«Вольные работы» в русской армии в конце XIX — начале ХХ века

image_pdfimage_print

Аннотация. В статье рассматриваются причины, организация и распространение наёмного труда в русской армии при «вольных работах» в конце XIX — начале XIX века.

Summary. This article discusses the reasons, organisation and distribution of wage labour in the Russian army during the «free work» in the late XIX — early XIX centuries.

ВОЛКОВ Вячеслав Викторович — старший преподаватель Военного института (Железнодорожных войск и военных сообщений), кандидат философских наук, доцент

(Санкт-Петербург. E-mail: agnee@yandex.ru).

 

«ВОЛЬНЫЕ РАБОТЫ» В РУССКОЙ АРМИИ В КОНЦЕ XIX — НАЧАЛЕ ХХ ВЕКА

 

На сельскохозяйственных промыслах Европейской России в конце XIX — начале ХХ века ежегодно отмечались диспропорции между спросом и предложением рабочей силы. Причины этого были различны.

В губерниях, из которых крестьяне убывали в земледельческий и промышленный отход, отлив рабочих понижал предложение, а следовательно, повышал цену рабочей силы. Однако, с другой стороны, отход очень часто забирал самых искусных и энергичных рабочих, что ухудшало качество рабочей силы на местном рынке и понижало зарплату1. При этом помещики были вынуждены нанимать пришлых рабочих из других губерний через выплату задатка2.

Резкие природно-климатические колебания южных районов России и стихийное неупорядоченное движение потоков рабочих масс в этом направлении под воздействием сложившихся традиций и слухов создавали такую ситуацию, при которой эти потоки неравномерно распределялись по губерниям и уездам Юга3. В результате в разных местностях возникало своё соотношение спроса и предложения рабочих рук. Русский публицист, общественный и государственный деятель князь Н.В. Шаховской сетовал по этому поводу: «Конечно, если бы рабочий жил на самом рынке труда, то все малейшие колебания на этом рынке ему были бы видны и сообразно с ними он искал бы приложения сил там, где большая потребность в них и все неровности сельскохозяйственной промышленности, по возможности, сгладились бы. Но когда рабочие и рынок, нуждающийся в них, разъединены значительным расстоянием, тогда случайность является едва ли не главнейшим регулятором спроса и предложения»4.

При неурожае или большом наплыве промысловиков в принимающих губерниях условия диктовали землевладельцы, а при плохом урожае или недостатке рабочих рук — сельскохозяйственные рабочие. Такая закономерность возникла не в последнюю очередь из-за массового характера отхожего движения шедших на заработки крестьян.

Ведомственные комиссии, земства, губернские совещания, сельскохозяйственная пресса и отдельные исследователи уделяли проблеме неурегулированности отношений между рабочими и нанимателями, то есть так называемому «рабочему вопросу», повышенное внимание5. С жалобами на уход рабочих помещики обращались всё пореформенное время6. Наиболее ярко запечатлел эти настроения некий владелец Александровской и Черноморской экономий Таврической губернии, имеющий «всего около сорока тысяч десятин земли», в своём письме в Департамент земледелия и сельской промышленности: «Хозяйства наши больше всего страдают от рабочих, и если год хороший, рабочие положительно эксплуатируют землевладельцев, предъявляя чуть ли не каждый день новые требования об увеличении платы, об улучшении пищи, о перемене неугодного им приказчика, и всё это без границ; в самый разгар прекращают работы, создают праздники и, при малейшем неудовлетворении их капризов, уходят»7. Другой южнорусский деятель, — В. Финк — договорился до того, что обвинил рабочих в угнетении нанимателей8.

Неурегулированность рабочего вопроса привела к появлению такой экстравагантной формы найма, как использование помещиками труда личного состава воинских частей, дислоцированных в той или иной губернии. О масштабах данного явления говорит целый ряд фактов. Так, в 1897 году только один Пражский полк за три летних месяца заработал под Николаевом 40 тыс. рублей. Неоднократно Херсонское, Екатеринославское, Калужское, Орловское земские губернские собрания и многие уездные ходатайствовали перед Военным министерством о привлечении войск на сельскохозяйственные работы9. Об использовании войск сообщали также губернские совещания Бессарабской, Смоленской, Харьковской и Волынской губерний10. Такое же явление наблюдалось и в приграничных имениях Гродненской и Виленской губерний11. Об участии личного состава воинских частей в земледельческих работах в Московской губернии косвенно можно судить по ходатайству Серпуховского уездного комитета о нуждах сельскохозяйственной промышленности «о перенесении времени отпуска солдат на вольные работы с осени на более удобное время для местного хозяйства»12.

Наёмный труд личного состава русской армии был вполне легальным и использовался на законных основаниях. Согласно «Положению о хозяйстве в роте», высочайше утверждённому 7 января 1878 года13, нижним чинам воинских частей в свободное от служебных занятий время разрешалось наниматься на «вольные работы», которые производились летом и осенью, чаще всего после лагерных сборов, но иногда и до них. Время и порядок «вольных работ» ежегодно определялись распоряжением начальника дивизии, утверждённым командиром корпуса или главным начальником военного округа, и объявлялись приказом по полку. «Вольные работы» могли осуществляться как в черте расположения частей, так и вне её с возвращением личного состава на ночь на квартиры или с ночёвкой на месте исполнения работ. Поиском «вольных работ» занимались ротные командиры сами лично или через нижних чинов. После чего все сведения о найденных работах и условиях найма на них обобщались командирами батальонов и докладывались наверх. Законодатель требовал от командиров частей следить за тем, чтобы «нижние чины увольнялись на работы, невредные для их здоровья, каковы преимущественно полевые работы»14. Работы, «сопряжённые с чрезмерным трудом, опасностью или явным вредом для здоровья»15, запрещались.

Увольнение нижних чинов на работы допускалось партиями не менее трёх человек с назначением старшим «благонадёжного рядового». В партиях, состоящих из 25 человек и более, старшим назначался унтер-офицер, а в очень больших группах — офицер. Старшие отвечали за поведение рабочих и за исполнение ими своих рабочих обязанностей. Для правильной отчётности о заработанных деньгах заведующие партиями вели журналы работ по установленной форме. На основании этих журналов ротный командир составлял отчёт о работах, который служил основанием для расчёта денег, как заработанных нижним чином, так и подлежащих вычету в ротную артельную сумму.

В целях постоянного наблюдения за нижними чинами на вольных работах командиры батальонов, ротные командиры и фельдфебели были обязаны всегда иметь при себе расписание рабочих по партиям. Ротные командиры занимались организацией питания убывшего на вольные работы личного состава с полным довольствием от нанимателя или путём доставки горячей пищи из роты. В любом случае «Положение о хозяйстве в роте» требовало улучшать пищу рабочих «против обыкновенного приварка, сообразно с местными условиями и артельными средствами роты».

Договор с нанимателем заключал ротный командир или командир части, им же предоставлялось право ходатайствовать по всем спорам, вытекающим из договоров. Заработанные нижними чинами деньги получал ротный командир, и они распределялись следующим образом: не более ⅓ части всего заработка обращалось в артельную сумму роты; не менее ⅓ части заработка военнослужащего выдавалось ему на руки; остальное, до ⅓ части заработка, распределялось между всеми нижними чинами роты, как работавшими, так и находившимися на службе.

Взаимные отношения нанимателей и работающих у них нижних чинов регулировались «Частными правилами для вольных работ»16. Согласно этому документу плата за работу военнослужащих могла производиться повременно (подённо, понедельно, помесячно) или сдельно (поурочно). Их дневная работа должна была длиться не более 10 часов в сутки, то есть на 5—6 часов меньше, чем при обычном найме сельскохозяйственных рабочих того времени. В контрактах, или «домашних условиях», заключаемых между нанимателями и партиями нижних чинов, увольняемых на работы, оговаривались продовольственное и медицинское обеспечение рабочих, оплата унтер-офицеров, кашеваров, хлебопёков и фельдфебелей, находящихся в воинских партиях.

При отказе нанимателей от своих обязательств они должны были уплатить деньги рабочим за всё время, указанное в договоре. Однако в случае «передвижения или сбора войск по распоряжению высшего начальства» роты немедленно прекращали работы «без всякой ответственности за это перед нанимателем, с расчётом с ним по день окончания»17.

Таким образом, при становлении сельскохозяйственного рынка труда Европейской России нанимателями и государством использовалась такая переходная квазикапиталистическая форма, как наём военнослужащих на сельскохозяйственные «вольные работы». Её применение объясняется тем, что она была выгодна всем участникам возникших трудовых отношений: помещики получали предсказуемую и привыкшую к порядку рабочую силу, нижние чины — «живые» деньги, командиры — пополнение ротной кассы. Однако «Положение о хозяйстве в роте» и «Частные правила для вольных работ» устанавливали более жёсткие условия для нанимателей, чем типичное Положение от 12 июня 1886 года о найме на сельские работы. В результате обеспечивался более высокий уровень социальной защищённости нижних чинов по сравнению с обычными сельскохозяйственными рабочими. Поэтому и география распространения такого вида найма не была столь широка. По-видимому, помещики прибегали к нему только при очень острой нехватке рабочих рук.

 

ПРИМЕЧАНИЯ

1 См.: Макаренко А. Отхожие и кабальные рабочие // Юридический вестник. 1887. Т. XXIV. Кн. 4. С. 735; Записка 19 членов губернского комитета // Труды местных комитетов о нуждах сельскохозяйственной промышленности. СПб., 1903. Т. XХIII. Московская губерния. С. 30; Записка землевладельца при сельце Берехов В.Ф. Кокошкина об упадке частновладельческих хозяйств Звенигородского уезда Московской губернии // Там же. С. 303; Доклад П.П. Костылева // Там же. С. 665.

2 См.: Там же.

3 См.: Хлюдзинский В. Организация наёмного труда в южной России // Записки императорского общества южной России. 1880. Август—сентябрь. С. 509.

4 Шаховской Н.В. Отхожие сельскохозяйственные промыслы. СПб., 1895. С. 65.

5 См.: О распоряжениях против уклонения рабочих от исполнения условий с землевладельцами. Циркуляр Министерства внутренних дел от 1 августа 1862 г. // Записки императорского общества сельского хозяйства южной России. 1862. Сентябрь. С. 428; Неручев М.В. Рабочий вопрос в его современном виде // Там же. 1877. Март. С. 136; Гомилевский В. К рабочему вопросу в Новороссии // Там же. 1883. Август. С. 451, 452; Доклад императорскому обществу сельского хозяйства южной России по рабочему вопросу Совета общества // Там же. 1884. Апрель—май. С. 278; Трирогов В. Община и подать. СПб., 1882. С. 187; Записка гласного В.Ф. Жданова по вопросу о найме сельскохозяйственных рабочих // Труды местных комитетов о нуждах сельскохозяйственной промышленности. СПб., 1903. Т. XХIII. Московская губерния. С. 558.

6 См.: Варб Е. Наёмные сельскохозяйственные рабочие в жизни и в законодательстве. Общественно-юридические очерки. М., 1899. С. 3; Шатилов И.И. К рабочему вопросу // Труды императорского московского общества сельского хозяйства. 1893. Вып. XXXVII. С. 88—90; Бранцевич Е.М. По рабочему вопросу на юге России // Там же. С. 98—100; См.: Финк В. К материалу о рабочем вопросе // Записки императорского общества сельского хозяйства южной России. 1891. № 4. Апрель. С. 70.

7 Ярошко А. Рабочий вопрос на Юге. Его прошедшее, настоящее и будущее. М., 1894. С. 48.

8 См.: Финк В. Указ. соч. С. 65.

9 См.: Варб Е. Указ. соч. С. 35—37; Нужды сельского хозяйства и меры их удовлетворения по отзывам земских собраний. СПб., 1899. С. 243.

10 См.: Сборник заключений по вопросам, относящимся к пересмотру Положения 12 июня 1886 года о найме на сельские работы. СПб., 1898. Ч. 1. Заключения губернских совещаний. С. 2, 5, 23, 32, 33.

11 См.: Панютич В.П. Наёмный труд в сельском хозяйстве Беларуси. 1861—1914 гг. Минск, 1996. С. 73.

12 Записка 19 членов губернского комитета // Труды местных комитетов о нуждах сельскохозяйственной промышленности. СПб., 1903. Т. ХXIII. Московская губерния. С. 115.

13 См.: Полное собрание законов российской империи. Собр. 2-е. Т. LIII. Отд. I. № 58069.

14 Там же.

15 Там же.

16 См.: там же. Отд. III. № 58069.

17 Там же.