Создание и развитие отечественных подводных сил

image_pdfimage_print

Аннотация. В статье раскрывается содержание процесса создания и строительства отечественных подводных лодок.

Summary. The article reveals the process of creation and construction of domestic submarines.

ВОЕННОЕ СТРОИТЕЛЬСТВО

 

ТАШЛЫКОВ Сергей Леонидович — профессор кафедры истории войн и военного искусства Военной академии Генерального штаба ВС РФ, капитан 1 ранга в отставке, доктор исторических наук

(Москва. E-mail: stashlykov@yandex.ru);

КОРЯКОВЦЕВ Алексей Анатольевич — профессор кафедры строительства и применения ВМФ Военной академии Генерального штаба ВС РФ, капитан 1 ранга, кандидат исторических наук

(Москва. E-mail: 6711989@yandex.ru).

 

СОЗДАНИЕ И РАЗВИТИЕ ОТЕЧЕСТВЕННЫХ ПОДВОДНЫХ СИЛ

 

Каждый год 19 марта военнослужащие и гражданский персонал подводных сил Военно-морского флота (ВМФ) Российской Федерации отмечают свой профессиональный праздник — День моряка-подводника, в нынешнем году — 110-летие подводных сил. Постоянный читатель журнала наверняка заметит, что ведь первая подводная лодка (ПЛ) появилась в составе отечественного ВМФ в 1903-м, а тут вдруг — 1906-й. У читателя, естественно, возникнут вопросы: почему отсчёт «возраста» подводных сил ведётся с 1906 года и почему для празднования была выбрана именно эта дата?

Дело в том, что первые ПЛ относились к классу миноносцев1, но 19 (6 по старому стилю) марта 1906-го указом Николая II они были включены в классификацию судов военного флота как новый класс боевых кораблей — «подводные лодки». Это решение было закреплено в приказе по Морскому ведомству России, подписанном морским министром адмиралом А.А. Бирюлёвым2. С той поры в Российской империи ежегодно отмечался вплоть до 1917-го День моряка-подводника. В советское время эта традиция как-то забылась, однако в РФ праздник был возрождён. 15 июля 1996 года главнокомандующий ВМФ России адмирал флота Ф.Н. Громов подписал приказ № 253, в котором предписывалось отмечать День моряка-подводника ежегодно 19 марта.

Как боевые корабли ПЛ вступили в начальную стадию своего развития в конце XIX века. Следует отметить, что в этот период русские инженеры и изобретатели имели приоритет в отдельных областях подводного судостроения и вооружения. Так, в 1834 году по проекту К.А. Шильдера была построена опытная подлодка, впервые оснащённая перископом, шестовой миной, зажигательными и фугасными ракетами. В 1866-м И.Ф. Александровский построил первую в мире ПЛ с механическим двигателем, работавшим на сжатом воздухе. Однако Морское министерство не оказало изобретателю помощи в проведении необходимых испытаний. Шестнадцать лет спустя С.К. Джевецкий создал проект первого в мире подводного судна с электрическим двигателем, работавшим от аккумуляторной батареи, но и он не заслужил должного внимания со стороны ведомственных чиновников.

В то же время изобретатели в других странах к началу XX века уже сумели реализовать подобные проекты с применением электромоторов, керосиновых и паровых двигателей. Во Франции была построена подлодка «Нарвал», схожая с той, которая могла бы получиться по проекту С.К. Джевецкого. В Соединённых Штатах Америки после испытаний лодки, созданной по проекту Дж. Голланда, был разработан проект ПЛ «Голланд № 9», ставший на десятилетия эталонным. Значение «глубинных кораблей» оценили и в Англии, где по чертежам Голланда начали их серийную постройку.

Вскоре, ознакомившись глубже с «подводной» проблемой, Морское ведомство Российской империи начало проявлять обеспокоенность нашим явным отставанием в подводном судостроении. По решению Морского технического комитета (МТК) к весне 1901 года специально созданной комиссией под руководством корабельного инженера И.Г. Бубнова был разработан проект первой отечественной боевой подводной лодки (миноносец № 113, затем № 150, с 5 июня 1904 г. «Дельфин»), превосходившей по некоторым параметрам зарубежные аналоги. По объективным и субъективным причинам, связанным с необходимостью закупки корабельного оборудования за рубежом и отсутствием опыта подводного кораблестроения, создание ПЛ заняло более двух лет.

Первым командиром «Дельфина» стал один из авторов проекта М.Н. Беклемишев. 20 августа 1903 года императорская семья и высшие чины флота наблюдали за манёврами «Дельфина» на кронштадтском рейде. Однако военные руководители так и не смогли оценить перспективную роль нового вида оружия. Морское министерство отвергало все поступавшие предложения о постройке для России подводных лодок, поэтому «Дельфин» до начала Русско-японской войны (1904—1905 гг.) оставался единственной ПЛ, входившей в состав ВМФ3.

Начавшаяся война с Японией заставила Морское министерство изменить отношение к подводным лодкам. В феврале—марте 1904 года на Балтийском заводе были размещены заказы на строительство шести отечественных подводных лодок типа «Касатка». Невскому заводу выдали заказ на шесть ПЛ Голланда. На этом возможности российской судостроительной промышленности были исчерпаны, поэтому пришлось покупать готовые лодки за границей — в США (фирмы Голланда и С. Лэка) и в Германии (завод Круппа). После ускоренных достройки и испытаний их частично разбирали и отправляли во Владивосток по железной дороге. Первой в сентябре 1904-го туда прибыла малая опытная лодка «Форель», подаренная России заводом Круппа по случаю заключения контракта. Остальные 13 ПЛ, закупленные за рубежом и построенные на российских заводах, были доставлены к месту назначения в период с ноября 1904 по март 1905 года4. В ходе боевых действий они несли дозорную службу в районе островов Русского и Аскольда, и хотя потерь от их действий противник не имел, японцы вынуждены были считаться с новой возникшей угрозой. Само присутствие русских ПЛ на морском театре ограничивало свободу действий японских кораблей, которые при обнаружении наших ПЛ предпочитали срочно покинуть опасный район5.

Выделение нового класса боевых кораблей в самостоятельный явилось своего рода признанием их широких возможностей для ведения вооружённой борьбы на море. Вслед за этим последовало создание соответствующего Учебного отряда, который все последующие годы существования Российского императорского флота был не только школой «для обучения чинов флота подводному плаванию», но и центром формирования рекомендаций по разработке новых планов и проектов судостроения. Командиром отряда был назначен участник Русско-японской войны контр-адмирал Э.Н. Щенснович. Одновременно он исполнял должности заведующего подводным плаванием флота и председателя комиссии по испытанию и приёмке новых ПЛ.

С самого начала строительства новых лодок Э.Н. Щенснович возражал против их заказа за границей. В декабре 1905 года он направил морскому министру записку о необходимости строить подводные лодки на отечественных предприятиях по проектам русских инженеров. В записке, в частности, отмечалось: «…Неужели нам и в этом деле быть позади иностранцев и давать им возможность учиться, как нас побеждать, на наши же средства? А заказ лодок за границей и даже строительство в России заграничных типов к этому приводит… Мы имеем уже таких опытных руководителей постройкой подводных лодок, как Беклемишев и Бубнов. Появляются проекты новых лодок И.А. Гаврилова, Л.И. Мациевича. Так неужели бросать это дело?»6.

Обвинения Щенсновича имели под собой основу. Так, верфь Круппа «Германия» до получения русского заказа никогда раньше не занималась строительством подводных лодок, за исключением экспериментальной малой ПЛ «Форель». Именно русский заказ дал старт последующему стремительному развитию германского подводного судостроения. Фирмы Голланда и Лэка при заключении контрактов в 1904 году сумели добиться для себя самых выгодных условий. После окончания боевых действий Морское министерство России продолжало сохранять тесные контакты с американскими и немецкими фирмами. В результате за первое пятилетие после войны с Японией из одиннадцати ПЛ, полученных флотом, только две («Минога» и «Акула») были построены по проектам И.Г. Бубнова на Балтийском заводе7. Вместе с тем опыт их использования подтвердил необходимость постройки более крупных кораблей этого класса с большим радиусом действия и усиленным вооружением.

С 1911 года в развитии подводных сил России начался новый этап, который характеризовался постепенным переходом к строительству подводных лодок преимущественно отечественных проектов. Отделению Балтийского завода в Николаеве были заказаны три ПЛ типа «Морж», дальность плавания которых в 3—4 раза превышала этот показатель прежних подводных кораблей. На Балтийском заводе в Санкт-Петербурге и верфях акционерного общества «Ноблесснер» («Нобель — Лесснер») в Ревеле (Таллин) началось строительство 18 ПЛ типа «Барс»8. Оба проекта были разработаны И.Г. Бубновым, что свидетельствовало о постепенном вытеснении зарубежных заказов из российских планов подводного судостроения. Однако полностью отказаться от использования иностранных проектов не удалось. Так, отделению Невского завода в Николаеве была заказана подводная лодка «Нарвал» по проекту американской фирмы «Голланд». Кроме того, часть корабельного оборудования Россия продолжала закупать за границей. В результате с началом Первой мировой войны (1914—1918 гг.) находившиеся в постройке отечественные ПЛ остались без дизельных двигателей, заказанных в Германии. В этих условиях Морское министерство вынуждено было отдать распоряжение об установке на строившихся кораблях дизелей, снятых с амурских канонерских лодок, а также о закупке двигателей в Америке. Как тут не вспомнить проблемы импортозамещения, которые приходится решать российскому военно-промышленному комплексу, но уже в наше время, после введения Западом так называемых санкций.

На 1 июля 1914 года в составе Российского ВМФ числились 48 подводных лодок. В ходе войны их действия приобретали всё большее значение. Выявилась необходимость пополнения состава подводных сил Балтийского и Черноморского театров. В этих целях в дополнение к строившимся на отечественных заводах подводным лодкам были закуплены 11 единиц американской фирмы «Голланд». Они были доставлены в Россию в виде секций, собирались в Петрограде и Николаеве и получили наименование «АГ» (Американский Голланд). В годы Первой мировой войны, действуя на Чёрном и Балтийском морях, русские подводные лодки потопили четыре боевых корабля и около 40 грузовых судов противника. По этим показателям они практически сравнялись с нашими надводными кораблями9.  <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

 

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Моисеев С.П. Список кораблей русского парового и броненосного флота (с 1861 по 1917 г.). М.: Военное издательство Министерства Вооружённых сил Союза ССР, 1948. С. 32.

2 В приказе № 52 от 24 марта 1906 г. отмечалось: «Государь Император [Николай II], в шестой день марта сего года, Высочайше повелеть соизволил… включить в классификацию корабельного состава флота подводные лодки» (Летопись Российского флота. От зарождения мореходства в древнерусском государстве до начала века: В 3 т. Т. 2. 1901—1945 гг. СПб.: Наука, 2012. С. 61).

3 Мельников Р.М. Паровое и металлическое судостроение во второй половине XIX в. // История отечественного судостроения: В 5 т. СПб.: Судостроение, 1996. Т. 2. С. 436—441.

4 Российский государственный архив Военно-морского флота (РГА ВМФ). Ф. 421. Оп. 6. Д. 34. Л. 218—233.

5 Келле Э. Подводные лодки в России в 1904—1905 гг. Л.: Картотипография Гидрографического управления УВМС РККА, 1934. С. 24, 25.

6 РГА ВМФ. Ф. 417. Оп. 1. Д. 28006. Л. 59, 60.

7 Цветков И.Ф. Судостроение в первой четверти XX в. (1905—1925) // История отечественного судостроения. Т. 3. С. 90, 91.

8 ПЛ «Барс» являлась усовершенствованным проектом подлодки типа «Морж»: у неё была увеличена мощность электромоторов и дизелей и повышены запасы топлива (Буров В.Н. Отечественное военное кораблестроение в третьем столетии своей истории. СПб.: Судостроение, 1995. С. 46, 47).

9 Козлов Д.Ю. Нарушение морских коммуникаций по опыту действий Российского флота в Первой мировой войне (1914—1917): Монография. М.: Русский фонд Содействия образованию и науке, 2012. С. 396—399.