Армейская династия дворян Реадов

image_pdfimage_print

Аннотация. Статья, подготовленная на основе ранее не публиковавшихся архивных источников, посвящена истории династии потомственных российских военных Реадов, сыгравших немалую роль в Отечественной войне 1812 года и Крымской кампании.

Summary. The article based on previously unpublished archival sources is devoted to the history of the dynasty of the Reads (Russian military generation), which played a significant role in the Patriotic War of 1812 and the Crimean War.

 

ЗАБЫТОЕ ИМЯ

 

МАНОЙЛЕНКО Юрий Евгеньевич — главный специалист Российского государственного исторического архива, кандидат исторических наук

(Санкт-Петербург. E-mail: historic2009@mail.ru),

МАНОЙЛЕНКО Анна Сергеевна — заведующая архивохранилищем Российского государственного архива Военно-морского флота, магистр социально-экономического образования

(Санкт-Петербург. E-mail: anetkir@rambler.ru).

 

150 ЛЕТ НА СЛУЖБЕ ЦАРЮ И ОТЕЧЕСТВУ

Армейская династия дворян Реадов

 

По решению Смоленского городского совета на карте города в 2006 году появилась Реадовская улица. К сожалению, лишь немногие местные жители связывают её название с героями Отечественной войны 1812 года. И тем более мало кто знает, что дворянский род Реадов имел долгую и славную историю, неразрывно связанную с российской армией. На протяжении полутора столетий представители этой потомственной военной династии состояли на ратной императорской службе и совершили немало подвигов во славу Отечества.

Основателем рода считается Джеймс Реад, выходец из Великобритании, поступивший на русскую службу в 1716 году1. По указу Петра I Яков Александрович, как его стали называть в России, был направлен в артиллерийский гарнизон Смоленска. К концу 1720-х годов он в чине капитана возглавлял смоленскую гарнизонную артиллерию, а крёстными его детей были комендант Смоленска Ф.А. Шепелев и жена вице-губернатора А.М. Панина2.

Служил Яков Реад «вечно, без капитуляции». В апреле 1743 года по указу императрицы Елизаветы Петровны он был произведён в подполковники и переведён в Выборг3. Затем Яков Александрович вернулся в Смоленск, где продолжал нести службу в гарнизонной артиллерии до октября 1756 года. Именно в этот период он обзавёлся имением в Смоленском уезде, на реке Ясенной, за которым в дальнейшем закрепилось название Реадовка, существующее до наших дней.

По поводу чина, в котором Яков Реад вышел в отставку, источники расходятся. В 1828 году правнук артиллериста майор Яков Андреевич Реад в прошении, поданном в Смоленское дворянское депутатское собрание, указывал, что прадед его имел чин генерал-майора4. На следующий год Герольдия при Сенате, рассматривавшая дело о дворянстве Реадов, обратилась по этому поводу в Инспекторский департамент Главного штаба. В полученном ответе сообщалось: «По делу, производившемуся в Военной коллегии в 1742 году, по коему собрано сведение о всех генералах, в числе оных генерал-майора Якова Реада не значится; по “Списку о генералах и штаб-офицерах…” показан артиллерии подполковник Яков Реад, который в сем чине значился с 1752 по 1757 г.»5.

В описании герба рода Реадов в «Общем гербовнике дворянских родов Всероссийской империи» Яков Реад назван полковником6. Сохранился, однако, высочайше утверждённый 6 октября 1756 года* всеподданнейший доклад генерал-фельдцейхмейстера П.И. Шувалова об увольнении Якова Реада от службы в артиллерии с чином генерал-майора7.

За время своей долгой службы Яков Александрович несколько раз становился героем «громких» историй. С декабря 1729 по август 1730 года Святейший синод разбирал конфликт между ним и церковными властями Смоленска, поводом к которому послужило католическое вероисповедание Реада8. В мае 1739 года смоленский мещанин Герасим Шило, вяземский купец Степан Масленников и канцелярист Лев Павлов обвинили Якова Реада в продаже железа, ружейных стволов, сабель и амуниции из смоленского цейхгауза «дешевою ценою»9. По их словам, проданные Реадом ружья и сабли затем вывозились неким польским шляхтичем за рубеж, из-за чего «есть опасность, вред и небрежение государству»10.

Для расследования дела в Смоленск был прислан капитан-поручик Семёновского полка Андрей Колударов, который, допросив фигурантов этой истории, представил подробное донесение кабинету министров11. Дело о продаже вещей из смоленского цейхгауза дважды слушалось кабинет-министрами, а затем было передано на рассмотрение Правительствующего сената12. В ходе дальнейшего следствия выдвинутые против Реада обвинения не нашли сколько-нибудь убедительных подтверждений.

Как известно, при Петре I Св. синод разрешил браки между православными и «иноверцами»13. Благодаря этому в январе 1725 года Яков Реад, не меняя вероисповедания, женился на внучке дьяка Смоленской губернской канцелярии Прасковье Грамотиной и «прижил с нею четырёх детей»14. Старший сын Якова Реада Александр умер в 8-месячном возрасте. В результате единственным продолжателем рода стал другой сын артиллериста — Иван Яковлевич Реад.

Сведений о судьбе Ивана Яковлевича не сохранилось. Как отмечалось в определении Смоленского дворянского депутатского собрания от 17 января 1828 года, биографические сведения о нём «за нашествием неприятеля и истреблением дел, найти теперь совершенно нельзя»15. Сын Ивана Яковлевича, Андрей Иванович Реад, посвятил себя военной карьере, дослужился до чина подполковника, а по выходе в отставку был избран смоленским губернским предводителем дворянства16.

У Андрея Ивановича Реада было пятеро сыновей: все они по примеру предков выбрали для себя военную стезю. Мы остановимся на судьбах троих из них: Николая, Евгения и Якова Реадов17.

Старший из братьев, Николай Андреевич, в 1808 году в возрасте 16 лет поступил на службу в старейший полк Российской гвардии — Преображенский. Через два года по высочайшему повелению был переведён в Корпус инженеров путей сообщения и вскоре стал адъютантом его командира — строителя Мариинской и Тихвинской водных систем инженер-генерала Ф.П. де Воллана. Весной 1812 года капитан Николай Реад получил назначение в Сумской гусарский полк «с переименованием в ротмистры»18.

Война с наполеоновской Францией застала Николая Андреевича в Гродненской губернии, где квартировал Сумской полк. Вместе с полком Николай Реад участвовал в арьергардных боях с французами на территории Белоруссии. Особенно отличились сумские гусары в сражении под Витебском 15 июля 1812 года: «Бой начался с рассветом. Сумские гусары заодно с казаками атаковали французских конных егерей. Егеря встретили атаку залпами, но атакующих это не остановило. Гусары с поднятыми к атаке саблями смяли егерей и кинулись на стрелков. К вечеру бой на всей позиции затих. Русская армия продолжала отступать. Сумские гусары, следуя в арьергарде последними, перейдя мост у Витебска, сожгли его»19. За участие в этом сражении ротмистр Реад был награждён орденом Св. Владимира 4-й степени с бантом20.

Пройдя с боями путь от Витебска до Смоленска, русские войска остановились у села Бородино. В эти дни двое младших братьев Николая Реада, Евгений и Яков, вступили в ряды действующей армии и были зачислены в 3-ю резервную артиллерийскую бригаду юнкерами21. Братья Реады приняли участие в Бородинском сражении, за подвиги в котором получили награды: Николай — чин майора, а Евгений и Яков — Знаки отличия Военного ордена22.

В формулярные списки Реадов занесены названия населённых пунктов, составивших славу русского оружия в Отечественной войне 1812 года: Тарутино, Малоярославец, Красный. В 1813—1814 гг. в составе русской армии братья Реады освобождали Западную Европу от французского владычества, участвовали в сражениях при Лютцене и Бауцене, «Битве народов» под Лейпцигом, боях на территории Франции. «Отличное мужество», проявленное братьями в «делах и походах», неоднократно отмечалось наградами российской и союзных армий: в частности, за Лейпцигское сражение Николай Реад был пожалован золотой саблей с надписью «За храбрость»23. Находясь в войсках вплоть до капитуляции Парижа, братья Реады закончили войну: Николай — подполковником Сумского гусарского полка, Евгений — поручиком 7-й конно-артиллерийской роты, Яков — подпоручиком той же роты24.

После Отечественной войны и Заграничных походов в России стали возникать тайные политические общества офицеров, обсуждавшие проекты возможных изменений государственного строя и отмены крепостного права. Весной 1821 года на стол императора Александра I легла записка начальника штаба Гвардейского корпуса А.Х. Бенкендорфа, в которой подробно излагались программы и состав тайных организаций. В списке участников «Союза благоденствия» упоминалась фамилия Реад25.

О ком из трёх братьев шла речь, остаётся неясным. Опубликовавший записку историк Н.К. Шильдер полагал, что участником тайного общества был Евгений Андреевич Реад, с 1818 года служивший адъютантом начальника Главного штаба П.М. Волконского26. Современный исследователь движения декабристов П.В. Ильин обращает внимание на то, что автор записки мог иметь в виду старшего из братьев Реадов, Николая Андреевича27. В то же время вне поля зрения историков остался третий брат, Яков Андреевич, офицер Ольвиопольского гусарского полка, также имевший возможность состоять в тайной организации28. Как бы то ни было, в дальнейшем никто из Реадов не привлекался к следствию по делу о восстании на Сенатской площади, а «декабристский эпизод» никак не повлиял на их жизнь и служебное положение.

В марте 1826 года Евгений Реад был назначен флигель-адъютантом императора Николая I, а в декабре того же года произведён в полковники Лейб-гвардии Гусарского полка29. В ходе Русско-турецкой войны 1828—1829 гг. Евгений Андреевич в составе полка участвовал в походе на Дунай. Во время блокады русскими войсками крепости Шумла полковник Реад был убит30. Согласно воспоминаниям дивизионного адъютанта И.П. Дубецкого «во время канонады батарейной роты, отдавая свои приказания… Реад был срезан пополам турецким ядром». После смерти Евгения Андреевича ординарец привёз домой его мундир, оружие и седло.

Николай Реад с 1818 по 1831 год командовал Ольвиопольским гусарским полком31. Во главе полка Николай Андреевич участвовал в подавлении Польского восстания и за отличие в сражении при Грохове в феврале 1831 года был произведён в генерал-майоры32. В дальнейшем, командуя бригадой 2-й гусарской дивизии, Николай Реад штурмовал Варшаву и преследовал остатки польской армии до границы с Пруссией. За участие в кампании генерал-майор Реад был награждён орденом Св. Анны 1-й степени33. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

 

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1 Российский государственный исторический архив (РГИА). Ф. 1343. Оп. 28. Д. 934. Л. 36.

2 Там же. Ф. 796. Оп. 10. Д. 365. Л. 9 об., 10.

3 Там же. Ф. 1329. Оп. 1. Д. 71. Л. 91.

4 Там же. Ф. 1343. Оп. 28. Д. 934. Л. 2.

5 Там же. Л. 36.

6 Там же. Ф. 1411. Оп. 1. Д. 100. Л. 117.

7 Там же. Ф. 1329. Оп. 1. Д. 87. Л. 134.

8 Подробнее об этом см.: Манойленко Ю.Е. Дело о правах капитана Джеймса Реада. Смоленск, 1729—1730 гг. // Вопросы истории. 2011. № 10. С. 157—161.

9 РГИА. Ф. 1329. Оп. 1. Д. 53. Л. 319.

10 Там же. Л. 321.

11 Там же. Л. 318—322.

12 Там же. Л. 322 об.

13 Полное собрание законов Российской империи. 1-е собрание. СПб, 1830. Т. 6 (1720—1722 гг.). № 3814.

14 РГИА. Ф. 796. Оп. 10. Д. 365. Л. 9 об.

15 Там же. Ф. 1343. Оп. 28. Д. 934. Л. 4.

16 Там же. Л. 2 об.

17 Сведения об Александре Андреевиче и Андрее Андреевиче Реадах крайне отрывочны и требуют дальнейшего исследования. По имеющимся данным, Александр Реад с 1810 г. служил в Лейб-гвардии Преображенском полку, имел чин штабс-капитана, умер в 1818 г. Андрей Реад служил адъютантом командира 2-го пехотного корпуса 1-й Западной армии, затем штабс-капитаном в Лейб-гвардии Конно-егерском полку. Умер в 1820 г. См.: РГИА. Ф. 1343. Оп. 28. Д. 934. Л. 34; Месяцеслов с росписью чиновных особ или общий штат Российской империи на лето от Рождества Христова 1810. СПб., 1810. Ч. 1. С. 33; Месяцеслов с росписью чиновных особ или общий штат Российской империи на лето от Рождества Христова 1815. СПб., 1815. Ч. 1. С. 42; Шилов Д.Н. Члены Государственного Совета Российской империи, 1801—1906: Биобиблиографический справочник. СПб., 2007. С. 661.

18 РГИА. Ф. 1343. Оп. 28. Д. 934. Л. 88 об.—90 об.

19 Сумские гусары. 1651—1951. Буэнос-Айрес, 1954. С. 32.

20 РГИА. Ф. 1343. Оп. 28. Д. 934. Л. 89.

21 Там же. Л. 13 об., 26 об., 27.

22 Там же. Л. 13 об., 14, 27, 89.

23 Там же. Л. 91.

24 Там же. Л. 13 об., 26 об., 27, 90 об.

25 Шильдер Н.К. Император Александр Первый. Его жизнь и царствование. Т. 4. СПб., 1898. С. 211.

26 Там же. С. 488.

27 Ильин П.В. Новое о декабристах. Прощённые, оправданные и необнаруженные следствием участники тайных обществ и военных выступлений 1825—1826 гг. СПб., 2004. С. 411, 412.

28 РГИА. Ф. 1343. Оп. 28. Д. 934. Л. 13 об.

29 Там же. Л. 27 об., 28.

30 Там же.

31 Там же. Л. 90 об., 91 об.

32 Там же. Л. 92.

33 Там же. Л. 94.