Концентрационные лагеря в России в годы Первой мировой войны

image_pdfimage_print

Аннотация. Автор анализирует причины создания концентрационных лагерей для военнопленных в России в годы Первой мировой войны, основные элементы оборудования концлагерей, бытовые условия и режим содержания в них.

Summary. The author analyzes the reasons for creation of concentration camps for prisoners of war in Russia during the First World War, the major items of concentration camps’ equipment, the living conditions and the detention regime in them.

ВОЕННОПЛЕННЫЕ: ПРОБЛЕМЫ И РЕШЕНИЯ

 

КОРНЕЕВ Владимир Владимирович — доцент кафедры философии, истории и культурологии Академии гражданской защиты МЧС России, полковник, кандидат исторических наук, доцент

(Москва. E-mail: korneevussr@mail.ru).

 

КОНЦЕНТРАЦИОННЫЕ ЛАГЕРЯ В РОССИИ В ГОДЫ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ

 

В годы перестройки появились публикации, в которых утверждалось, будто бы концлагеря «изобрела» советская власть. Но они появились гораздо раньше. Впервые концентрационные лагеря были созданы во время Гражданской войны в США, их также активно использовали британцы во время Англо-бурской войны в 1899—1902 гг., а годы Первой мировой войны — воюющие страны.

Условия содержания военнопленных в России в те годы изучены недостаточно. Данной статьёй хотелось бы привлечь внимание исследователей к этой теме.

В годы Первой мировой войны попали в плен от 2,4 до 3,9 млн подданных России1, 993 775 — Германии, 570 000 — Италии, 477 800 — Франции, 172 000 — Великобритании. Русские войска также пленили 1 963 331 военнослужащего Австро-Венгрии2.

К 1917 году в России находились 2,2—2,4 млн военнопленных, в том числе около 1,9 млн из австро-венгерской армии, около 190 тыс. — из германской, около 63 тыс. — из турецкой и свыше 1500 человек — из болгарской3. Для пленных были созданы около 400 лагерей, из них 128 в Московском военном округе, 113 в Казанском, 37 в Туркестанском, 30 в Иркутском, 28 в Омском, 18 в Одесском, 15 в Петроградском, 5 в Приамурском4 и в других местах.

Для сравнения, к 1916 году в Германии насчитывалось 239 лагерей для военнопленных, в Австро-Венгрии — 116 стационарных лагерей5.

Наиболее крупные российские лагеря находились в восточных районах на территории Сибири, Урала, Средней Азии. Их строили вплоть до Февральской революции. С 1916 года в азиатской части России необходимость в строительстве новых лагерей отпала ввиду запрета отправлять за Урал тех военнопленных, кого можно было привлечь к труду6.

Ошибочно причислять все российские лагеря того времени для военнопленных к концентрационным. Документы свидетельствуют, что концлагеря в России появились не сразу после начала войны. По замыслу военного командования основным местом сосредоточения военнопленных должны были стать тыловые военные округа России — Казанский, Омский, Туркестанский. Но мест для их размещения там было недостаточно, поэтому пришлось использовать для этих целей различные постройки. Наряду с казармами, подсобными хозяйственными объектами и т.п., военнопленных стали размещать в зданиях разных общественных заведений. К примеру, в Томске для них летом 1914 года приспособили здания двух гимназий, духовной семинарии и уездного училища, а с наступлением холодов — часть помещений университета, Технологического института, семь каменных двухэтажных и одно деревянное здание городских начальных училищ, дом науки (Народный университет), здание ипподрома и др.7 Нередко, военнопленных размещали и на частных квартирах.

Остро не хватало свободных помещений для военнопленных и в Туркестанском военном округе. Так, в Катта-Кургане в начале 1915 года планировали вдобавок к содержавшимся там разместить ещё 1200 военнопленных, но город мог принять только 600, а в Самарканде из 1000 военнопленных были места только для 5008. Чтобы выйти из положения, в помещениях стали устанавливать второй ярус кроватей. 600 пленных, которых должны были содержать в Чарджуе, разместили на баржах Аму-Дарьинской флотилии9. В Сыр-Дарьинской области Туркестанского края для размещения 100 пленных офицеров было отдано здание высшего начального училища в Казалинске, под лазарет для военнопленных в лагере у Перовска освободили здание Перовского высшего начального училища, досрочно проведя в нём экзамены и отправив 40 детей-интернатовцев в летний лагерь10.

В начале 1915 года, когда, несмотря на принятые меры, во всех тыловых округах обострился дефицит помещений для военнопленных, в Военном министерстве был поднят вопрос о строительстве концентрационных лагерей. Инициатором его решения стал командующий Омским военным округом. 10 марта 1915 года он телеграфировал начальнику Генерального штаба: «Ввиду ожидаемого массового прибытия военнопленных и за полною невозможностью разместить их казарменным порядком в городских помещениях и у обывателей единственным выходом является скорейшее устройство концентрационных лагерей»11. Он попросил о финансировании расширения строившихся в Омске и Томске лагерей с пяти до десяти тысяч мест для пленных в каждом и постройки нового лагеря в Новониколаевске на десять тысяч пленных.

Военный министр В.А. Сухомлинов одобрил эту инициативу. 16 марта 1915 года он в письме министру внутренних дел Н.А. Маклакову сообщил об острой нужде в помещениях для пленных и попросил содействия правительства в решении этой проблемы, справедливо полагая, что занятие русскими войсками крепости Перемышль вызовет необходимость размещения в России ещё более 100 тыс. военнослужащих австро-венгерской армии. По мнению военного министра, необходимо было срочно освободить театр военных действий от такого большого количества военнопленных и оперативно решить проблему их размещения в России12. Судя по дальнейшим событиям, правительство одобрило предложение Сухомлинова.

Нехватка помещений была не единственной причиной строительства концлагерей. Архивные материалы военного ведомства показывают, что использование общественных и частных зданий для содержания пленных вызывало недовольство местных жителей. Некоторые представители военного командования не одобряли предоставление военнопленным помещений военного ведомства, так как в результате военнопленные оказывались в лучших условиях, нежели дислоцированные в тех же местах русские войска. Такие настроения особенно усилились после того, как общественность узнала о неудовлетворительном содержании русских военнопленных в Германии и Австро-Венгрии. Всё это повлияло на действия Военного министерства.

Получив одобрение правительства, оно в апреле 1915 года приняло решение о строительстве концентрационных лагерей. Первоначально планировалось создать их в Туркестанском военном округе на 50 000 военнопленных, в Иркутском — на 75 000, в Приамурском — на 60 00013. Впоследствии эти планы были скорректированы. В справке о строительстве концлагерей, составленной 30 июня 1915 года, и.о. военного министра А.А. Поливанов указал строительство в Туркестанском военном округе двух лагерей — Троицкого на 6500 пленных и Самаркандского на 3500, в Омском военном округе — в Омске, Тюмени, Петропавловске, Новониколаевске и Барнауле — на 10 000 человек каждый, в Томске — двух лагерей на 20 000 человек каждый, в Казанском военном округе — Тоцкий на 75 000, в Тобольске и Уфе — на 6000 каждый, в Бийске — на 5000 пленных14.

Все лагеря военнопленных в России подчинялись Военному министерству в лице Главного управления Генерального штаба (ГУГШ), в котором делами военнопленных первоначально занималось 7-е отделение отдела по устройству и службе войск Эвакуационного управления ГУГШ. 30 октября 1916 года в ГУГШ был учреждён «отдел эвакуационный и по заведыванию военнопленными». В военных округах создавались управления по делам военнопленных, подотчётные ГУГШ15.

Лагеря для военнопленных в России, как и в других странах, различались функционально. В сборные, пересылочные, фильтрационные, трудовые лагеря их направляли на некоторое время, а концентрационные лагеря предназначались для постоянного содержания. В целом, число концлагерей в России было небольшим. На карте к ведомости мест постоянного содержания военнопленных, составленной по данным на 1 января 1916 года, указаны 9 концлагерей в азиатской части России и один (Тоцкий) в европейской16. Возможно, общее число концлагерей в 1916—1917 гг. выросло. Установить их число не удалось.

Лагеря всех типов в России были похожи друг на друга. Каждый представлял собой бараки облегчённого типа либо полуземлянки и хозяйственные постройки, возведённые, как правило, на открытой местности за городом. Бараки с двухъярусными нарами строили из расчёта площади на одного человека — 0,27 кв. саженей (около 1,3 кв.м, в русской армии подобная норма составляла 0,88 кв.саж.), объёма — 0,44—0,46 куб.саж. (примерно 4,3—4,7 куб.м, в русской армии — 1,5 куб.саж.)17. В Туркестанском крае бараки представляли собой открытые или полуоткрытые навесы на столбах, простенки между которыми завешивали камышовыми плетёнками или подъёмными щитами18. Строили концлагеря, в основном, силами военнопленных, некоторые огораживали колючей проволокой, заборами, оборудовали вышками (башнями) для наблюдения за пленными.

Условия содержания в концлагерях в течение войны менялись. Офицеры и нижние чины содержались отдельно.

В лучшем положении по сравнению с пленными других национальностей были военнопленные-славяне. Их размещали в отдельных бараках и направляли на более лёгкие работы, а других пленных — в шахты, на строительство дорог, хозяйственных объектов. Нижним чинам из военнопленных-славян разрешали воскресные прогулки, офицерам — свободное времяпрепровождение. В места содержания военнопленных славян получили доступ представители славянских обществ, землячеств, которые вели культурно-просветительную и агитационно-массовую работу19.

Всем военнопленным командование стремилось обеспечить возможность удовлетворения религиозных потребностей.

В лагерных бараках на нары стелили матрасы, набитые соломой, в Средней Азии — кошмы, маты из тростника. Одеял не хватало, часто военнопленные укрывались своими шинелями. Помывку в бане предписывалось проводить не реже двух раз в месяц, при этом была острая потребность в сменном белье.

Всем военнопленным выдавали горячую пищу. С июля 1915 года ежедневная норма мяса на человека уменьшилась с половины фунта (около 200 г) до четверти, была отменена выдача чая и сахара20. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

 

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Керсновский А.А. История русской армии: В 4 т. М.: «Голос», 1994. Т. 4. С. 168; Россия в мировой войне 1914—1918 года (в цифрах). М.: ЦСУ, 1925. С. 4; Филипповых Д.Н. Империя «DEADLINE» // Военный академический журнал. 2014. № 2. С. 53.

2 Каминский Л.С., Новосельский С.А. Потери в прошлых войнах (1756—1918). Справочная книга. М.: Медгиз, 1947. С. 67, 68, 69, 74, 76.

3 Великая Октябрьская социалистическая революция: Энциклопедия. 3-е изд., доп. М., 1987. С. 196; Васильева С.Н. Военнопленные Германии, Австро-Венгрии и России в годы первой мировой войны. Автореф. … канд. ист. наук. М., 1997. См.: Интернет-ресурс: http://cheloveknauka.com.

4 Васильева С.Н. Военнопленные Германии, Австро-Венгрии и России в годы Первой мировой войны. М.: РИЦ Мос. гос. открытого пед. ун-та (МГОПУ), 1999. С. 87.

5 Там же. С. 26, 52.

6 Талапин А.Н. Политика в отношении военнопленных двух мировых войн в России и Сибири. См.: интернет-ресурс: http://www.mrwolf.ru; Васильева С.Н. Военнопленные… М.: РИЦ МГОПУ, 1999. С. 86.

7 Российский государственный военно-исторический архив (РГВИА). Ф. 2000/c. Оп. 9с. Д. 25. Л. 40 об.

8 Там же. Ф. 1396. Оп. 4. Д. 73. Л. 31.

9 Там же. Л.175.

10 Там же. Л. 587, 625.

11 Там же. Ф. 2000/c. Оп. 9с. Д. 25. Л. 19.

12 Там же. Л. 14, 15.

13 Там же. Л. 27.

14 Там же. Л. 69, 70 об.

15 Там же. Ф. 2000. Оп. 6. Д. 13. ЛЛ. 5, 6; Васильева С.Н. Военнопленные… М.: РИЦ МГОПУ, 1999. С. 87.

16 РГВИА. Ф. 2000. Оп. 6. Д. 167. Л. 12, 13.

17 Там же. Ф. 2000/c. Оп. 9с. Д. 25. Л. 74, 74 об.

18 Там же. Ф.1396. Оп. 4. Д. 71. Л. 31.

19 Базанов С.Н. Славянские военнопленные в России в годы Первой мировой войны // Осторожно, история. М., 2011. С. 102.

20 РГВИА Ф. 2000/c. Оп. 9с. Д. 25. Л. 65—67.