Русский фронт Первой мировой войны в германской историографии 1920—1940-х годов

image_pdfimage_print

Аннотация. В статье рассматривается германская историография 1920—1940-х годов Восточного (русского) фронта Первой мировой войны. Раскрываются её роль в изучении военного опыта, основные тенденции развития, проблемы и достижения.

Summary. The article discusses the German historiography of 1920-1940-ies of the Eastern (Russian) Front of the First World War. Its role in the study of military experience, main development trends, challenges and achievements.

ИСТОРИОГРАФИЯ И ИСТОЧНИКОВЕДЕНИЕ

 

КОЗЛОВ Денис Юрьевич — заместитель начальника Научно-исследовательского института (военной истории) Военной академии Генерального штаба ВС РФ, вице-президент Российской ассоциации историков Первой мировой войны, капитан 1 ранга кандидат исторических наук

(Москва. E-mail: kozloff_d@mail.ru)

НАЗЕМЦЕВА Елена Николаевна — научный сотрудник Научно-исследовательского института (военной истории) Военной академии Генерального штаба ВС РФ, кандидат исторических наук

(Москва. E-mail: elenanazz@mail.ru)

 

РУССКИЙ ФРОНТ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ В ГЕРМАНСКОЙ ИСТОРИОГРАФИИ 1920—1940-х ГОДОВ

 

Аннотация. В статье рассматривается германская историография 1920—1940-х годов Восточного (русского) фронта Первой мировой войны. Раскрываются её роль в изучении военного опыта, основные тенденции развития, проблемы и достижения.

Ключевые слова: Первая мировая война; Восточный (русский) фронт; вооружённые силы; историография; германская историческая школа.

 

 

Германская литература о Восточном фронте Первой мировой войны, к изучению которой неоднократно обращались российские исследователи1, отражает общие тенденции современной мировой исторической науки, однако обладает и существенной спецификой.

В начале 1920-х годов, когда вследствие поражения в Великой войне, крушения Германской империи и дискредитации господствовавших в ней националистических историко-политических концепций немецкая национальная школа оказалась в некоторой изоляции от мирового научно-исторического сообщества2, в её методологии продолжали доминировать идеи идеалистического историзма и толкования прошлого в иррационалистском духе. Кроме того, острейшие социально-экономические проблемы Веймарской республики и её перманентная политическая нестабильность привели к ярко выраженной политизации исторической науки. После прихода к власти нацистов германская историография во многом попала в зависимость от государственной идеологии, постепенно превращаясь в одно из орудий пропаганды, хотя многие историки классической школы не разделяли постулатов национал-социализма.

Непосредственно после окончания Первой мировой войны многие из прежних исследовательских концепций были признаны несостоятельными, однако радикального разрыва с прошлым не произошло. Преемственность традиций и необходимость возрождения национального самосознания как условия восстановления могущества и стабильности государства определяли основные направления и проблематику научных изысканий. Лейтмотивом исследований этого периода стала критика тезиса об ответственности Германии за развязывание мировой войны, который был выдвинут большинством историков преимущественно стран Антанты, поэтому доминирующие позиции в германской историографии Первой мировой войны заняло ревизионистское направление, отстаивавшее концепцию «невиновности» Второго рейха3. Достижению этой цели должна была способствовать, в частности, публикация дипломатических документов статс-секретариата по иностранным делам, соответствующим образом подобранных и прокомментированных4.

Опубликованные документы легли в основу исследований дипломатической истории войны и дискуссий о её причинах. В этом контексте следует отметить труд Э. Бранденбурга5, полагавшего, что внешняя политика Германии накануне войны была направлена на поддержание мира и не преследовала агрессивных целей (будь это не так, Второй рейх развязал бы европейский военный конфликт в более благоприятных условиях — например, во время Русско-японской войны). По мнению автора, Германия взялась за оружие вынужденно и не для того, чтобы добиться мировой гегемонии, а ради достижения равенства с другими державами. Подобные идеи отстаивал и Г. Онкен6, стремившийся проследить взаимосвязь внешней политики Германии и её внутреннего развития. Главной причиной войны автор полагал русский национализм и панславизм. В то же время он критиковал германских политиков за то, что во избежание катастрофы они не пошли на примирение с Великобританией.

Снимал с Германии вину за развязывание мировой войны и Р. Дитрих, утверждавший, что «Германия была единственной страной, у которой не было империалистических целей, которых можно было достигнуть только путём войны»7.

Одним из очень немногих оппонентов этих положений выступил В. Фабиан, пришедший к выводу о том, что ответственность за развязывание Первой мировой войны лежит именно на Германии8. Однако его работа, написанная в 1925 году, была опубликована лишь сорок лет спустя.

Собственно военные действия на Восточно-Европейском театре рассматривались как в фундаментальных обобщающих трудах (многотомные издания «Мировая война 1914—1918 гг. Военные операции на суше»9, «Сражения мировой войны»10, работы Г. Дельбрюка, Ф. Иммануэля, О. фон Мозера, Э. Кабиша, Э.О. Фолькмана и др.11), так и в специальных исследованиях. Эти работы содержат большой фактологический материал, однако не свободны от некоторой гиперболизации успехов немецкого оружия.

Например, в официальном труде «Мировая война 1914—1918 гг.» даже итоги Галицийской битвы 1914 года интерпретировались как успех австро-германских армий: «Русским не удалось натиском своих численно превосходящих масс сломить восточный фронт центральных держав»12. Россия обвинялась в развязывании войны и вторжении на неприятельскую территорию, действия же немецких войск на этом театре трактовались как «освободительные»13. В труде «Сражения мировой войны», содержавшем детальное описание отдельных операций, сражений и боёв, анализировались и действия русской армии. Например, оценивая события под Танненбергом в августе 1914 года, немецкие авторы пришли к выводу, что русское командование недооценило противника, что привело к распылению сил и в конце концов к поражению14.

О. фон Мозер, исследовавший военно-стратегические аспекты истории Великой войны, признавал, что русские войска неоднократно ставили армии держав Тройственного союза в критическое положение, оказывая существенную помощь своим союзникам (в частности, в ходе Верденской операции 1916 г.), хотя главную тяжесть войны несла, безусловно, Франция15. Автор весьма критически оценил качество стратегического руководства русской армией, отметив, в частности, «грубые ошибки командования в Восточной Пруссии», которыми немцы и воспользовались «с особым искусством»: «Оба русских командующих армиями совершенно не использовали своего исключительно выгодного положения благодаря отсутствию какой бы то ни было духовной связи и взаимодействия»16. Более того, автор полагал, что возможность окончательного разгрома России была реальной уже в 1914 году, однако начальник германского полевого генштаба генерал пехоты Э. фон Фалькенгайн упустил «единственно верный, во всяком случае, чрезвычайно выгодный момент для нанесения уничтожающего удара»17. В целом, по мнению автора, русская армия была недостаточно подготовлена к войне, что позволяло австро-германцам успешно осуществлять «активную оборону»18.

Следует обратить внимание на ряд публикаций, посвящённых отдельным операциям на Восточном фронте. Работы Х. Нимана19, В. Фельдмана20, К. Пелемана21, В. Флекса22, Г. Майера23, Х. фон Франсуа24 и др. были написаны во время войны и в первые послевоенные годы, затем некоторые из них вошли в многотомное издание под общим заголовком «Великая война». В их основе — открытые к этому времени материалы германских архивов, а также трофейные документы. Цель этого издания заключалось в том, чтобы на основе официальных источников «представить картину прошлых событий, предупредив появление слухов и легенд, которые потом будет практически невозможно искоренить из народных представлений об этой войне»25. В связи с этим было решено издать отдельными брошюрами описания ключевых сражений войны, причём половина работ этого цикла была посвящена операциям на Восточном фронте.

В книге бывшего начальника военно-технического отдела Большого генерального штаба отставного генерал-лейтенанта М. Шварте26 приведены примеры решения типовых боевых задач с анализом практиковавшихся в годы войны способов действий и тактических приёмов. Особенности военного искусства русской армии затронуты в работах фон Фрейтаг-Лорингхофена27, В. Гроссе28 и др.

Особое значение в историографии Первой мировой войны, безусловно, имеет тема стратегического планирования, к которой обратился, в частности, В. Гренер. Автор полагал, что реализация стратегического плана А. фон Шлиффена обеспечивала победоносное завершение войны в 1914 году, однако этого не случилось вследствие извращения шлиффеновской идеи его преемником на посту начальника Большого генерального штаба Г. фон Мольтке (младшим). Анализ ситуации на Восточно-Европейском театре, перспектив германского наступления, а также событий в Восточной Пруссии лишь укрепил уверенность автора в непогрешимости концепции А. фон Шлиффена, так как, по мнению В. Гренера, решительный успех во Франции был более достижимым, чем разгром России29. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1 Блискавицкий Н.М. Германская историография первой мировой войны и идеологическая подготовка второй мировой войны // Первая мировая война 1914—1918 [сборник статей]. М., 1968. С. 58—70; Виноградов К.Б. Буржуазная историография первой мировой войны. Происхождение войны и международные отношения 1914—1917 гг. / Под ред. И.С. Галкина. М., 1962; он же. Проблемы происхождения I мировой войны в западногерманской историографии // Вопросы истории. 1962. № 8. С. 75—84; он же. Фриц Фишер и его труды // Вопросы истории. 1988. № 4. С. 175—179; Глухов В.П. Первая мировая война в немецкой буржуазной историографии 1918—1939 гг. Дис. … канд. ист. наук. М., 1973; Ланник Л. История Русского фронта Первой мировой войны как проблема современной германской историографии // Россия и Великая война. Опыт и перспективы осмысления роли Первой мировой войны в России и за рубежом. Материалы Международной конференции. Москва, 8 декабря 2010 г. М., 2011. С. 103—108; Лунев И. Исторические концепции Г. Риттера на службе германского реваншизма // Воен.-истор. журнал. 1960. № 12. С. 58—69; Салов В.И. Современная западногерманская буржуазная историография. М., 1968. С. 261—267 и др.

2 Немецкие историки не были приглашены на первый после войны международный конгресс, состоявшийся в Брюсселе в 1923 г., и приняли участие лишь в следующем конгрессе — в 1928 г. в Осло.

3 Виноградов К.Б. Проблемы происхождения I мировой войны в западногерманской историографии… С. 75.

4 Die GroЯe Politik der Europдischen Kabinette, 1871—1914. 40 Bde. Berlin, 1922—1927.

5 Brandenburg E. Von Bismark zum Weltkriege. Berlin, 1924.

6 Oncken H. Das deutsche Reich und die Vorgeschichte des Weltkriegs. 2 Teile. Berlin, 1933.

7 Dietrich R. Das Problem der Entstehung des Weltkrieges // Die Welt als Geschichte. 1935. H. 4. S. 244.

8 Fabian W. So brach 1914 der Krieg aus. // Gewerkschaftliche Monatshefte. 1964. H. 8. S. 466—480.

9 Der Weltkrieg 1914 bis 1918. Die Militдrischen Operationen zu Lande. 14 Bdе. Berlin, 1925—1944.

10 Schlachten des Weltkrieges. In Einzeldarstellungen bearb. und hersg. Unter Mitwirkung des Reichsarchivs. Bd. 1—36. Oldenburg; Berlin, 1921—1930.

11 Delbrück Н. Krieg und Politik 1914—1916. Berlin, 1918; Immanuel F. Der Weltkrieg 1914—1918. Berlin, 1919; Moser O., v. Kurzer strategischer Überblick über den Weltkrieg 1914—1918. Berlin. 1921; Kabisch E. Das Volksbuch von Weltkrieg 1914—1918. Bd. 1, 2. Berlin, 1929; Volkmann E.O. Der Grosse Krieg. Kurzgefaβte Darstellung. Berlin, 1922.

12 Мировая война 1914—1918 гг. / Пер. с нем. М., 1941. Т. 2. С. 256.

13 Там же. С. 257.

14 Schдfer T.,[ v.] Tannenberg. Schlachten des Weltkrieges. Bd. 19. Berlin, 1927. S. 238.

15 Мозер О., фон. Краткий стратегический обзор мировой войны 1914—1918 гг. / Пер. с нем. А.И. Мялковского. М., 1923. С. 6.

16 Там же. С. 38, 39.

17 Там же. С. 46.

18 Там же. С. 52.

19 Niemann H. Hindenburgs Winterschlacht in Masuren 7 bis 15 Februar 1915. 5 Aufl. Berlin, 1915.

20 Feldmann W. Mit der Heeresgruppe des Prinzen Leopold von Bayern nach WeiЯrussland hinein: Kriegsberichte. München, 1916.

21 Pehlemann K. Die Kämpfe der Bug-Armee: Unter Benutzung amtlicher Quellen. Oldenburg, 1918.

22 Flex W. Die russische Frühjahrsoffensive 1916. Oldenburg, 1919.

23 Meyer G. Der Durchbruch am Narew (Juli—August 1915). Oldenburg, 1919.

24 Francois H., von. Gorlice 1915. Der Karpatendurchbruch und die Befreiung von Galizien. Leipzig, 1922.

25 Pehlemann K. Op. cit. S. 6.

26 Шварте М. Исторические примеры из мировой войны / Пер. с нем. М., 1928.

27 Freytag-Loringhoven f.v. Heerfьhrung im Weltkriege. Vergleichende Studien. Erster Band. Berlin, 1920.

28 Grosse W. Tannenberg 1914. Eine kurze Darstellung der großen Vernichtungsschlacht. Königsberg — Berlin. 1939.

29 Гренер В. Завещание Шлиффена. М., 1937. С. 106.