Русский военный мундир в первой четверти xviii века

image_pdfimage_print

Аннотация. В статье рассматриваются некоторые аспекты реформы обмундирования, проводившейся Петром I в создававшейся им регулярной русской армии.

Summary. The article discusses some aspects of the uniforms’ reform, conducted by Pyotr I in the regular Russian army being created by him.

НЕБРАТЕНКО Геннадий Геннадиевич — профессор кафедры теории и истории государства и права ФГКОУ ВПО «Ростовский юридический институт МВД России», подполковник полиции, доктор юридических наук, доцент

(г. Ростов-на-Дону. Е-mail: gennady@nebratenko.ru).

 

РУССКИЙ ВОЕННЫЙ МУНДИР В ПЕРВОЙ ЧЕТВЕРТИ XVIII ВЕКА

 

Создание Петром I русской регулярной армии по европейскому типу носило системный характер: изменениям подверглись не только организация и вооружение, но и обмундирование войск. Это, однако, не значит, что все полки в одночасье переоделись в новую форму и чёрные треуголки: реформа обмундирования шла довольно медленно, в основном из-за экономических трудностей. И дело не только в недостатке средств. Отечественная текстильная промышленность была ещё не готова дать нужное количество и качество сукон, а торговля с Западом осложнялась в связи с начавшейся Северной войной. Так что цветовая гамма обмундирования в полевой армии обычно менялась раз в два-три года1, а внутри полков допускались предметные и цветовые различия не только между батальонами, но и между отдельными категориями военнослужащих. Всё это затрудняет работу исследователей в области мундироведения, поэтому одна из задач данной статьи — показать на ряде примеров, как цветовая регламентация влияла на внедрение единообразия в воинскую одежду.

Первыми в иностранные единообразные кафтаны Пётр I одел свои «потешные» Преображенский и Семёновский полки. Однако образ русского солдата армии Петра Великого, одетого в зелёно-красный кафтан и чёрную треуголку, стал эталонным, да и то только для пехоты, лишь к концу царствования императора. Полевая армия длительное время была обмундирована пёстро. Это видно, например, на обмундировании сформированных в 1708 году гренадерских полков. Гренадеры в дивизии Адама Вейде оделись в зелёный кафтан с красным прибором, князя Аникиты Репнина — красный с жёлтым, Людвига Аларта — синий с красным, Николая Энцберга — зелёный (или тёмно-зелёный) с красным. Для изготовления униформы и её отделки использовались красный, коричневый, жёлтый, зелёный, крапивный, синий, лазоревый, белый, серый, чёрный цвета и многие их оттенки. Следует учесть и то обстоятельство, что к началу XVIII века русская гвардия и армия носили так называемый «венгерский кафтан», сменивший московское служивое платье. Венгерское платье, достаточно близкое по моде к польскому, да и прежнему русскому, просуществовало в гвардии до 1702—1703 гг., а в полевой армии — до 1704—1705 гг., причём многие драгунские полки в данный период вовсе не получали обмундирования, делая его «от себя», поэтому о единообразии формы говорить не приходилось. Также следует учитывать, что выдача нового платья осуществлялась только по истечению срока ношения старого, что способствовало продлению употребления венгерского костюма. Последняя его выдача состоялась в октябре 1703 года2. Здесь, пожалуй, следует сразу пояснить, что выдача производилась не бесплатно: стоимость обмундирования затем вычиталась из жалованья солдат, а офицеры шили его за свой счёт.

Начало переодеванию в общеевропейский мундир было положено в 1702 году гвардией. При этом основным головным убором гвардейца уже в 1703 году стала шляпа, известная как треуголка, которая, видимо, всё же не сразу заменила русскую суконную шапку с меховой оторочкой. В армейских полках шляпы появились в 1703—1706 гг. На параде 24 октября3 в Москве гвардейцы шли «в шляпах немецких, обложенных кружевом», то есть прорезным серебряным галуном. В 1706 году для обшивки шляп использовалось сукно из изношенных мундиров: крапивного цвета — у преображенцев и василькового — у семёновцев. Некоторые шляпы имели слева пуговицу, которая придерживала одно из полей головного убора4. Первоначально поля шляпы делались небольшими, не притягивались плотно к цилиндру и не имели по краям обшивки тесьмой. Такова и знаменитая треуголка Петра I, в которой он был в Полтавском сражении и которая ныне хранится в Эрмитаже.

Однако обеспечить шляпами весь личный состав не представлялось возможным, поэтому использовались и другие виды головных уборов, в частности, одноцветный или двухцветный картуз5. Его основой мог стать цилиндр от отслужившей срок шляпы, покрытый сукном и имевший отвороты, часто с пристёгивавшимися на «камзольные пуговицы» верхними краями, а иногда «кистями». Личный состав охраны генерал-фельдмаршала (впоследствии генералиссимуса) А.Д. Меншикова и генерал-фельдмаршала Б.П. Шереметева носил головные уборы с золотым позументом или соответственно жёлтой тесьмой, пришивавшимися крест-накрест на внешнем донышке тульи. Капрал или урядник мог иметь этот знак на отворотах картуза, но достоверных сведений о системности такой практики не имеется. Картуз даже в одном полку мог соседствовать с треуголкой или на определённый период вытеснял её. Наиболее широкое использование картузов наблюдалось в первое десятилетие царствования Петра I, затем они постепенно сошли на нет.

Что касается верхней одежды, то мундиры установленных цветов поначалу носила только лейб-гвардия, а также Бутырский и Лефортовский солдатские полки, происходившие от московских выборных солдатских полков6 — своеобразной старой гвардии, по традиции носившей красные кафтаны. Существует мнение, основанное на документальных свидетельствах, что немецкого покроя мундиры для всей инфантерии изначально предполагалось шить из зелёного сукна с красным приборным сукном. Но вскоре стало ясно, что добиться этого в полном объёме невозможно, и Пётр I уже в 1708 году разрешил применять сукна других цветов. Поэтому, если не хватало зелёного сукна, его заменяли материалом другого цвета, хотя бы и русского производства, обычно сермяжным7. Впрочем, официальное разрешение 1708 года только узаконило очевидный факт. Так, например, ввиду отсутствия сукна зелёного цвета для пошивки кафтанов Азовскому, Владимирскому, Ингерманландскому и Московскому солдатским полкам использовалась материя соответственно василькового (1704—1706), красного (1703—1708), василькового (1706—1707) и белого (1707—1708) колера. Кроме того, в 1703—1707 гг. «конкуренцию» кафтану из зелёного сукна составляла сермяжная ткань с прибором из кумача8. Такая одежда обычно полагалась рекрутам и нестроевым чинам низшего ранга (обозные, денщики). Видимо, это было известно шведскому командованию: в разгар Полтавской баталии первый батальон Новгородского солдатского полка, одетый в «сермягу» и потому принятый противником за слабое звено, подвергся особенно сильным атакам. Но Карл XII, как известно, просчитался.

Между тем общеизвестен более ранний случай, когда цвет униформы был использован как военная хитрость. Во время осады крепости Нарва в 1704 году Пётр I решил сымитировать продвижение шведского подкрепления на помощь осаждённым для того, чтобы выманить противника за крепостные стены и уничтожить его в открытом поле. Для осуществления задуманного подходили воинские части, одетые в синие и серые «иноземные мундиры», как шведские и финские войска: лейб-гвардии Семёновский полк (синее платье), Ингерманландский солдатский полк (серые кафтаны), драгунский полк Ивана Горбова (синие кафтаны и епанчи) и полк Афанасия Астафьева (синие кафтаны без епанчей)9. Осаждённые, тщетно ждавшие помощи, не заметили подвоха и вышли навстречу «подкреплению», понеся в результате жестокий урон, что способствовало капитуляции крепости.

Говоря о первых «немецких кафтанах» 1702—1707 гг., следует отметить, что они имели широкие рукава и массивные обшлага, клапаны карманов обычно застёгивались пятью пуговицами, карманы, как и талия, «занижались». Такого фасона кафтан носил царский сподвижник Франц Лефорт. Кафтаны, очевидно, были двубортными с отворотами и обшивкой петель материалом прикладного цвета. При желании лацканы можно было застегнуть внахлёст, так как петли и пуговицы имелись с обеих сторон. «Борта кафтанов могли отворачиваться наружу, образуя лацканы различной величины и формы: у одних кафтанов были широкие прямые лацканы, доходящие до самого низа пол; у других — треугольные, длиной только до пояса; у третьих — совсем небольшие, лежащие против груди, подобные лацканам современных пиджаков»10.

Мундирные пуговицы шли по полам кафтана «во весь рост». В зависимости от фасона двойной ряд пуговиц мог быть лишь до пояса, а ниже пуговицы пришивались только по правому борту (правой поле). Изначально применялись деревянные или даже костяные пуговицы, обтянутые тканью цвета мундира (в гвардии — до 1705 г.). В дальнейшем использовались преимущественно медные или оловянные пуговицы, представлявшие собой ценный предмет униформы, причём у офицеров и некоторых других категорий военнослужащих они вызолачивались. На униформе, предназначенной для нижних чинов, медные пуговицы с конца первого десятилетия XVIII века стали вытеснять оловянные11.

Наличие отворотов на кафтанах имело функциональный, а не эстетический характер. Такая модель позволяла при необходимости увеличивать размер мундира, благодаря чему под кафтан можно было поддевать дополнительную одежду, пристёгивая развёрнутый отворот к противоположной поле12. В жаркое время года отвороты пристёгивались к собственным бортам кафтана, при этом его нижние полы превращались в фалды, подворачиваясь по диагонали.

О наличии на кафтанах, изготавливавшихся в первом десятилетии рассматриваемого столетия, подобных отворотов говорят многие факты. В подтверждение их достоверности приведём выдержку из раскладки материала 1706 года на пошив обмундирования для Ингермандланского полка. В документе говорится, что, кроме основного, судя по всему, зелёного сукна, потребовалось в значительном количестве «красное сукно на воротник, нагрудные отвороты, обшлага, передние полы и под клапаны карманов»13.

Что касается камзолов, то они, как и кафтаны, шились чаще всего из выслуживших срок носки старых кафтанов и епанчей (этот факт следует учитывать при военно-исторической реконструкции), так что их цвет регламентировать было довольно трудно. Штаны с 1707 года предпочитали шить из кож «лосиного дела».

Теперь об обуви. К ней относились башмаки, сапоги, штиблеты и даже чулки. Их носили как солдаты, находясь в карауле, так и драгуны в повседневной службе (с середины 1708 г. им полагалась ежегодная дополнительная дача одной пары чулок серого цвета). Чулки в полевой армии были разноцветными, причём даже в рамках одного воинского подразделения. Заметим, что это обстоятельство в определённой степени снижает ответственность лиц, осуществляющих военно-историческую реконструкцию, за выбранный ими цвет чулок, тем более что о нём в архивных документах сообщается крайне редко. Чулки изнашивались быстро, что способствовало их частной, несистемной закупке. Широко использовались штиблеты белого, бежевого и серого цветов. Особой популярностью они пользовались в начале XVIII века в Белгородском, Бутырском, Вятском, Новгородском, Пермском, Сибирском, Смоленском, Черниговском и Ярославском солдатских полках. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1 См.: Егоров В.И. Солдаты смоленских полков. 1-я четверть XVIII в. // Цейхгауз. 1995. № 4. С. 8, 9 (и обложка журнала).

2 Шаменков С.И. Венгерское платье пехотных полков армии Петра Великого. 1699—1703. Ч. 2. С. 6 // История военного дела: исследования и источники. См.: интернет-ресурс: http://www.milhist.info (дата обращения 15 июня 2014 г.).

3 Даты приводятся по старому стилю.

4 Леонов О.Г., Ульянов И.Э. Регулярная пехота. 1698—1801. М., 1995. С. 39.

5 Звегинцов В.В. Русская армия 1700—1763. Париж, 1967. Ч. 1. С. 5.

6 Формировались в конце XVII в. из добровольцев, казаков, иноземцев по образцу западноевропейских армий.

7 С этого времени и до начала 20-х гг. XVIII в. колер — цвет краски, её тон и густота — верхней одежды и приборного сукна в армии оставался нефиксированным. См.: Автократов В.Н. Первые комиссариатские органы русской регулярной армии (1700—1710 гг.) // Исторические записки. Т. 68. М., 1961. С. 183, 184.

8 Кумач — хлопчатобумажная ткань, окрашенная в яркий красный (пунцовый) цвет.

9 Волынский Н.П. Постепенное развитие русской регулярной конницы в эпоху Великого Петра. СПб., 1912. С. 216.

10 Татарников К.В. Русская полевая армия 1700—1730. Обмундирование и снаряжение. М., 2008. С. 64.

11 Там же. С. 440, 446.

12 Карпущенко С.В. О мундирном довольствии русских артиллеристов в Северной войне 1700—1721 // Сборник исследований Военно-исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи. Л., 1990. Вып. V. С. 91, 99.

13 Цит. по: Татарников К.В. Указ. соч. С. 52, 53.