Операция «Багратион»: военные контрразведчики за линией фронта

image_pdfimage_print

Аннотация. Автор, на основе рассекреченных документов Центрального архива ФСБ России раскрывает формы, методы и неизвестные ранее факты участия советской военной контрразведки в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками за линией фронта в ходе Белорусской стратегической наступательной операции.

Summary. The article, based on declassified documents of the Russian FSS’s Central Archives reveals forms, methods and previously unknown facts of participation of Soviet military counter-intelligence in the fight against the Nazi invaders behind the enemy front lines during the Belorussian strategic offensive operation.

НЕИЗВЕСТНОЕ ИЗ ЖИЗНИ СПЕЦСЛУЖБ

 

КУЗЯЕВА Светлана Анатольевна — историк отечественных спецслужб

(Москва. E-mail: svanku@mail.ru).

 

ОПЕРАЦИЯ «БАГРАТИОН»: ВОЕННЫЕ КОНТРРАЗВЕДЧИКИ ЗА ЛИНИЕЙ ФРОНТА

 

В годы Великой Отечественной войны особое место среди задач советских военных контрразведчиков занимала зафронтовая работа — комплекс контрразведывательных и разведывательных мероприятий на территории, занятой противником, с целью выявления и срыва планов фашистского командования1.

В первые годы войны войсковая контрразведка накопила опыт борьбы со спецслужбами противника и добилась нужной эффективности зафронтовой работы. Её агенты внедрялись в разведывательно-диверсионные структуры и школы противника, антисоветские организации. Только с начала октября 1943 года по май 1944 года органы контрразведчики «Смерш» перебросили в тыл противника 345 зафронтовых агентов. Вернулись после выполнения заданий 102 человека, 57 смогли внедриться в германские спецслужбы. В ходе операций были перевербованы 69 вражеских разведчиков, 29 из них сдались советским органам госбезопасности, остальные оставались в разведорганах противника до окончания войны2.

Расширялась заброска на оккупированную территорию зафронтовых групп из двух—пяти опытных контрразведчиков, которые работали с агентурой во вражеском тылу. Перед отправкой за линию фронта группы проходили специальную подготовку, изучали оперативную обстановку в районе предстоящей работы, задачи, легенды прикрытия и способы конспирации, совершенствовали боевые навыки, получали шифры и коды, условные знаки на случай провала. В зависимости от условий действий подбиралась экипировка бойцов — гражданская одежда, форма немецкой армии и её союзников либо красноармейская. Соответственно ей выдавали документы прикрытия, снаряжение и оружие3.

Большую роль играл выбор места постоянного базирования групп за линией фронта. Они часто располагались вместе с партизанскими отрядами и находились на полном довольствии в них.

Широко практиковалось включение в группы граждан, которые ранее служили противнику и, перейдя линию фронта, явились с повинной. Они знали в лицо немецких шпионов, диверсантов, руководителей немецких разведшкол и хорошо ориентировались во вражеской среде. Часто в группы включали надёжных, проверенных делом местных жителей, чьи родственные связи помогали устанавливать контакты на занятых врагом территориях с патриотически настроенными работниками городских и сельских администраций оккупантов, старостами и т.п. На характер зафронтовой работы с агентурой проливает свет один из докладов контрразведчиков в Центр: «…приобретена специальная библиотека для агентуры, которая состоит из художественной, политической и разведывательного характера литературы… агенту предоставляется возможность внести свои коррективы»4.

В 1944 году, когда Ставка Верховного Главнокомандования планировала Белорусскую стратегическую наступательную операцию четырёх фронтов под кодовым наименованием «Багратион», к предстоящим боям готовились и военные контрразведчики. Преодолев весной 1943 года сложности, возникшие в связи с очередной реорганизацией ведомства, они систематизировали контрразведывательное обеспечение наступательных операций Красной армии и оказывали заметную помощь советскому командованию. Работа за линией фронта, разработка разведывательных органов противника и различных националистических профашистских организаций была их важной задачей. 4-й (зафронтовой) отдел Главного управления контрразведки Наркомата обороны (ГУКР НКО) «Смерш» старался учесть замечания руководства ведомства и активизировать работу агентуры5.

План зафронтовой работы Управления контрразведки (УКР) «Смерш» Западного фронта указывал: «В связи с наступлением войск Красной армии следует полагать, что немецкие разведывательные органы попытаются широко использовать предательский и другой антисоветский элемент для активной шпионско-диверсионной, террористической и другой подрывной работы против СССР… С целью насаждения нашей агентуры в немецких разведывательных органах, карательных отрядах, контрреволюционно-националистических формированиях, для парализации их деятельности — перебросить оперативную группу для этой работы на базу партизанского полка…»6.

Выполнение этой задачи усложнило переформирование фронтов. Вновь образованный УКР «Смерш» 2-го Белорусского фронта, в который, в основном, вошли контрразведчики бывшего Северо-Западного фронта, был вынужден заново начать зафронтовую работу. Прибывшие на новый участок сотрудники только 1 мая 1944 года приступили к сбору и систематизации сведений о противостоявших войскам фронта спецслужбах противника. Контрразведчики УКР «Смерш» Западного фронта вошли в УКР «Смерш» 3-го Белорусского фронта и продолжили подготовку зафронтовых агентов7.

В течение месяца войсковым чекистам удалось установить немецкие органы разведки и контрразведки, действовавшие против обоих фронтов, — разведорганы «Виддер» в Бобруйске (абвергруппа-107), «Эбер» в Могилёве (абвергруппа-108 при 4-й немецкой армии) и «Вольф» (абвергруппа-109) в селе Грабово, абверкоманда-203 в деревне Курганы Нойндорфская (бывшая Борисовская) разведшкола, из которой обученная агентура поступала в абверкоманду-103 («Сатурн») в Минске, контрразведывательные подразделения по борьбе с советской агентурой и партизанами в Минске, Орше, Могилёве, деревне Будилово и других населённых пунктах8. Эти органы противника забрасывали шпионов и диверсантов на территории дислокации и в войска 1-го Белорусского и 1-го Прибалтийского фронтов, освобождавших Белоруссию.

Накануне и на протяжении операции «Багратион» контрразведчики провели ряд успешных операций по заброске агентов и небольших оперативных групп за линию фронта.

Рассекреченные документы Центрального архива ФСБ России открыли неизвестную страницу этой зафронтовой работы.

В январе 1944 года в УКР «Смерш» Западного фронта начали подготовку опергруппы «Запорожцы» из четырёх человек. Разработку операции продолжили контрразведчики 3-го Белорусского фронта. Санкцию на переброску группы руководство ГУКР «Смерш» дало 1 июня 1944 года. Её задачи во вражеском тылу заключались в подборе агентуры для внедрения в немецкие спецслужбы, административные и карательные органы. Планировались захват сотрудника органов разведки или контрразведки противника и другие мероприятия. Командиром группы назначили старшего уполномоченного капитана Н.Н. Селюка9 (Тур), его заместителем — капитана Н.Ф. Рыбалко, радистом — сержанта В.А. Панова, шифровальщиком — старшего лейтенанта А.Ф. Махлая. У командира и его заместителя был опыт контрразведывательной работы. Селюк занимался организацией зафронтовой работы войсковых чекистов с первых дней войны, когда был направлен на Западный фронт оперуполномоченным особого отдела фронта по обслуживанию школы партизанских кадров, и прослужил в этой должности до августа 1943 года.

При подготовке операции он определял условия радиосвязи, запрашивал из Центра информацию о разведорганах и разведпунктах противника в Белоруссии, знакомился со сводками штаба партизанского движения и протоколами допросов немецких пособников. Группе передали списки как советских агентов, служивших у немцев, так и фашистских пособников из советских граждан, преданных фашистам. Вооружили автоматами ППД, пистолетами ТТ, гранатами Ф-1, двумя бесшумными винтовками, ножами. Выдали радиостанцию, форму командного состава Красной армии, удостоверения личности, немецкие марки. Сеансы радиосвязи планировалось проводить ежедневно.

Открытым оставался вопрос о базировании группы. Управление контрразведки «Смерш» 3-го Белорусского фронта, запросив у Белорусского штаба партизанского движения информацию о численности и местах дислокации партизанских формирований, получило подробные донесения о 12 партизанских соединениях общей численностью 16 137 человек. Изучив документы, военные контрразведчики выбрали для дислокации группы партизанское соединение под командованием Героя Советского Союза С.В. Гришина, численность которого на 1 мая 1944 года составляла 1530 бойцов, полностью обеспеченных оружием и боеприпасами. Соединение действовало в районе Толочин — Борисов — Березено.

Это было легендарное формирование. Гришин командовал партизанами с ноября 1941 года, в начальный период войны провёл с ними несколько блестящих операций против фашистских войск на Смоленщине. Его знание обстановки, верный расчёт, интуиция позволяли действовать точно и почти без потерь, причиняя противнику большой ущерб. 16 раз подчинённые Гришина выходили из окружения, за его голову немцы назначили большое вознаграждение. Военные контрразведчики рассчитывали на высокий профессионализм командира партизанского соединения.

18 мая 1944 года Гришин получил распоряжение Белорусского штаба партизанского движения: «Для выполнения важного разведывательного задания командованием фронта направляется в тыл противника разведгруппа в составе 4-х человек во главе с командиром капитаном тов. Тур Николаем Нестеровичем. Разведгруппа Тур будет работать на базе Вашего полка (в то время он уже был соединением. — Прим. авт.). В связи с особой важностью задачи, возложенной на группу, выделите в распоряжение тов. Тур необходимое число проверенных партизан для работы в составе его группы; подробно ознакомьте тов. Тур со всеми имеющимися у Вас данными о противнике и в дальнейшем систематически информируйте его по этому вопросу. Оказывайте тов. Тур повседневную и всемерную помощь в выполнении полученного им задания»10.

Конспирация была строжайшей, военные контрразведчики вливались в ряды партизан под видом специальной разведывательной группы Белорусского штаба партизанского движения. Им запрещалось раскрывать себя даже перед командованием партизанского соединения. Руководство «Смерша» своей резолюцией указало, что его привлечение к работе опергруппы «неминуемо приведёт к расконспирации основных задач, с которыми она прибыла в тыл противника, в результате этого опергруппа попадёт в зависимость от командования и лишится самостоятельности в своих действиях»11. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

 

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

 

 

1 Более подробно см.: Христофоров В.С. и др. Военная контрразведка. История, события, люди: В 2 кн. М., 2008.

2 Христофоров В.С., Виноградов В.К. и др. «Смерш»: исторические очерки и архивные документы. М., 2005. С. 88.

3 Христофоров В.С. Охота на «Кабана». Советские разведчики и диверсанты в тылу немецких войск // Родина. 2007. № 12. С. 76—83.

4 Центральный архив (ЦА) ФСБ России. Ф. 14. Оп. 5. Д. 590. Л. 189.

5 Подробнее о деятельности немецких спецслужб против войск Западного, Центрального, Белорусского и Прибалтийского фронтов см.: Иоффе Э.Г. Абвер, полиция безопасности и СД, тайная полевая полиция, отдел «Иностранные армии — Восток» в западных областях СССР. Стратегия и тактика. 1939—1945 гг. Минск: Харвест, 2008.

6 ЦА ФСБ России. Ф. 40. Оп. 4. Д. 23. Л. 7.

7 Христофоров В.С., Виноградов В.К. и др. «Смерш»… С. 88.

8 ЦА ФСБ России. Ф. 14. Оп. 5. Д. 590. Л. 176, 184; Христофоров В.С., Виноградов В.К. и др. «Смерш… С. 113—133.

9 Селюк Николай Николаевич родился в 1916 г. в селе Салтыковка-Девица Куликовского района Черниговской области, украинец, окончил неполную среднюю школу, работал в родном селе в колхозе «Вторая пятилетка» и учился на зоотехника. Член ВКП(б) с 1940 г. В 1939—1940 гг. учился в Украинской межкраевой школе Главного управления государственной безопасности (ГУГБ) НКВД СССР. С мая 1940 г. — в органах безопасности УССР. Во время Великой Отечественной войны — в органах военной контрразведки, после войны на руководящей работе в органах военной контрразведки в Белоруссии. В 1947 г. из-за полученных на фронте ранений получил инвалидность и был уволен по состоянию здоровья.

10 ЦА ФСБ России. Ф. 40. Оп. 4. Д. 23. Л. 77.

11 Там же. Л. 83.