Конвойная стража в годы Первой мировой войны

image_pdfimage_print

S.V. BUNIN – «In the name of the oath and adherence to a duty…» Convoy guard during the First World War

Аннотация. В статье рассказывается о деятельности конвойной стражи — одного из элементов военно-охранительной системы Российской империи — в годы Первой мировой войны. Освещены вопросы её функционирования в период между революциями 1917 г. и преобразования в конвойную стражу Советской Республики.

Summary. The article describes the activities of the Convoy Guard – one of the elements of military-guarding system of the Russian Empire – during the First World War. The questions of its operation in the period between the 1917 revolutions and its transformation in the Convoy Guard of the Soviet Republic.

БУНИН Сергей Викторович — начальник Главного штаба внутренних войск — первый заместитель главнокомандующего внутренними войсками МВД России, генерал-полковник, кандидат педагогических наук

(Москва. E-mail: 02091973@rambler.ru)

 

«Во имя присяги и верности долгу…»

Конвойная стража в годы Первой мировой войны

 

Первая мировая война (1914—1918 гг.) по своим масштабам и последствиям не имела себе равных во всей предшествовавшей истории человечества. В течение 4 лет 3 месяцев и 10 дней многомиллионные армии, оснащённые новейшими техническими средствами борьбы, участвовали в боевых действиях. Важнейшим элементом вооружённых сил Российской империи, обеспечивавшим внутреннюю безопасность государства в условиях войны, была конвойная стража.

Прообразом конвойной стражи стали этапные команды, созданные в составе внутренней стражи, сформированной в 1811 году. Их основной задачей являлось сопровождение арестантов в места отбывания наказания. В результате расформирования Отдельного корпуса внутренней стражи в ходе военных реформ 1860-х годов этапные команды были переданы в состав местных войск, которые выполняли задачи по подготовке кадров резервных и запасных войск, несению караульной и конвойной службы, а также по поддержанию общественного порядка.

Период контрреформ 1880-х годов, усиление административной системы, увеличение числа арестантов и ссыльных, небольшое количество воинских подразделений, предназначенных для их сопровождения, потребовали перестройки пересыльной системы, основным элементом которой стало создание 20 января 1886 года конвойной стражи.

Её основу составили 63 команды, занимавшиеся сопровождением арестантов и входившие в состав местных войск. В течение года было дополнительно сформировано 567 конвойных команд, на которые в соответствии с приказом военного ведомства от 16 мая 1886 года № 110 возлагались следующие задачи: «а) сопровождение арестантов всех категорий, пересылаемых этапным порядком по территории Европейской России (за исключением Финляндии и Кавказа) и по главному ссыльному Сибирскому тракту, б) сопровождение арестантов гражданского ведомства на внешние работы и в присутственные места, в) содействие тюремному начальству при производстве внезапных обысков и подавлении беспорядков в местах заключения и г) наружная охрана тюрем там, где это будет признано необходимым»1.

Новая военная структура подчинялась двум ведомствам: Военному министерству и Министерству внутренних дел. Первое осуществляло своё руководство посредством этапно-пересыльной части Главного штаба и соответствующих органов военного управления на местах, второе — через Главное тюремное управление. Непосредственно это руководство выражалось в следующем: в строевом и хозяйственном отношениях конвойные команды подчинялись Военному министерству, по части службы они выполняли указания и директивы Главного тюремного управления, начальник которого по отношению к чинам конвойной стражи пользовался правами командира неотдельного корпуса.

Непосредственным руководителем конвойной стражи являлся главный инспектор по пересылке арестантов (он же являлся и начальником этапно-пересыльной части Главного штаба), имевший права начальника дивизии. Он руководил службой, комплектованием, инспектировал команды, отдавал приказы и издавал циркуляры (иногда совместно с начальником Главного тюремного управления).

Конвойная стража организационно состояла из двух категорий конвойных команд: имевших в своём штате начальников из офицеров, пользовавшихся правами командира отдельного батальона, и таких, в штатах которых не было предусмотрено офицерской должности. В зависимости от этого находилась подчинённость конвойных команд по отношению к местным войскам. Команды, в которых не было офицеров, подчинялись либо уездным воинским начальникам (в местностях, где они имелись), либо начальникам местных команд, расположенных в одних с ними населённых пунктах (при отсутствии уездных воинских начальников). В строевом и хозяйственном отношениях конвойные команды состояли в ведении местных бригад и подчинялись начальникам гарнизонов и комендантам.

Комплектование конвойных команд производилось новобранцами на общем основании, убыль пополнялась из войск. Срок службы составлял 6 лет на действительной службе и 9 лет в запасе. Офицерский состав был отнесён к категории нестроевых с зачислением по армейской пехоте. Передача Главного тюремного управления в 1895 году из состава МВД в Министерство юстиции оставила двойственную подчинённость конвойных команд. Однако их переход в ведение Министерства юстиции активизировал разработку норм, составивших правовую базу конвойной службы в условиях, потребовавших усиления внимания к этому роду служебной деятельности.

Начало XX века характеризовалось увеличением численности арестантов и административных ссыльных вследствие роста революционного движения и введения чрезвычайного положения в ряде губерний. Невзирая на это, общая штатная численность конвойных команд практически не изменилась. В соответствии с этим на службу конвоирования приходилось выделять наряды из войск.

Именно то, что численность конвойной стражи в силу финансовых затруднений невозможно было увеличить, приводило к постоянным изменениям в её организационной структуре, связанным с перераспределением конвойных команд, сокращением одних, пополнением и формированием других. Одновременно начался процесс их усиления и укрепления путём более строгого отбора при комплектовании и перевооружения трёхлинейными винтовками и укороченными шашками.

Накануне Первой мировой войны в результате деятельности главного инспектора по пересылке арестантов генерала Николая Ивановича Лукьянова был проведён ряд мер, упорядочивших конвойную службу. Н.И. Лукьянов родился 11 ноября 1861 года. Проходил обучение в 1-й Санкт-Петербургской военной гимназии и Николаевском кавалерийском училище. Чин корнета получил в 1882 году, прошёл все ступени военного чинопроизводства, в 1899 году был произведён в полковники, а 31 мая 1907 года — в генерал-майоры. Начиная с 1885 года Николай Иванович проходил службу в Главном штабе: первоначально чиновником для поручений при начальнике Главного штаба, затем его адъютантом, а с 1903 года возглавил отделение этого учреждения. 21 июня 1907 года генерал-майор Н.И. Лукьянов был назначен главным инспектором по пересылке арестантов и заведующим этапно-пересыльной частью Главного штаба2.

Благодаря его усилиям в 1909 году был составлен «Свод маршрутов и планов движения этапных партий», в который вошли 379 маршрутов по пешим трактам (общая протяжённость 27 775 вёрст), 215 плановых маршрутов по 37 железным дорогам, 40 плановых маршрутов по воде. Этот свод действовал, с небольшими изменениями, в течение всей Первой мировой войны.

В 1909 году после двухлетнего испытания был введён в действие Устав конвойной службы, определявший порядок её несения, права и обязанности конвоиров и других должностных лиц. Следует отметить, что устав в определённых случаях, например, при недостатке конвойных команд, предусматривал выделение дополнительных конвоев «от ближайших частей полевых, резервных или местных войск по распоряжению начальника гарнизона»3.

Каких-либо разработанных мобилизационных планов на случай войны конвойная стража не имела. Предполагалось, что в случае объявления мобилизации все конвойные команды, находящиеся в районе боевых действий и приграничной полосе, поступят в распоряжение начальников снабжения армий для формирования этапных батальонов и отдельных этапных рот, на которые возлагалось обслуживание этапов (несение караульной, конвойной и военно-полицейской службы). Команды, оказавшиеся в прилегающих тыловых районах, привлекались к эвакуации военнопленных и военнообязанных из пограничной полосы внутрь империи4. Этот порядок был установлен ещё в 1903 году, накануне Русско-японской войны.

Начало Первой мировой войны поставило перед конвойной стражей новые задачи, хотя её численность с момента создания практически не увеличилась. В её состав входили 530 команд, насчитывавших 11 839 человек (в том числе 101 офицера и 11 738 нижних чинов)5.

Основной задачей конвойных команд, расположенных в тыловых районах, прилегавших к прифронтовой полосе, стал вывоз военнопленных. С начала боевых действий по 1 января 1916 года конвойной стражей были вывезены 78 286 человек, в том числе 2272 офицера6. Наступательные операции русской армии в 1916 году увеличили их число ещё на 60 тыс. человек.

Откомандирование личного состава конвойных команд, находившихся в районах боевых действий, в распоряжение начальников снабжения армий привело к невозможности эвакуации тюрем из прифронтовых районов. Главным инспектором по пересылке арестантов было возбуждено ходатайство о выведении личного состава конвойных команд из подчинения начальникам снабжения армий. В результате проведённых в феврале—мае 1915 года мероприятий в прифронтовой полосе были восстановлены конвойные команды, которые приступили к эвакуации тюрем7. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1 Российский государственный военно-исторический архив (РГВИА). Инв. № 15292. Л. 371.

2 См.: Штутман С.М. На страже тишины и спокойствия. Из истории внутренних войск России (1811—1917 гг.). М., 2000. С. 303, 304.

3 Устав конвойной службы. 2-е изд. Петроград, 1915. С. 7.

4 РГВИА. Ф. 400. Оп. 8. Д. 512. Л. 2.

5 Там же. Д. 685. Л. 17.

6 Там же. Д. 698. Л. 4.

7 Там же. Л. 4 об.

]�ot����#old’>___________________

 

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1 См., например, дискуссии и комментарии сербских историков по данному вопросу. Интернет-ресурс: http://www.blic.rs.

2 Вишняков Я.В. Балканы: хватка «Чёрной руки» // Воен.-истор. журнал. 1999. № 5. С. 34—47; он же. «Население Белграда совершенно терроризировано местными войсками». Военный переворот 29 мая 1903 года и его последствия для политической жизни Сербии // Воен.-истор. журнал. 2001. № 3. С. 68—77.

3 Российский государственный военно-исторический архив (РГВИА). Ф. 400. Оп. 4. Д. 313, Л. 60, 61.

4 Там же. Л. 83 об.

5 Там же. Ф. 2000. Оп.1. Д. 817. Л. 41 об.

6 Dedijer V.Sarajevo 1914. Knj. II. Београд, 1978. C. 78.

7 Русские о Сербии и сербах. СПб., 2006. С. 109.

8 В конце 1844 г. министр внутренних дел Сербии И. Гарашанин разработал программу «Начертание» — создания на базе княжества большого южнославянского государства с расширением его территории за счёт Боснии и Герцеговины, Черногории, Северной Албании и получением выхода к Адриатическому морю (См.: Чубриловић В. Историjа политичке мисли у Србиjе ХIX в. Београд, 1958; Љушич Р. Књига о Начертаниjу. Београд, 1993; Никифоров К.В. Сербия в середине XIX века. Начало деятельности по объединению земель. М., 1995; Белов М.В. Манифест сербской национальной бюрократии (историографические заметки о «Начертании» И. Гарашанина 1844 г.) // Вестник Нижегородского университета имени Н.И. Лобачевского. 2007. № 1. С. 205—211).

9 Архив Србиje (АС). НА-52. Л. 4.

10 Чиркович С. История сербов. М., 2009. С. 313.

11 Рид Д. Вдоль фронта. М.; Л., 1928. С. 66, 67.

12 Организация «Словенский юг» была основана в Белграде в начале мая 1903 г. формально как студенческое культурно-просветительское общество. Его основатели были тесно связаны с членами белградской масонской ложи «Препород» («Возрождение»). После майского переворота 1903 г. общество значительно укрепило свои позиции, активизировав деятельность в Албании, Македонии, Боснии и Герцеговине.

13 РГВИА. Ф. 2000. Оп.1. Д. 3035. Л. 467.

14 Международные отношения в эпоху империализма. 1878—1917. (МОЭИ) Серия 2. Т. 18. Ч. 2. М.; Л., 1938. С. 211.