Некоторые оперативные выводы из последних войн (часть 1)

image_pdfimage_print

Анализ рассмотренных операций позволяет сделать некоторые выводы. Прежде всего военные действия в Испании по своему характеру и формам операций обобщаются двумя периодами.

Операции первого периода (1936—1937 гг.) носили ограниченный характер, причем у фашистов преобладала оперативная форма фронтального удара — «немецкий таран»; у республиканцев также «таран», но в сочетании с фланговыми ударами (Харама, Гвадалахара, Брунете). Наступавшие фашистские войска временами использовали при производстве «таранного удара» тактику «шверпункта» немецких интервентов. В этом случае для обнаружения слабых участков обороняющегося они последовательно переключали усилия с одного района на другой. Эта тактика, осужденная опытом войны 1918 г., не дала осязательных оперативных результатов и на фронтах Испании.

Опыт войны в Испании показывает, что наступательные операции развиваются успешно лишь при ширине участка атаки в 20 км и выше, т. е. при отсутствии огневого фланкирования. Силы наступающих оперативных группировок растут, доходя в операции под Гвадалахарой до 1,5 корпуса, а в районе Брунете — 2 корпусов. В ходе операций выяснилась слабость средств подавления, но в отношении живой силы оперативная плотность достигала 3 300 человек (Брунете) на 1 км фронта, т. е. свыше бригады пехоты (4 батальона).

Отмечается необычайно возросшая роль авиации, танков (Гвадалахара) и средств ПВО — особенно новейших образцов зенитной артиллерии и истребительной авиации. Недоучет последнего фактора привел к краху наступательной операции германских интервентов на р. Харама и итальянских фашистов в районе Гвадалахары.

Вследствие диспропорции между наличными вооруженными силами и шириной фронтов первый период войны характеризуется как широким маневром на главнейших направлениях, так и созданием между ними укрепленных промежутков, чему способствовал и горный характер некоторых операционных направлений.

Операции второго периода (1938—1939 гг.) фашисты проводят в горных зонах Испании. Действия преследуют решительные цели и носят характер последовательных операций, продолжавшихся каждая свыше месяца на фронте шириной до 250 км. При проведении последовательных операций в Испании фронтальному прорыву обязательно сопутствовали маневры в глубине, доводившие суточный темп наступления до 12— 15 км. Однако при оценке этого факта следует учитывать слабое техническое оснащение республиканцев, недостаток у них резервов и пр. Что касается оперативной плотности, то ни одна из рассмотренных операций не может быть сравнима по насыщению живой силой и техникой с операциями 1918 г., где одна пехотная дивизия приходилась на 1 — 1,5—2 км фронта и где на 1 км фронта сосредотачивалось до 130 орудий и 20—30 танков.

Фашистское командование, применяя метод отсекания территории республиканцев, в первую очередь отрезало горные зоны Северного (Кантабрийские горы), Арагонского и Каталонского фронтов (отроги Пиренеев). Объяснялось это тем, «что горы в общем как в тактике, так и в стратегии, — как справедливо отмечает Клаузевиц, — …не благоприятствуют обороне, разумея здесь под обороной оборону решающую, от результатов которой зависит обладание или потеря страны»1 . Эта мысль подтверждена и Ф. Энгельсом, указывающим, что «…со стратегической точки зрения в горной войне положение нападающего имеет решительное превосходство над положением обороняющегося»2 . Это указание Ф. Энгельса многократно было подтверждено и опытом первой мировой империалистической войны как на Западном русском театре (в Карпатах) и на Кавказском фронте (в горах Турции), так и в Альпах. В этом отношении особенно характерны Сарыкамышская (1914 г.) и Эрзерумская (1916 г.) операции, закончившиеся разгромом германо-турецких войск, а также прорыв австро-германцев у Капоретто (1917 г.), приведший к небывалому в военной истории поражению итальянской армии. Эти же выводы нашли подтверждение на кровавом полигоне Абиссинии в 1935—1936 гг. и в горах Турецкой Анатолии в 1922 г. при разгроме турецкими войсками греческих интервентов.

ОПЕРАЦИИ В КИТАЕ

Оперативные выводы по войне в Китае могут сейчас носить лишь сугубо предварительный характер; но и в таком неполном виде они проливают свет на особенности ведения войны в Китае японской фашистской военщиной.

К началу войны вооруженные силы Китая насчитывали: армия центрального гоминдановского правительства — до 1 200 тыс. человек; китайская Красная армия — до 50 тыс. человек; провинциальные армии «генеральских клик» — до 1 500 тыс. человек. Из этого общего количества в распоряжении Чан Кай-ши в начале войны оказалось до 800 тыс. бойцов, 300 орудий, 80 танков и 300 самолетов. Единство в вооружении и боевой подготовке армии отсутствовало.

Япония имела к началу войны на Северном китайском фронте в районе Бейпин — Тяньцзинь всего лишь одну бригаду пехоты с 1 тысячью жандармов и 3 тысячами резервистов, проживавших в данной зоне; технические средства составляли 39 танков, 30 орудий и 30 самолетов. К концу же 1938 г. японская армия возросла до 860 тыс. человек при 2 тыс. орудий, 930 танков и 1 350 самолетов.

По оснащению огневыми средствами и техникой китайский и японский пехотные полки совершенно несравнимы. Так, например, японский пехотный полк превосходит китайский в винтовках —в 1,5-3 раза; в ручных пулеметах — в 7 раз, в станковых пулеметах — в 6-12 раз; в гранатометах — в 2,5 — 4 раза. В японском пехотном полку имеется, помимо этого, 6 батальонных орудий, 4 орудия полковой артиллерии и 6 орудий ПТО; этими средствами китайский полк не располагает*вовсе. Кроме того, японский полк может быть усилен из средств дивизии 12—18 орудиями легкой и тяжелой артиллерии, не менее чем 6 легкими танками; китайский же полк может рассчитывать на усиление из средств дивизии не более чем 3 орудиями.

Китайская армия воспитывалась на своеобразной теории: «обороняющийся на войне — хозяин положения, а наступающий — гость». Вследствие этого обороняющийся как хозяин якобы «имеет все возможности -заставить наступающего гостя делать все то, что будет угодно хозяину». Отсюда проводилась мысль, что высшей доблестью армии является непоколебимая стойкость и упорство в обороне «до смерти».Словом, рекомендовалась пассивная оборона.

Коммунистическая партия Китая повела упорную борьбу с этой вредной теорией и добилась перелома во взглядах на оборону, справедливо указывая, что «оборона до смерти может привести страну к смерти от обороны». В результате китайская армия перешла к активной обороне, применяя методы подвижной обороны на широком фронте. Как показал опыт двухлетней борьбы, такой метод оказался вполне жизненным. Это обуславливалось огромной территорией, большой протяженностью фронтов и глубоким тылом Китая, а также развитием массового партизанского движения в тылу японской армии.

Примечания:

  1. Клаузевиц. О войне. Военгиз. Изд. 3-е, 1936 г., т. II, стр. 114. [↩]
  2. Ф. Энгельс. Избранные военные произведения. Военгиз. 1937 г., т. I, стр. 382. [↩]