторых, весьма трудно было найти там «добровольцев-офицеров на должности военруков»15 и, в-третьих, отсутствовало стабильное финансирование. Иногда волостными военкомами становились 18—20-летние парни, так как кандидатов на эту должность из старших возрастных групп попросту не находилось16.

Частично решить проблему удалось за счёт мобилизации офицеров. Так, из 1065 офицеров, мобилизованных в Пензе в июле—августе 1918 года, 588 человек были направлены на укомплектование уездных и волостных военкоматов17. Однако по-прежнему не хватало средств. Бюджет уездных и волостных военкоматов был утверждён только в августе 1918 года, да и тот оказался весьма скромным: на оборудование уездных военкоматов отпускалось 2000 рублей и по 200 рублей ежемесячно на канцелярские расходы, волостным военкоматам — 1000 рублей на обустройство и 50 рублей на канцелярские расходы18. Но и эти деньги поступали несвоевременно, с задержкой в 2—3 месяца, что приводило к снижению темпов мобилизационной работы и росту недовольства19.

Ощущалась острая нехватка не только финансовых средств, но и нормативных документов, регламентировавших военно-мобилизационную деятельность. Случалось, что военкомы буквально не знали, чем им заниматься20.

Иногда делу становления военкоматов мешал так называемый человеческий фактор. Например, в июле 1918 года из Пензенского УВК в волости для организации военкоматов были командированы 15 сотрудников. Но эти лица, по мнению руководства, «отнеслись к делу очень пассивно, даже не вникали в данную им инструкцию. Их работа свелась к нулю, только потратили казённые деньги»21.

Ещё одной сложной проблемой в процессе организационного строительства волостных военкоматов оказалось враждебное отношение населения к структурам подобного рода. Многие волостные Советы губернии категорически отказались от выборов волостных военкомов и от создания самих военкоматов, посчитав это совершенно излишним и ненужным. Своё решение совработники мотивировали тем, что обязанности военкоматов могут выполнять Советы, и «нечего плодить чиновников»22. Наблюдались и случаи народного недовольства. Так, граждане Фатуевско-Азясьской волости Мокшанского уезда под угрозой самосуда заставили военкома и военрука отказаться от должностей, обвинив их в шпионской деятельности23. По мнению руководства губвоенкомата, подобным настроениям способствовало то, что «в волостных Советах находилось большое количество лавочников, попов, кулаков, бывших помещиков и полицейских, которые саботировали и тормозили становление военкоматов»24.

И всё же, несмотря на все трудности переходного периода, к концу июля 1918 года практически в половине волостей удалось создать местные органы военного управления25. По различным причинам строительство военного аппарата на местах в Пензенской губернии затянулось до конца 1919 года.

Одной из таких причин было двоевластие, инициированное постановлением ВЦИК от 2 апреля 1918 года, согласно которому каждый военный комиссариат должны были возглавлять по два военных комиссара как политические руководители и по одному военному руководителю в качестве военного специалиста, ответственного за призыв военнообязанных, приём добровольцев, формирование войсковых отрядов и их боевую подготовку. В 1919 году должности военруков были упразднены, и во главе военных комиссариатов остались военные комиссары (военкомы), но до того времени двоевластие порождало немало отрицательных явлений. Военные комиссары, люди, как правило, малосведующие в военном деле, не доверяя своим военным руководителям (офицерам), сами пытались вести всю работу по формированию воинских частей, что неизменно приводило к плачевным результатам. При этом военруки, по понятным причинам не желавшие портить отношения со своими политическими руководителями, бездействовали, в лучшем случае исполняя только распоряжения своих военкомов. В виде редкого исключения в архивных документах встречаются упоминания о самостоятельности военных руководителей. Например, зимой 1918 года из Нижнеломовского уезда поступали сведения о том, что некоторые волостные военные руководители игнорируют комиссаров, не согласовывая с ними свои решения и действия26. Эффективность подобного стиля управления оставляла желать много лучшего, ибо подобное двоевластие часто приводило к возникновению конфликтных ситуаций и не способствовало делу развития военного строительства. Уже летом 1918 года Л.Д. Троцкий вынужден был пояснять позицию правительства по отношению к комиссару и военному руководителю (офицеру) во всех органах военного управления: «Комиссар не командует, а наблюдает, но за предательство офицера отвечает головой»27.

Основной работой служащих военкоматов был учёт мобилизационных ресурсов на подведомственной территории. Но и эту главную свою функцию они выполняли с трудом. Не последнюю роль при этом играли сложившиеся обстоятельства: ярко выраженное сопротивление населения, с которым постоянно сталкивались служащие военкоматов; нехватка штатных работников и подчас полное отсутствие финансирования; низкая трудовая дисциплина; незнание сотрудниками военкоматов своих прямых обязанностей. Примеров неудовлетворительной деятельности военкоматов в этот период можно привести множество. Наблюдались случаи, когда для скорейшего формирования отрядов, отправлявшихся на фронт, должностные лица военкоматов зачисляли в них призывников, уже распределённых по другим частям28. Рано или поздно подлоги вскрывались, и руководители привлекались к административной ответственности. Так, в ноябре 1918 года на 3 месяца был арестован военрук Шеменев за представление неправильного отчёта29. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

 

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1 Декреты Советской власти. Т. 2. М., 1959. С. 63—70.

2 Данилов В.Д. Стратегическое руководство Вооружёнными Силами // Воен.-истор. журнал. 1988. № 3. С. 21.

3 Левенштейн М. Важное звено военного управления. О деятельности Высшей военной инспекции (1918—1919 гг.) // Воен.-истор. журнал. 1976. № 8. С. 85—87.

4 Черемных В. О военной деятельности ВЦИК в 1918 году // Воен.-истор. журнал. 1974. № 4. С. 84—86.

5 Российский государственный военный архив (РГВА). Ф. 25889. Оп. 1. Д. 46. Л. 1.

6 Государственный архив Пензенской области (ГА ПО). Ф. п-132. Оп. 1. Д. 2. Л. 9.

7 Там же. Д. 10. Л. 4.

8 Там же. Ф. р-1159. Оп. 4. Оп. 1. Д. 31. Л. 49.

9 Там же. Ф. р-1423. Оп. 1. Д. 3. Л. 1.

10 Там же. Ф. р-1159. Оп. 4. Д. 18. Л. 64.

11 Чтобы представить, какова была потребность в кадрах военных специалистов для военкоматов, обратимся к статистике. В шести военных округах европейской части страны необходимо было создать 6 окружных, 33 губернских, 304 уездных и до 6500 волостных военкоматов. Согласно штатам окружной военкомат должен был иметь 486 сотрудников, губернский — 129, уездный — 83 и волостной — 10. Для укомплектования военкоматов требовалось, следовательно, до 100 тыс. человек. Изыскать такую массу  офицеров и чиновников для военкоматов было практически нереально.

12 ГА ПО. Ф. р-1425. Оп. 1. Д. 3. Л. 9.

13 Там же. Ф. р-1159. Оп. 2. Д. 94. Л. 2—7.

14 Например, весной 1918 г. в губерниях европейской части России советские властные структуры были созданы только в 63 проц. волостей. См.: Герасимюк В.Р. О количестве волостных и сельских Советов в 1917—1918 годах // Вопросы истории. 1961. № 8. С. 207.

15 РГВА. Ф. 8. Оп. 1. Д. 37. Л. 511.

16 ГА ПО. Ф. п-36. Оп. 1. Д. 253. Л. 3.

17 РГВА. Ф. 25889. Оп. 1. Д. 46. Л. 2.

18 ГА ПО. Ф. п-132. Оп. 1. Д. 4. Л. 35.

19 РГВА. Ф. 8. Оп. 1. Д. 37. Л. 492.

20 ГА ПО. Ф. р-1426. Оп. 1. Д. 35. Л. 191.

21 Там же. Ф. р-707. Оп. 1. Д. 4. Л. 1, 13.

22 РГВА. Ф. 8. Оп. 1. Д. 37. Л. 492.

23 ГА ПО. Ф. р-704. Оп. 1. Д. 3. Л. 3.

24 Там же. Ф. р-575. Оп. 1. Д. 14. Л. 10, 25, 50.

25 Там же. Ф. р-1159. Оп. 4. Д. 31, Л. 109, 132, 140, 155.

26 Там же. Ф. р-1425. Оп. 1. Д. 2. Л. 110.

27 Там же. Ф. р-1159. Оп. 1. Д. 4. Л. 50.

28 Там же. Д. 3. Л. 8.

29 Там же. Оп. 4. Д. 14. Л. 7.