ВРАЖДЕБНЫЕ МИФЫ О НАЧАЛЕ ВОЙНЫ

image_pdfimage_print

К приближающемуся юбилею – 70-летию Победы писатель Арсен Мартиросян написал очередные вредные мифы под названием «22 июня: блицкриг предательства. От истоков до кануна» и «22 июня: детальная анатомия предательства».

Идею своего сочинения автор излагает на первых страницах. Он пишет: «Основу трагедии 22 июня 1941 года составили заговор части высшего командного состава РККА против центральной власти и предательство. Что выразилось в злоумышленной подставе сосредоточенных в приграничной зоне советских войск под неминуемое поражение, разгром и уничтожение. А на их фоне должен был быть осуществлен государственный переворот силами военных, преследовавший цели свержения советской власти, физического уничтожения высшего руководства СССР и сепаратного замирения с фашисткой Германией» (стр. 4).

Все эти тяжкие обвинения знакомы читателям. Они были надуманы в конце 30-х годов прошлого века руководителями НКВД Ежовым и Берией в угоду Сталину, заимствованы из материалов, разработанных спецслужбами Германии и Великобритании, заинтересованных в ослаблении Красной армии.

Автор собрал большое количество различных материалов о событиях и фактах, но он их умышленно передергивает, дает им неверное толкование, стремясь подогнать под свою схему заговора и предательства и навязать читателю свои ошибочные взгляды. В начале книги на многих страницах он повествует о троцкистах и заговоре Тухачевского, участники которого были расстреляны в 1937 году и не имевшие никакого отношения к событиям 22 июня 1941 года. Автор книги отрицает даже репрессии и разгром военных кадров в 30-е годы. Он пишет, что «никакого разгрома военных кадров в СССР не имело место быть» (стр. 239).

Писатель О.Ф. Сувениров в своей книге «Репрессии накануне Отечественной войны» (М., 1998) пишет, что репрессии приобрели массовый характер. Были арестованы и уничтожены 3 из 5 маршалов Советского Союза, 4 из 5 командармов I ранга, все 10 командармов II ранга, 63 комкора, 168 комдивов, 378 комбригов, 517 полковников и много других командиров и начальников. Увольнение из армии и арест такого количества командного состава оказали отрицательное влияние на состояние войск.

На февральско-мартовском пленуме ЦК ВКП(б) 1937 года приводились данные об уволенных из армии 56 тысяч человек, из них многие по политическим мотивам и в последующем были арестованы. Председатель Совнаркома СССР В.М. Молотов на этом же пленуме призвал усилить чистку в армии, и это прозвучало, как указание партии.

В июне 1937 года в Москве состоялся расширенный Военный Совет при НКО СССР. Из 85 членов Совета 20 оказались в тюрьмах. Выступивший на Военном Совете Сталин сделал вывод, что в стране был военно – политический заговор против советской власти, инспирированный и финансированный германскими фашистами и назвал его «военно-фашистским заговором».

Нарком внутренних дел Ежов потребовал от своих сотрудников «брать всех и добиться нужных показаний».

А. Мартиросян, жонглируя различными цифрами, пытается доказать, что происходила обычная ротация кадров, направленная на укрепление командного состава и увеличение количества командиров, имеющих высшее образование.

Он совершенно не согласен с маршалом A.M. Василевским, который заявил: «Без тридцать седьмого года, возможно, и не было бы вообще войны в сорок первом году. В том, что Гитлер решился начать войну в сорок первом году, большую роль сыграла оценка той степени разгрома военных кадров, который у нас произошел…»[1].

Органами НКВД СССР в 1937–1939 гг. были привлечены к уголовной ответственности 21513 человек командного и начальствующего состава.

Аресты продолжались и накануне войны. В июне 1941 года были арестованы 23 крупных военачальника – руководители ПВО, ВВС, других видов и родов войск: генерал-полковники А.Д. Локтионов, М.Б. Штерн, генерал-лейтенанты авиации Я.Б Смушкевич, И.В. Рычагов, И.И. Проскуров и другие. По предложению Берии 28 сентября 1941 года все они без следствия и суда были расстреляны. При этом избитого дважды Героя Советского Союза Я.Б. Смушкевича к месту расстрела тащили на носилках, а жену генерала И.В. Рычагова расстреляли за недоносительство. В 1954–1955 гг. все они были полностью реабилитированы.

А. Мартиросян умышленно скрывает важные документы, подготовленные на основании архивных материалов. В частности, «Справку КГБ и Генеральной Прокуратуры СССР», представленную в Комиссию Политбюро ЦК КПСС 24 февраля 1988 года. В ней говорится, что «Определением Военной Коллегии Верховного Суда СССР от 31 января 1957 года приговор в отношении Тухачевского М.Н., Корка А.И., Якира И.Э., Уборевича И.П., Путна В.К., Эйдемана Р.П., Примакова В.М. и Фельдмана Б.М. отменен. Уголовное дело прекращено за отсутствием в их действиях состава преступления. В 50-60-е годы прошлого века реабилитированы и другие бывшие военнослужащие из числа 408 осужденных по делу так называемого «военно-фашистского заговора»[2].

Следовательно, никакого заговора Тухачевского и других, как и предательства не существовало. Писатель Е. Парнов справедливо назвал свою книгу – «Заговор против маршалов» (М., 1991). А. Мартиросян же продолжает обвинять в заговоре и предательстве честных людей, активных участников гражданской войны.

Рассматривая события накануне войны, автор пишет, что советская разведка своевременно получила данные о принятии Гитлером решения о нападении на СССР. Это утверждает бывший начальник ГРУ П.И. Ивашутин: «29 декабря 1940 года были добыты и поступили в Москву данные о принятии Гитлером решения и отдаче приказа о непосредственной подготовке к войне против СССР. Этими данными мы располагали через 11 дней после утверждения Гитлером плана «Барбаросса»[3]. В соображениях по стратегическому развертыванию Вооруженных Сил СССР указано, что документальными данными об оперативных планах вероятных противников Генеральный штаб Красной армии не располагает. Сомнительно, что этот план был обнаружен, как пишет автор книги, после войны среди трофейных документов.

Наша разведка добывала много данных о переброске немецких войск и авиации к границам СССР и о сроках нападения, которые Гитлер переносил трижды, и своевременно представляла их руководству. Вместе с тем, начальник Разведывательного управления Генерального штаба Красной армии генерал-лейтенант Ф.И. Голиков в своем докладе 20 марта 1941 года, представляя важные сведения, сделал неправильный вывод: «Считаю, что наиболее возможным сроком начала действий против СССР будет являться момент после победы над Англией»[4]. Нарком ВМФ адмирал Н.Г. Кузнецов в записке Сталину написал, что по сообщению офицера Ставки Гитлера готовится нападение к 14 мая. Полагаю, говорилось в записке, что эти сведения являются ложью и предназначены для выявления реакции на них СССР.

Конечно, подобные доклады вводили руководство НКО, государства, в том числе и Сталина, в заблуждение.

Кроме того, Берия докладывал Сталину информацию, полученную от его резидента Кобулова из Берлина, в которой наряду с некоторыми достоверными данными содержалась и дезинформация о том, что Германия не нападет на СССР. В это, якобы, верил вождь. Автору книги не следовало агентурную операцию Кобулова с подставленным сотрудником гестапо изображать как успешную и называть Берию «выдающимся асом советской разведки». (С. 414).

Надо отметить, что советская разведка не полностью вскрыла группировку немецко-фашистских войск, направления главных ударов групп армий и оперативные планы противника.

Что касается предательства советских военачальников, сотрудничества некоторых из них с офицерами вермахта и передаче оперативных планов советского командования, то это выдумка автора. Тухачевский, находясь в тюрьме по требованию следователей, написал «план» поражения Красной армии. Этот так называемый «план» никакого отношения к оперативным планам СССР и событиям 22 июня 1941 года не имел.

Соображения (План) по оперативному развертыванию Красной армии на случай войны были разработаны начальником Генерального штаба Б.М. Шапошниковым. При этом он полагал, что будущий военный конфликт ограничится западными границами СССР. Противник развернет главные силы в полосе от Балтийского моря до Полесья. Однако в ходе доклада плана Сталин высказал мнение, что Германия в случае войны основные усилия сосредоточит в центре с тем, чтобы, прежде всего, захватить у нас богатые промышленные, сырьевые и сельскохозяйственные районы. В соответствии с этими указаниями Генштабу было поручено переработать план, предусмотрев сосредоточение главных сил на юго-западном направлении. С приходом к руководству Наркоматом обороны С.К. Тимошенко, Генштабом В.К. Мерецкова, а затем Г.К. Жукова этот план получил дальнейшее развитие. Доработанный план в начале октября 1940 года был представлен и 14 октября утвержден Политбюро ЦК ВКП(б) и Советским Правительством.

Планом предусматривалось развернуть главные силы Красной армии на юго-западном направлении. Первым стратегическим эшелоном – армиями прикрытия отразить нападение противника. После мобилизации перейти в наступление, нанести удар на юго-западном стратегическом направлении – на Люблин, Краков, Братиславу.

Генштабом и штабами военных округов (фронтов) также были разработаны планы обороны государственной границы.

Основными причинами поражения Красной армии в начале войны явились несвоевременное приведение войск в боевую готовность, недостаточная их подготовка, неумелое руководство и управление войсками, а не заговоры и предательство.

Генерал армии М.А. Гареев пишет: «Главная беда Сталина и других политических деятелей, например, К.Е. Ворошилова, Н.А. Булганина, Д.Ф. Устинова состояла в том, что они, не зная войсковой жизни, не имея опыта управления войсками, совершенно не представляли себе, как в действительности могут происходить их действия после принятия новых решений и отсюда – нередкие случаи постановки войскам нереальных задач. Таким людям кажется, что, что как только он скажет, армии сразу же развернутся для отражения агрессии с началом войны или в ходе войны, нанесут удары, по любому телефонному звонку можно перейти в наступление или нанести контрудар, не понимая, что на это потребуется определенное время»[5].

В полной мере это относится к автору книги А. Мартиросяну, который не знает жизни войск, часто впадает в заблуждения и делает неверные выводы из происходивших событий. Так, он считает, что задержка в отправке директивы НКО № 1 на 1 час 20 минут и привела к трагедии 22 июня.

В своей книге автор восхваляет Сталина и Берию, называет их выдающимися политическими деятелями XX века.

Автор ошибочно полагает, что войска Северо-Западного направления под командованием Ворошилова и Юго-Западного направления под командованием Буденного вынудили немцев сменить стратегию молниеносной войны – «План Барбароссы» (с. 733). В действительности на Западном направлении войска под командованием Тимошенко и Жукова остановили противника под Смоленском, не допустили захвата Москвы, перешли в контрнаступление и сорвали план молниеносной войны Гитлера.

Автор игнорирует архивные военные и партийные документы. В частности, в решении Политбюро ЦК ВКП(б) от 1.4.1942 г. отмечалось, что К.Е. Ворошилов не справился с задачей, не сумел организовать оборону Ленинграда, допустил серьезные недочеты в работе. В связи с этим ЦК ВКП(б) постановил: 1. Признать, что т. Ворошилов не оправдал себя на порученной ему работе на фронте. 2. Направить т. Ворошилова на тыловую военную работу.

Войска Резервного фронта под командованием маршала Буденного и Западного фронта генерала Конева под Вязьмой в начале октября 1941 года потерпели тяжелое поражение. Будучи главкомом направления, командующим Северо-Кавказским фронтом Буденный не обеспечил твердого управления войсками и был освобожден от должности.

Так что не следует преувеличивать их роль.

Описывая события 22 июня 1941 года, автор обрушился на начальника Генштаба генерала армии Г.К. Жукова, обвиняя его в том, что он в своих послевоенных мемуарах (издание 1969 г.) неправильно указал время начала военных действий Германии (3 часа 15 мин.) и, таким образом, начал войну раньше, чем Гитлер 22 июня. Неверно доложил об этом Сталину. Автор пишет, что Жуков и Тимошенко умышленно задержали (на один-два часа) передачу директивы в войска с определенной целью. Однако в оперативной сводке № 1 Генштаба, подписанной Жуковым, правильно указано, что немецко-фашистские войска начали военные действия в 4.00 22 июня 1941 г.

В то же время, сам автор книги неверно пишет, что, якобы, наши погранвойска с 21.30 21 июня устроили немцам «кровавую баню».

Автор очень неуважительно характеризует советских маршалов и генералов, особенно Тимошенко и Жукова. Маршала Г.К. Жукова, национального героя страны, оскорбляет без всяких оснований, называя лгуном, обманщиком, «четырежды брехуном Советского Союза» (с. 697). В книге Г.К. Жуков упоминается более 400 раз, все в негативном плане и даже обвиняется в гибели 27 млн. советских людей. Такой метод в трактовке отечественной истории не является новым. Как вспоминает ветеран Великой Отечественной войны, доктор исторических наук, вице-президент Академии военно-исторических наук М.И. Фролов в своей реплике, опубликованной на сайте «Русская народная линия»: «Мне кажется, что сегодня мы видим продолжение линии, которую высказал еще в конце 1980-х годов «серый кардинал» перестройки А.Н. Яковлев. Он тогда на одном из совещаний заявил: «Давайте свалим Жукова, и тогда все рухнет. Рухнет все советское военное искусство в годы Отечественной войны, роль и значение советских военачальников, Рокоссовского и других и вся наша Победа».

Особое внимание автор в своей книге уделяет описанию своей идеи-фикс предательству и перечисляет различные формы предательства военачальников. Однако, в первом томе книги он не приводит примеров подобных предательских действий советских военнослужащих.

Он сочиняет второй том книги – «22 июня – детальная анатомия предательства», собрав много различных событий и фактов начала войны, но он искажает их содержание, передергивает и дает каждому из них неверную трактовку. Обвиняет ряд командиров и начальников во враждебных действиях в угоду своей надуманной идее – предательство. Конечно, с учетом сложных условий боевых действий, особенно в начальном периоде войны, были случаи ошибочных действий, принятия необоснованных и запоздалых решений командирами, но это происходило из-за недостаточного боевого опыта и неумелого управления войсками.

Три главы IV раздела III тома написаны по единой схеме. Все они начинаются с ответов генералов и офицеров, на вопросы, якобы, интересовавшие Сталина:

1. Был ли доведен до войны в части их касающейся план обороны государственной границы, когда и что было сделано командованием и штабами по обеспечению выполнения этого плана?

2. С какого времени, и на основании какого распоряжения войска прикрытия начали выход на государственную границу, и какое количество из них было развернуто до начала боевых действий?

Ответы на многие свои вопросы автору известны и частично освещены в предыдущем томе книги.

История разгрома Западного фронта известна и дело не в оперативном плане и не в том, что основные силы Красной армии были сосредоточены на Юго-Западном направлении, на Украине (а не севернее Полесья). Здесь войск было достаточно, и противник не имел превосходства в силах.

Юго-Западный фронт, где были сосредоточены основные силы Красной армии (80 дивизий), не смог даже приостановить продвижение одной немецкой группы армий («Юг»), имевшей в пять раз меньше танков.

Основная причина поражения – слабая подготовка войск и неудовлетворительное руководство ими.

О происходящих событиях в начале войны автор пишет различные небылицы. В частности о том, что Сталин не верил армейским генералам и в качестве доказательства приводит назначение для защиты Москвы командующим Фронтом резервных армий генерал-лейтенанта И.А. Богданова и командармов (Масленникова, Долматова, Ракутина), служивших в НКВД.

Примером блестящего стратегического руководства автор полагает считать своевременное выявление 28 июля 1941 года Сталиным и Шапошниковым угрозы окружения Юго-Западного фронта и принятие решения о создании Резервного (Центрального) фронта. В действительности начальник Генштаба Жуков предупреждал Сталина об этой угрозе еще в начале июля 1941 года и был освобожден от должности. Ставка ВГК и главком Юго-Западного направления не смогли оказать помощь Юго-Западному фронту. Отвод войск за Днепр даже в начале сентября считали преждевременным, помощь за счет резервов Ставки не оказали. Юго-Западный фронт потерпел тяжелое поражение. Это пример неумелого стратегического руководства.

Автор снова пишет, что в основе трагедии 22 июня и начала войны стоит предательство. Он приводит ряд сообщений органов НКВД (с. 713), что войска хотят драться, а им приказывают отступать (с. 731). В некоторых авиационных частях не хватает летчиков, горючего для самолетов, в частях ПВО – 37-мм зенитных снарядов и многое другое. По-прежнему пишет о заговоре и предательстве маршалов и генералов. Его фантазия настолько разыгралась, что он придумал не существовавшую «киевскую мафию», включив в ее состав Тимошенко, Жукова и Ватутина, Кирпоноса, погибшего осенью 1941 года, называет «прихлебателем» Жукова.

В конце II-й книги он пишет: «Вместо эпилога или почему Сталин не расстрелял Тимошенко и Жукова». Вместе с тем, автор знает, что Сталин несет ответственность за события 22 июня и неудачи Красной армии в начале войны. 22 июня в 11 часов 15 минут Главнокомандующий Вооруженными силами маршал С.К. Тимошенко (не без ведома Сталина) подписал директиву № 3, в которой ставились задачи Северо-Западному, Западному и Юго-Западному фронтам нанести удары (по существу перейти в контрнаступление) и к исходу 24 июня овладеть районами Люблин, Сувалки. А в это время войска фронтов еще не остановили продвижение противника, не завершили оперативное развертывание. Выдвигаясь, войска подверглись встречным ударам наступающих танковых группировок и авиации противника. Все это дезорганизовало и ослабило оборону фронтов.

А. Мартиросян пишет, что Сталин не расстрелял Тимошенко и Жукова, зная по опыту гражданской войны, что солдаты могли бы перейти к самосуду своих командиров, а это ослабило бы как сопротивление наших войск, так и отражение нападения противника. Союзники – США и Великобритания могли бы отказаться от оказания нам какой-либо помощи и сотрудничества с СССР в годы войны. И далее автор дает оригинальную оценку поступка Сталина – Сталин повел себя, как неисправимый гуманист (?!) и т. д. (с. 728).

Автору книги нельзя игнорировать признание Сталиным допущенных руководимым им правительством ошибок. Выступая на приеме в Кремле в честь командующих войсками Красной армии 24 мая 1945 года, он заявил: «У нашего правительства было немало ошибок, были у нас моменты отчаянного положения в 1941–1942 годах…»[6].

Для придания книге убедительности и исторической масштабности автор применил сложную структуру. В ней почти на каждой странице многочисленное количество различных комментариев, названных автором разведывательно-историческими расследованиями, историческими штрихами, специальными справками и т.п. Многие строки и целые абзацы выделены жирным шрифтом. Все эти эффекты применены для придания книги многозначительности, а читателя увести от сути повествования. Суть же книги – оправдать Сталина, снять с него вину за трагедию народа, свершившуюся 22 июня 1941 года.

Книга А. Мартиросяна является вредной, она порочит Красную армию, подрывает уважение и авторитет армии-победительницы, оскорбляет память маршалов, генералов, офицеров и солдат – защитников Отечества, дезинформирует и вводит в заблуждения читателя, особенно молодое поколение россиян.

 

Генерал-лейтенант в отставке Е.И. Малашенко

 



[1] Коммунист. 1988. № 9. С. 88.

[2] ЦА ФСБ РФ К 1-Ос. Оп. 9. пор. 65. Л. 98-115.

[3] Ивашутин П.И. «Докладывала точно…» //Военно — исторический журнал. 1990. № 5. С. 55.

[4] ЦАМО СССР. Ф.16. Оп.2951. Д. 233. С. 157–216.(1940 г.) и Д. 241. Л. 1–15 (1940–1941 гг.)

 

[5] Гареев М.А. Сражения на военно-историческом фронте. М., 2008. С. 299.

[6] Сталин И.В. О Великой Отечественной войне Советского Союза. ОГИЗ. М., 1947. С. 196.