Казанское пехотное юнкерское училище (1866—1909).

image_pdfimage_print

Аннотация. В статье рассказывается о создании Казанского пехотного юнкерского училища, его работе с 1866 по 1909 год, организации учебного процесса и выпускных экзаменах. Приводятся фамилии ряда начальников училища и данные о его наиболее известных выпускниках.

Summary. The article describes the creation of the Kazan infantry cadet school, its work from 1866 to 1909, educational process and passing-out examinations. The names of a number of Chiefs of the school and data bout its most famous alumni are given.

Военная летопись Отечества

 

Абдуллин Халим Миннуллович старший научный сотрудник Института истории имени Ш. Марджани АН РТ, кандидат исторических наук (г. Казань. E-mail: Xalimabd@mail.ru)

Мустафина Гульшат Мударисовна доцент кафедры исторического образования Казанского (Приволжского) федерального университета, кандидат исторических наук

(г. Казань. E-mail: tggpu_history_russia@mail.ru)

 

Казанское пехотное юнкерское училище (1866—1909)

 

Страницы истории и известные выпускники

 

Возникновение института пехотных юнкерских училищ в Российской империи в середине XIX века было связано с общим курсом военных реформ в стране: 16 юнкерских училищ с трёхлетним сроком обучения должны были обеспечить профессиональную подготовку основного офицерского состава для сухопутных сил. В целом создание юнкерских училищ себя оправдало. С 1865 по 1900 год они выпустили 43 304 офицера, что на тот период удовлетворяло потребность армии в офицерских кадрах в мирное время.

Казанское пехотное юнкерское училище было основано 1 сентября 1866 года по типу аналогичных военно-учебных заведений, создававшихся на основании приказа по военному ведомству № 285 от 20 сентября 1864 года1, и предназначалось для комплектования офицерами в основном двух дивизий, дислоцировавшихся в Казанском военном округе. В училище также принимались военнослужащие из войск Московского военного округа, которым «за отсутствием вакансий» не удалось поступить в Московское юнкерское училище. Военно-учебное заведение разместилось в Казанском кремле, в зданиях, принадлежавших ранее военным кантонистам. По мере необходимости для нужд училища приспосабливались или строились новые здания. Так, решением Казанского губернского правления от 12 мая 1872 года для училища были выстроены каменные «холодные службы» общей стоимостью в 2586 рублей2.

Учебный процесс и организация всей работы училища строились на общих основаниях. В Казанское пехотное юнкерское училище могли поступать юноши, окончившие военные прогимназии или соответствовавшие им гражданские учебные заведения, вольноопределяющиеся, а с 1869 года и унтер-офицеры, призванные по набору. Правда, к последним предъявлялись определённые требования: следовало прослужить в унтер-офицерском звании не менее трёх месяцев, получить одобрение своего начальства и выдержать вступительный экзамен по пяти предметам3.

Следует заметить, что сословный состав новых военно-учебных заведений сильно отличался от военных училищ и уж тем более от привилегированных кадетских корпусов. Доля потомственных дворян составляла в них менее 20 проц., невысок был и образовательный уровень поступавших. К примеру, в 1902 году из принятых в юнкерские училища юношей около трети (1548 человек) имели лишь 6-классное образование, а 3200 человек не имели и этого.

Курс Казанского юнкерского училища распределялся на два класса: младшего — общего и старшего — специального. Позже к ним добавился приготовительный класс, впоследствии закрытый.

Учебные программы отличались насыщенностью предметами. Изучались тактика, артиллерия, фортификация, военная топография, военная администрация, военная история, законоведение, воинские уставы, военная география и военная гигиена, русский и иностранные языки, а также такой обязательный предмет, как Закон Божий.

По окончании учебного курса юнкера выпускались по разрядам. Юноши, окончившие училище по первому разряду, после лагерного сбора направлялись в полки независимо от наличия в них вакансий, а выпущенные по второму разряду — только на вакансии4. Количество выпускников Казанского юнкерского училища не являлось постоянным. Если первоначально оно было рассчитано на 200 обучаемых, то в 1870 году их число увеличилось на 100 человек. В 1876 году переменный состав стал насчитывать 400 человек. Затем эта цифра неоднократно менялась. По сведениям Казанского губернского статистического комитета на 1 января 1884 года здесь обучался 351 юнкер5.

В 1901 году в русле новых преобразований в деле подготовки офицерских кадров подверглось реформированию и Казанское юнкерское училище. При этом был установлен трёхгодичный курс обучения: два специальных класса и один общий. В 1-й специальный класс без экзамена принимались молодые люди с полным средним образованием, в общий лица, имевшие права вольноопределяющихся второго разряда. Приём разрешался не только из войск, но и со стороны. Однако эта мера привела к избытку желавших поступить в училище, вследствие чего пришлось ввести конкурсный вступительный экзамен. В 1905 году в связи со значительными потерями офицеров в ходе Русско-японской войны училище получило разрешение на «сверхкомплект» обучающихся, который достигал 112 человек6.

27 января 1903 года училищу было высочайше пожаловано простое знамя образца 1900 года. Благодаря одному из офицеров до нас дошло подробное его описание: «Полотнище: фон белый, кайма, полосы и орнаментные украшения синие; на лицевой стороне Образ Нерукотворного Спаса с надписью над ним “С нами Бог”, на оборотной стороне вензель Государя Императора Николая II Александровича и по углам четыре двуглавых орла. Древко чёрное, верхнее украшение знамени — двуглавый орёл на шаре. На скобе надписи: “А II. 1866 г. Казанское пехотное юнкерское училище”, “1903 г. Казанского пехотного юнкерского училища”, то есть год сформирования училища и год пожалования знамени»7. Судьба знамени нам неизвестна. Из других знаков отличия следует выделить погоны казанских юнкеров — они имели светло-синий цвет, без выпушки, с шифровкой «К.Ю.».

До 1904 года казанские юнкера производились при выпуске в прапорщики, а с 1904 года — в подпоручики. Всего с 1904 по 1909 год были произведены в подпоручики 768 юнкеров. 1 сентября 1909 года Казанское пехотное юнкерское училище было переформировано в Казанское военное училище.

Система воспитания в вузе строилась на основе соответствующих уставов и наставлений, нацеленных на то, чтобы с первых дней пребывания в военно-учебном заведении будущий офицер проникался духом офицерской чести и верности самодержцу. Значительная роль в этой системе отводилась церкви, так что любой ритуал, в том числе и военный, имел религиозное содержание. Здесь надо заметить, что долгое время православные военные чины училища и юнкера являлись прихожанами Спасской военно-кремлёвской церкви, благо она располагалась в нескольких десятках шагов от здания училища. Однако в военно-учебных заведениях Российской империи было принято иметь свой храм, и казанские юнкера обзавелись таковым в 1896 году: церковь вместимостью до 1500 человек устроили в здании манежа училища на средства потомственного почётного гражданина города М.Н. Вениаминова-Башаринова. Алтарь и иконостас церкви отделялись от манежа раздвижной деревянной перегородкой. Освещение здесь было электрическое. Храм получил название «Церковь Казанского юнкерского пехотного училища в честь Святых Николая и Феодосия».

По штату при церкви полагалось иметь одного священника и псаломщика. Священник военно-учебного заведения одновременно являлся и законоучителем8. В архивных документах и публикациях нам удалось найти имена некоторых священнослужителей данного храма, принимавших участие в воспитании казанских юнкеров. Это священники Алексий Алексиевич Дьяченко, Василий Александрович Смирнов, Мудролюбов (инициалы, к сожалению, установить не удалось) и диакон на вакансии псаломщика Георгий Георгиевич Пасхин.

В конце весны — начале лета, после экзаменационной сессии, отстояв молебен, юнкера отправлялись на два месяца в летний лагерь, располагавшийся в 1880-е годы на южной оконечности озера Дальний Кабан. Здесь личный состав размещался в ротных бараках и походных палатках. Лагерь был оборудован всем необходимым для практических занятий по фортификации. В 1883 году его посетили великие князья Николай Николаевич Старший и Пётр Николаевич9.

Конечно, в летних лагерях воспитанники чувствовали себя более свободно, хотя режим и здесь соблюдался строго: подъём в 7 часов, затем молитва, утренняя гимнастика, чай и в течение дня интенсивная строевая подготовка. Только после вечернего чая юнкера получали так называемое свободное время, однако к 11 часам вечера все должны были находиться в бараках. На лагерных сборах после выпускных экзаменов практиковалось производство юнкеров в офицеры. В Казанском юнкерском училище таким торжественным днём являлось 6 августа — праздник Преображения Господня10. О том, как это обычно происходило, интересно написал в своих воспоминаниях А.И. Деникин, присутствовавший однажды на лагерных сборах выпускников Казанского пехотного юнкерского училища и ставший свидетелем распределения юнкеров в полки.

«Наконец приходит день разборки вакансий. К столу, за которым сидят начальник училища и инспектор классов, подходят вызываемые по старшинству списка: серьёзные, весёлые или сумрачные; некоторые с волнением называют избранную часть и дрожащей рукой заносят название её в ведомость…

Разбор вакансий продолжается. Кто-то из высоко стоящих заявляет:

— Разрешите, господин полковник, взять вакансию после юнкера N.

Это — друзья неразлучные. Первый жертвует своим старшинством и снижается человек на двадцать, чтобы, совместно с другом, выбрать вакансию в один полк или, по крайней мере, в один город. И какая обида, если жертва окажется напрасной — подходящие вакансии разберут раньше!..

Постепенно вакансии в специальные роды оружия, в популярные полки и хорошие стоянки разобраны. Остались лишь “урочища”, “штабы” и вообще отчаянные трущобы. Юнкера нижней части списка — “Камчатка” — веселы и беспечны, им беспокоиться нечего — всё равно никакого выбора нет. Один юнкер называет часть с какой-то неудобопроизносимой и неизвестной стоянкой. Инспектор классов, с присущим ему ехидством, поинтересовался:

— Скажите, юнкер, почему вы избрали именно эту часть?

— По околышу, господин капитан. Синий пойдёт к лицу.

Юнкер “имеет зуб” против инспектора классов, считая его виновником своей неудачи…

В Казанском училище я был свидетелем характерного эпизода. Юнкер с высшим в училище баллом, не имевший нашивок и поставленный поэтому после всех должностных, вышел к столу мрачный и бледный и отчётливо, резко заявил:

— В N-ю Восточносибирскую обозную полуроту.

В бараке — движение. Все — и начальство, и юнкера — смущены. Я изумлён, что присылают такие нелепые вакансии молодым офицерам, к тому же в отчаянную сибирскую глушь, и ничего не понимаю в происходящем. Начальник училища стал отговаривать юнкера:

— Подумайте, зачем вы это делаете? Перед вами столько прекрасных полков и отличных стоянок…

Вторичное твёрдое заявление:

— Я желаю выйти в N-ю Восточносибирскую обозную полуроту.

Мне рассказали потом историю юнкера. Отличный по наукам и по строю, он был назначен фельдфебелем. Но вскоре его разжаловали за какой-то беспорядок в роте, в котором юнкерская молва считала его совершенно неповинным. Он тяжело пережил свою неудачу и сохранил в сердце глубокую обиду. И вот теперь он так своеобразно “мстил” своему начальству: думали, мол, лишить его преимуществ, обидеть, так вот он с презрением относится к предоставляемым “ими” преимуществам; берёт такую вакансию, которую не взял бы последний юнкер. Впоследствии кто-то сумел подойти к больной душе юноши и уломать его. Откликнулось и Главное управление военно-учебных заведений, предоставив ему более подходящее назначение»11. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1 Все даты приводятся по старому стилю.

2 Национальный архив Республики Татарстан (НА РТ). Ф. 2. Оп. 7. Д. 2462. Л. 11.

3 Окончившие 6 и более классов гимназии сдавали экзамен только по русскому языку и должны были получить при этом оценку не ниже 7 баллов.

4 Ежегодный выпуск юнкерских училищ в 1866—1879 гг. колебался от 270 до 2836 человек, всего за это время был выпущен 16 731 человек.

5 НА РТ. Ф. 359. Оп. 1. Д. 73. Л. 97 об.

6 Воробьёва А.Ю. Российские юнкера, 1864—1917: История военных училищ. М., 2002. С. 56.

7 Журавлёв А. Сведения обязательные для юнкера. Казань, 1913. С. 63.

8 Цитович Г.А. Храмы армии и флота. Историко-статистическое описание. Ч. 1. Пятигорск, 1913. С. 382.

9 Спутник по Казани. Иллюстрированный указатель достопримечательностей и справочная книжка города / Сост. Н.П. Загоскин. Репринт. изд. 1895 г. Казань, 2005. С. 259.

10 Воробьёва А.Ю. Указ. соч. С. 14, 15.

11 Деникин А.И. Старая армия. Офицеры. М., 2005. С. 276—278.