Институт представителей Генерального штаба: задачи и методы работы

image_pdfimage_print

Аннотация. В статье рассмотрены причины создания института представителей Генерального штаба, его задачи, направления совершенствования организационно-штатной структуры и методы работы.

Summary. The article discusses the reasons for creation of the institute of representatives of the General Staff, its tasks, ways of improving the organizational structure and working methods.

ВЕЛИКАЯ ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ВОЙНА 1941—1945 гг.

 

АПТРЕЙКИН Сергей Николаевич — ведущий научный сотрудник Научно-исследовательского института (военной истории) Военной академии Генерального штаба Вооружённых сил РФ, кандидат исторических наук, доцент

(Москва. E-mail: ches62@mail.ru).

 

ИНСТИТУТ ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ ГЕНЕРАЛЬНОГО ШТАБА: ЗАДАЧИ И МЕТОДЫ РАБОТЫ

 

С первых дней Великой Отечественной войны основной трудностью военно-стратегического руководства страны в своевременном и обоснованном принятии решений по организации военных действий стало отсутствие или отрывочность объективных данных о положении, состоянии своих войск и войск противника. Главной причиной этого были не только неустойчивость, срывы в работе систем связи и отсутствие слаженности в работе фронтовых и армейских органов управления, но и боязнь некоторых командующих и оперативных штабов правдиво докладывать в сводках и донесениях в Генеральный штаб о случаях неуспешных действий своих войск и невыполнении ими поставленных задач.

В этих условиях данные об обстановке на решающих направлениях вооружённой борьбы, которая нередко была критической, поступали в Генеральный штаб нерегулярно, с большим опозданием и в целом часто были скудными, а порой и противоречивыми, не отражая реального положения дел на фронте. В силу этого советское Верховное главнокомандование нередко оказывалось в затруднительном положении при определении масштабов возникшей опасности и не могло своевременно принять необходимых мер противодействия. «Чтобы хоть как-то восполнить этот пробел, — отмечал генерал армии С.М. Штеменко, бывший с мая 1943 года по апрель 1946 года начальником оперативного управления Генерального штаба, — операторы сами летали выяснять, где проходит передний край нашей обороны, куда переместились штабы фронтов и армий. При этом одни погибали, другие надолго выходили из строя по ранению, многих командующие фронтами просто не отпускали обратно, а назначали своей властью на различные должности в войсках. Убыль квалифицированных кадров операторов была настолько значительна, что руководству Генштаба пришлось, в конце концов, принять решение о создании специальной группы командиров для связи с войсками»1.

Постановлением Государственного Комитета Обороны (ГКО) СССР № 300 от 28 июля 1941 года и приказом начальника Генерального штаба № 051 от 29 июля 1941 года в Генштабе в составе оперативного управления была сформирована новая структура — Группа офицеров Генерального штаба на правах отдела численностью из расчёта: на фронт — 2, армию — 3, дивизию — 2 человека, всего 1124 офицера. Из них 22 должны были составлять аппарат группы, находящийся в оперативном управлении Генерального штаба, 24 при фронтах, 150 при армиях и 928 офицеров при дивизиях2.

При комплектовании Группы остро ощущался недостаток квалифицированных военных кадров. Главное управление кадров Наркомата обороны (НКО) основное внимание в этот период уделяло укомплектованию вновь формируемых соединений и частей. Маршал А.М. Василевский в своих воспоминаниях подчёркивает, что этому способствовала и некоторая недооценка в то время И.В. Сталиным значения и места Генштаба в руководстве фронтами3.

3 сентября 1941 года на должность военного комиссара Группы офицеров Генштаба из Военно-политической академии имени В.И. Ленина прибыл начальник кафедры всеобщей истории бригадный комиссар А.Г. Королёв, который, занимаясь вопросами формирования и сколачивания Группы, до 31 января 1942 года являлся фактически и её начальником4.

В течение сентября 1941 года в Группу на должности офицеров при стрелковых дивизиях были отобраны свыше 70 слушателей Военной академии имени М.В. Фрунзе. В их числе 2 майора, 58 капитанов и 13 старших лейтенантов5. После непродолжительного знакомства со своими новыми обязанностями, изучения директив и приказов Ставки ВГК, НКО и Генштаба они были направлены в войска действующей армии.

Первоначально выезды офицеров Группы на фронты были кратковременными. Выполнив задачу, они возвращались в Генштаб для доклада о проделанной работе6. Задания были различными: выяснить обстановку на наиболее опасных направлениях или участках фронта; разыскать место расположения оперативного штаба (чаще всего армии), определить, в каком он состоянии и как управляет войсками; установить место расположения и состояние войскового соединения или оперативного объединения, какие выполняют задачи и в чём нуждаются; задержать отходившие войска и организовать оборону выгодного, определённого в Генштабе или самим офицером на месте, рубежа; вывести резервное соединение в исходный район; вручить командованию соединения или объединения распоряжение на новую или уточнённую задачу и другие.

С первых дней существования Группа офицеров Генштаба практически подтвердила целесообразность своего создания и оказывала командованию определённую помощь в руководстве войсками. Направляемые на те участки фронта, где обстановка вызывала наибольшую тревогу, офицеры Генштаба быстро решали поставленные им задачи и по техническим средствам или лично докладывали в Генштаб всё, что было выявлено на месте, причём совершенно правдиво и объективно.

В сражениях под Москвой офицеры Группы, посланные в войска, получали конкретные задачи, которые им ставили лично начальник Генштаба Б.М. Шапошников, комиссар Генштаба Ф.Е. Боков, начальник оперативного управления А.М. Василевский и начальники соответствующих направлений. Определяя их место и роль в системе Генштаба, военком группы А.Г. Королёв в докладе Ф.Е. Бокову от 31 октября 1941 года отмечал: «На офицеров Генерального штаба Красной армии возлагаются большие обязанности. Они глаза и уши, контролёры и направляющая рука Генштаба. Работа офицеров требует от них… точно знать обстановку на фронте и максимально быстро сообщать о ней в Генеральный штаб»7.

Самоотверженно работали офицеры Группы и на других участках советско-германского фронта. Так, с 28 сентября по 8 ноября 1941 года на ленинградском направлении, в районе города Волхов, действовал оперативный (передовой) пункт управления Генштаба, в состав которого входили офицеры Группы во главе с полковниками В.В. Курасовым и С.С. Броневским. Организация пункта была обусловлена тяжёлыми условиями управления войсками на этом направлении. Противник вплотную подошёл к Ленинграду: с 8 сентября сообщение с городом поддерживалось только по Ладожскому озеру и воздуху. Проводная связь со штабом Ленинградского фронта была крайне неустойчивой. Оперпункт не заменял собой работу офицеров ленинградского направления Генштаба, но, находясь ближе к войскам и имея свой узел связи, дублировал и дополнял его. Когда же связь Генерального штаба работала с перебоями, он являлся единственным источником получения информации от той или иной армии. Действуя в особых условиях, оперпункт стал первым опытом создания передовых и вспомогательных органов управления в оперативно-стратегическом звене8.

Своевременная и важная информация об организации оборонительных районов и причинах незавершённости наступательных операций советских войск поступала от офицеров Группы при 6, 11, 27 и 40-й армиях Северо-Западного фронта9.

К концу 1941 года в работе офицеров Группы выявился ряд трудностей, основными причинами которых были отсутствие опыта работы и нормативных документов, регламентирующих их деятельность в войсках, а также средств передвижения и связи. Это приводило порой к курьёзным случаям. Так, в первых числах октября во время вылета офицера Волховского оперативного пункта управления Генштаба в южную группу 7-й Отдельной армии (командир группы генерал В.П. Цветаев) на аэродроме около деревни Новинки (северо-восточнее Лодейного Поля) командир авиаполка капитан С.П. Новиков не признал подлинным удостоверение личности капитана И.Ф. Решмина как офицера Генштаба и задержал его, заявив, что в Красной армии таких офицеров не может быть10.

В первые же дни работы Группы офицеров Генштаба на фронте в ряде случаев очень остро встал вопрос о взаимоотношениях между ними и командованием объединений и соединений. Руководствуясь указаниями Генштаба, офицеры в основном правильно строили свои взаимоотношения с фронтовым и армейским командованием. Однако в силу ряда причин и, главным образом, отсутствия документов, регламентирующих их деятельность в войсках, между ними и командованием возникали отдельные недоразумения.

В докладе начальнику Генштаба Б.М. Шапошникову от 2 ноября 1941 года военный комиссар Группы А.Г. Королёв писал: «Генштаб является высшей руководящей инстанцией в отношении всех штабов, как фронтов, так и армий. Однако эту простую истину не все усвоили достаточно прочно. Имеют место случаи пренебрежительно-барского, а иногда и хулиганского отношения [как] к работникам, так и офицерам Генерального штаба со стороны некоторых начальников в штабах фронтов и армий»11.

Укомплектованность Группы офицеров Генштаба к ноябрю 1941 года составляла всего 7 проц. от штата12. Особенно плохо обстояло дело с укомплектованием руководящего аппарата группы, который состоял из комиссара А.Г. Королёва, двух его помощников и практически не мог охватить все стороны деятельности подчинённых офицеров. Уместно заметить, что решение ГКО от 28 июля 1941 года в части формирования группы численностью в 1124 человека было завышенным. Это превышало численность всего Генштаба того периода13. Острая нехватка квалифицированных военных кадров вынуждала принимать меры к резкому сокращению штатов военных органов управления.

На 5 декабря 1941 года, то есть к началу контрнаступления советских войск под Москвой из 80 офицеров Генштаба, состоявших в Группе, около 60 находились в войсках Калининского, Западного и Юго-Западного фронтов. Из их докладов, а также информации по другим каналам Генеральный штаб хорошо знал обстановку на всех участках битвы за Москву и своевременно принимал необходимые меры. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

 

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Штеменко С.М. Генеральный штаб в годы войны. М.: Воениздат, 1968. С. 138.

2 Центральный архив Министерства обороны РФ (ЦАМО РФ). Ф. 7-А. Оп. 587. Д. 1. Л. 169; Ф. 16-А. Оп. 1024. Д. 2. Л. 171—174.

3 Василевский А.М. Дело всей жизни. 2-е изд., доп. М., 1975. С. 532.

4 ЦАМО РФ. Ф. 7-А. Оп. 139. Д. 6. Л. 235.

5 Там же. Оп. 587. Д. 2. Л. 70—73, 76, 77, 92, 93, 122.

6 Цит. по: Штеменко С.М. Указ. соч. С. 139.

7 ЦАМО РФ. Ф. 19-А. Оп. 599. Д. 5. Л. 23.

8 Броневский С.С. Об оперпункте Генерального штаба на ленинградском направлении (октябрь—ноябрь 1941 г.) // Воен.-истор. журнал. 1979. № 8. С. 42—46.

9 ЦАМО РФ. Ф. 48-А. Оп. 1099. Д. 10. Л. 79—81; Д. 1. Л. 83—87; Оп. 1133. Д. 18. Л. 118, 119, 122—125.

10 Броневский С.С. Указ. соч. С. 43, 44.

11 ЦАМО РФ. Ф. 19-А. Оп. 599. Д. 5. Л. 24.

12 Там же. Л. 92—94.

13 Там же. Ф. 7-А. Оп. 66. Д. 2. Л. 90.