Гибель Краковской республики

image_pdfimage_print

Аннотация. В статье освещены политические события, предшествовавшие ликвидации в 1846 году Краковской республики, связанные с вводом в неё российского военного контингента и присоединением этой территории к Австрии.

Summary. The article highlights the political events, which  led to liquidation of the Krakov Republic in 1846 and were associated with introduction into it of the Russian military contingent and accession of this territory to Austria.

ИЗ ИСТОРИИ ВОЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЙ

 

СОКОЛОВ Александр Ростиславович — профессор Института истории Санкт-Петербургского государственного университета, доктор исторических наук

(Санкт-Петербург. E-mail: alar60@yandex.ru).

 

ГИБЕЛЬ КРАКОВСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

 

В 1815 году в результате Венского конгресса и заключения между Россией, Австрией и Пруссией «Дополнительного трактата относительно Кракова, области его и Конституции» на карте Европы появилось новое государственное образование — «Вольный независимый и строго нейтральный город Краков», или Краковская республика1. Её возникновение стало следствием дипломатической инициативы императора Александра I, стремившегося не допустить включения древней столицы Польши и прилегающих территорий в состав Австрийской империи. Международно-правовой статус «вольного города» и его конституция копировали статус и конституции входивших в состав Германского союза «вольных городов» Франкфурта, Гамбурга, Бремена и Любека с той разницей, что суверенитет Кракова ограничивали три «покровительствующие державы» — Россия, Австрия и Пруссия, резиденты которых находились в городе.

При императоре Николае I геополитическая ситуация в Европе изменилась. Польское восстание 1830—1831 гг. привело к упразднению особого статуса Царства Польского в составе Российской империи и активизации польской революционной эмиграции, пользовавшейся поддержкой Великобритании и Франции и выступавшей за восстановление Речи Посполитой. Историко-культурное значение Кракова как бывшей столицы сделало «вольный город» центром притяжения всех радикально-националистических группировок.

Общая опасность способствовала политическому сближению России, Австрии и Пруссии, в результате которого начал складываться альянс трёх держав, напоминавший Священный союз в его новой редакции.

Николай I и его ближайший соратник наместник Царства Польского генерал-фельдмаршал И.Ф. Паскевич определяли Краков как «гнездо всему нынешнему злу»2, придя к выводу о необходимости упразднения статуса «вольного города» и передачи его Австрии. Соответствующая договоренность с австрийским императором Фердинандом I была достигнута на встрече в Теплице в августе 1835 года, затем к этому соглашению присоединился король Пруссии Фридрих-Вильгельм III.

Первым шагом к его реализации стали события января-апреля 1836 года, когда под предлогом выдворения польских революционеров-эмигрантов в Краков были введены войска трёх «покровительствующих держав», проведены новые выборы в сенат «вольного города», внесены изменения в конституцию и реорганизованы структуры городской полиции3.

Австрийские войска остались в окрестностях Кракова после вывода российского и прусского контингентов, что означало молчаливое согласие Санкт-Петербурга и Берлина с готовившейся аннексией «вольного города» Габсбургами. Этот процесс протекал в течение 10 лет, сводясь к постепенному урезанию суверенитета Краковской республики, но его плавный ритм сбила резкая активизация польских патриотов.

Их лидер Л. Мерославский в 1844 году вошёл в состав Централизации — исполнительного органа эмигрантского Демократического общества, взявшего весной 1845 года курс на подготовку общего восстания во всех трёх частях польских «разделов»4.

В принадлежавшей Пруссии Познани Мерославский провёл совещание руководителей нелегальных организаций, на котором было сформировано некое подобие революционного правительства. В его состав на втором совещании, прошедшем в Кракове 18 января 1846 года, в качестве представителя от Галиции вошёл Я. Тиссовский и была назначена дата восстания — 21 февраля 1846 года. Но десятью днями ранее — 11 февраля Мерославский и несколько его товарищей были арестованы в селе Свиняры. В Познани начались повальные обыски и аресты5.

В результате в назначенный срок восстания в прусском «захвате» не произошло. Столь же неудачной оказалась попытка восстания в Царстве Польском, где выступление свелось к попытке нескольких заговорщиков установить контроль над уездным центром Седлец.

В австрийском «захвате» выступление сорвала начавшаяся в феврале 1846 года Галицийская резня — серия инициированных австрийскими властями выступлений местного русинского населения против польских помещиков. Были убиты от 1300 до 3000 шляхтичей, членов их семей и католических священников.

По замыслу эмигрантских комитетов несостоявшееся восстание в Галиции должно было перекинуться на Краков. У его границ повстанцы организовали несколько отрядов, которые в назначенный день должны были захватить город.

Резиденты, узнав, что восстание назначено на 21 февраля, обратились к сенату «вольного города» и временному президенту этого органа Ф. Ксенжарскому с запросом: смогут ли они  своими силами обеспечить порядок в городе? Сенат не решился взять на себя такую ответственность. Тогда конференция резидентов потребовала от начальника австрийских войск, располагавшихся в Подгорье, на правом берегу Вислы, напротив Кракова, ввести несколько воинских формирований в Краков, что было выполнено 18 февраля 1846 года6.

Узнав об этом, члены революционного правительства перенесли дату выступления в «вольном городе» на сутки раньше.

Наместник российского императора в Польше фельдмаршал И.Ф. Паскевич из Варшавы следил за событиями в Кракове, чтобы при необходимости — в решающий момент вмешаться в них. В официальном донесении императору от 21 февраля 1846 года он писал: «Как по многим сведениям, можно было точно ожидать беспорядков, я приказал собрать на нашу границу батальон Кременчугского егерского полка и казачью полусотню. Барону же Унгерн-Штернбергу (российскому резиденту в Кракове. — Прим. авт.) я приписал не приступать к занятию вольного города как:

1) По разрешению венской конференции и в таковом случае распорядился таким образом, чтобы австрийские или прусские войска взошли, если не прежде, то вместе с нашими.

2) В случае поднятия мятежниками оружия, призвать наш батальон по удостоверению, что австрийский резидент получил дозволение вызвать австрийские войска.

3) В случае только явной опасности потребовать объявление сената, что он не в состоянии удержать порядок одними своими способами, и письменное объявление австрийского резидента, что он призывает австрийские войска, и тогда распорядиться так, чтобы город занят был австрийскими войсками, а потом и нашим батальоном.

На другой же день отправления моего предписания резидент мне донёс, что волнения в городе всякий день усиливаются, что везде разосланы приглашения юношеству вооружаться за отечество, что генералу Хлопицкому предлагали принять начальство над мятежным войском, что люди спокойные оставляют город, и что за тем резиденты решились призвать австрийские войска.

На другой день 6/18 февраля бригадный генерал Ф. Коллин фон Кольштейн должен был вступить в Краков с 1200 человек пехоты, 270 конницы и полубатареею.

Я приказываю нашему батальону оставаться на границе и только в случае нужды допустить призвание его в Краков. Этот батальон будет состоять в распоряжении резидента в Кракове, и командиру оного полковнику Менгдену приказано действовать соответственно его требованиям»7.

В ночь с 20 на 21 февраля в предместье Кракова Звержинец на австрийские войска напали два отряда повстанцев. Их атака была отбита. Аналогичная участь постигла три других отряда, которые попытались прорваться в город через предместья Клепаж, Весола и Страдомя. Остатки разгромленных отрядов повстанцев ушли в Галицию. В «вольном городе» власти объявили военное положение.

Казалось, всё кончено. Но утром 22 февраля командовавший австрийским отрядом бригадный генерал Ф. Коллин фон Кольштейн решил оставить Краков.

О причинах столь странного решения до сих пор нет однозначного мнения. Скорее всего, генерал принял его под влиянием слухов о том, что в его тылу повстанцы разбили австрийский гарнизон и двигаются к Кракову8.

22 февраля вслед за австрийцами город покинули президент сената и сенаторы, а также полицейские власти.

Из Варшавы Паскевич по-прежнему отслеживал ситуацию, пытаясь определить, как волнения в Кракове могут отразиться на ситуации в Царстве Польском. Его тревога отражена в очередном донесении императору от 23 февраля 1846 года: «В Кракове мятеж предполагали начать только 8/20 числа, действительно, как доносит резидент наш, с 8/20 на 9/21 числа между 4 и 5 часов по полуночи толпы людей с оружием и косами бросились на город, предводимые, как полагают, некоторыми помещиками и ксёндзами. При этом случае много было убитых и раненых, как военных, так и возмутителей; стреляли из окон: вели атаку на дом миссии, где находится почта, но не сильную, так что караул и патруль рассеял бунтовщиков. В полдень восстановилось спокойствие, но брожение продолжалось и ожидали новой атаки ночью. На отряд из 60 легкоконцев с 2 офицерами, посланный в Кшешов в имение графини Артур-Потоцкой, сделано нападение, когда все спали. Все они побиты кроме 1 офицера и 1 кадета, кои спаслись и объявили о сем происшествии. Один полицейский комиссар убит…

По сведениям, от пограничных начальств наших полученным, большого убийства не было, и в Кшешове только обезоружены 12 человек. В ту же ночь шайка возмутителей до 20 человек, пришедшая из Краковской области, пришла к нам, и на посту Видома напала на спавших казаков, забрала их лошадей, оружие и 9 человек увела с собой.

Вследствие всех этих происшествий я сделал следующие распоряжения:

— Послал моего адъютанта полковника Аничкова ускорить прибытие батальона Кременчугского егерского полка в Краков, а командиру того полка, так как он сам ведёт этот батальон, велел поспешить с командою казаков вперёд и по прибытию в Краков состоять в распоряжении г. резидента. После же отъезда Аничкова получил донесение, что сотня казаков приходит уже в Краков сего дня, а батальон, ускорив марш, прибывает туда завтра…»9. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

 

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Российский государственный исторический архив (РГИА). Ф. 1329. Оп. 1. Д. 369.

2 Там же. Ф. 1018. Оп. 4. Д. 76. Л. 1.

3 Попов Н.А. Вольный город Краков. 1815—1846 гг. // Вестник Европы. 1875. № 4. С. 656, 657.

4 Берг Н.В. Записки о польских заговорах и восстаниях 1831—1862 гг. М., 2008. С. 135.

5 Щербатов А.П. Генерал-фельдмаршал князь Паскевич. Его жизнь и деятельность. СПб., 1896. Т. 5. С. 355.

6 РГИА. Ф. 1018. Оп. 6. Д. 127. Л. 1.

7 Государственный архив Российской Федерации (ГА РФ). Ф. 1846. Оп. 21. Д. 36. Ч. 1. Л. 66.

8 РГИА. Ф. 1018. Оп. 6. Д. 128. Л. 1.

9 Там же. Ф. 1846. Оп. 21. Д. 36. Ч. 1. Л. 62—66.