СОЗДАНИЕ РАКЕТНОГО ЩИТА СТРАНЫ СОВЕТОВ

image_pdfimage_print

ТАКТИКА зенитных ракетных войск возникла на основе фундаментальных положений тактики зенитной артиллерии и войск противовоздушной обороны, оперативного искусства и стратегии, богатейшего опыта Великой Отечественной войны (1941—1945 гг.). При написании Руководства по управлению зенитной ракетной системой С-25 использовалась «Инструкция по управлению огнем зенитной артиллерии»1, а при построении боевых порядков противовоздушной обороны города Москвы в 1950—1956 гг. учитывались требования Боевого устава зенитной артиллерии2. В соответствии с ними на двух рубежах обороны на расстоянии 45—50 и 85—90 км от центра столицы было развернуто 56 полков, вооруженных системой С-25 и сведенных в четыре корпуса, каждому из которых выделялся свой ответственный сектор.

Ввиду высокой эффективности зенитного ракетного оружия считалось, что нет необходимости в маневрировании частями. Вопрос о размещении зенитных ракетных частей на стационарных позициях рассматривался еще на этапе разработки оружия. Так, был предложен проект инженера Маханова «Оборона Москвы от налетов стратегической авиации при помощи мультизарядных сверхскоростных реактивных установок крупного калибра (200 мм), установленных в зенитных фортах кольцами, опоясывающими столицу»3. При этом отказались от использования неуправляемых зенитных реактивных снарядов в пользу системы С-25, которая могла осуществлять одновременный обстрел в секторе 50—60° до 20 целей, летящих со скоростями до 1000 км/ч на высотах от 3—5 до 25 км. Поскольку предполагалось, что авиация противника для прорыва к Москве будет использовать только высоты более 5 км, так как на меньших высотах она уничтожается зенитной артиллерией с высокой эффективностью, то противовоздушная оборона столицы основывалась на тесном взаимодействии зенитных ракетных и артиллерийских частей. Истребительная же авиация из-за отсутствия аппаратуры опознавания должна была вести бои вне зон поражения зенитных ракетных полков. Предполагалось создать аналогичную ПВО для Ленинграда и Баку.

С поступлением в 1957 году на вооружение зенитного ракетного комплекса С-75 при построении боевых порядков также использовался принцип кругового прикрытия объектов. При этом зенитные ракетные дивизионы располагались с интервалами 25—28 и на удалении 4—6 км от вероятного рубежа бомбометания в сторону объекта. В этом случае обеспечивалась возможность проведения двух стрельб по цели за время ее пребывания в зоне поражения дивизионов.

Анализ параметров боевых порядков зенитных ракетных частей в районах Брянска, Вологды, Иваново, Конотопа, Курска, Старой Торопы, Тамбова и Череповца, в частности интервалов между дивизионами и сравнение их с дальней границей зоны поражения ЗРК С-75, равной 29 км, позволяют сделать вывод об отсутствии взаимного прикрытия между дивизионами.

В середине 50-х годов прошлого века возникла проблема борьбы зенитных сил и средств с маловысотными целями. ВВС США и стран НАТО на специальных учениях и маневрах «Карт-Бланш» (1955 г.) и «Осторожность» (1957 г.) начали отрабатывать вопросы преодоления противовоздушной обороны на малых высотах4, к практической отработке полетов на которых перешла в 1959 году и стратегическая авиация США5. В связи с этим зенитные ракетные комплексы к 1960 году были доработаны, в результате чего нижняя граница зоны поражения комплексов С-25 уменьшилась до 3, а С-75 до 0,3 км. Кроме того, в соответствии с постановлениями ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 19 марта 1956, от 8 мая 1957 и от 3 октября 1958 гг. начались разработки зенитного артиллерийского комплекса (ЗАК) 4х37-мм «Шквал» и зенитных ракетных комплексов (ЗРК) С-125 и «Уран» соответственно. Предполагалось размещать их в существующих группировках для прикрытия не только объектов, но и позиций дивизионов. Таким образом, изменение тактики действия авиации вероятного противника создало проблемы борьбы зенитных ракетных средств с маловысотными целями и взаимного прикрытия, которые, как считалось, разрешили размещением новых ЗРК и ЗАК в существующих боевых порядках.

ПОСЛЕ уничтожения американского самолета-разведчика У-2 1 мая 1960 года в районе Свердловска с целью предотвращения дальнейших пролетов авиации противника в глубь нашей территории с южного направления по приказу главнокомандующего Войсками ПВО страны за период с 6 по 19 сентября того же года был создан зенитный ракетный заслон протяженностью 1340 км в составе четырех рубежных группировок: Сталинградской (563 км), Орской (220), Тюра-Тамской (360) и Сары-Шаганской (195). Всего было развернуто 43 зенитных ракетных дивизиона С-75 и 12 технических дивизионов, совершивших марш железнодорожным транспортом на расстояние 680—3300 км и своим ходом до 200 км. Для прикрытия южного направления к началу 1962 года намечалось создание второго зенитного ракетного заслона от Красноводска до Аягуза протяженностью 2875 км, план развертывания которого был утвержден военным советом Войск ПВО страны 14 ноября 1960 года и своевременно выполнен6.

Этим же планом предусматривалось создание смешанных рубежных группировок: Рига—Лиепая—Калининград—Каунас (29 зрдн С-75 и 25 зрдн С-125); Вильнюс—Лида—Кобрин (9 зрдн С-75 и 12 зрдн С-125); Поти—Керчь—Евпатория—Одесса (46 зрдн).

Таким образом, толчком для создания рубежных группировок послужили факты нарушения границы воздушного пространства СССР самолетами-разведчиками вероятного противника и наличие достаточного количества сил и средств ЗРВ.

Главным недостатком при построении этих рубежных группировок было то, что в расчет бралась только одна задача (пресечение нарушений границ воздушного пространства СССР путем развертывания зенитных ракетных заслонов), и дивизионы разворачивались без учета влияния местности на зону поражения. Вот характерные примеры. В районе города Орджоникидзе (ныне Владикавказ) один из дивизионов развернули в горном мешке, а остальные — от станции Казанджик до станции Душак — вдоль железной дороги в северном предгорье Копетдага, причем в обоих случаях считалось, что зоны поражения останутся без изменений. Кроме того, почти во всех частях дивизионы разворачивались без учета взаимного огневого прикрытия.

Но необходимо отметить и положительные тенденции. Так, при развертывании боевого порядка зенитного ракетного полка для обороны объектов в районе Орск—Халилово учитывались границы объекта, относительно которых и рассчитывался вероятный рубеж бомбометания авиации противника (рубеж выполнения задачи противником). Более того, боевые действия предполагалось вести по двум вариантам: при рубежной обороне и при круговой обороне после совершения маневра тремя дивизионами7.

По мере передачи войскам все большего количества зенитных ракетных дивизионов (см. таблицу) появилась возможность создания не только объектовых и рубежных группировок, но и зональных. Примером последних могут служить группировки в районах Шадринска и Полоцк-Поставы, которые прикрывали районы с площадями 159х90 км и 230х110 км соответственно8.

Таким образом, в процессе становления зенитных ракетных войск при построении боевых порядков определились следующие группировки: объектовые, рубежные, группировка особо важного объекта (г. Москва), а также начали формироваться зональные и объектово-зональные группировки.

В 1960 году количество частей, вооруженных зенитным ракетным оружием, превысило число зенитных артиллерийских полков в 2,9 раза, и ЗРВ стали основным родом Войск ПВО страны. К этому времени были определены их свойства, степени боевой готовности и основы боевого применения, описана классификация зенитных ракетных комплексов, боевые порядки полка (бригады), даны организация войск и рекомендации по определению параметров боевых порядков (интервалов между позициями, удалений от объекта обороны), потребного количества дивизионов и боевых возможностей. Были наполнены содержанием составляющие противовоздушного боя (удар, зенитный огонь, маневр, радиоэлектронная борьба), определены виды огня (очередью выстрелов, залповый, одиночными выстрелами)9. Предполагался маневр огнем и подразделениями. Проблемы боевого применения зенитных ракетных дивизионов в условиях помех решались повышением энергетического потенциала станции наведения ракет системы С-25 в пять раз.

В ходе зарождения и становления зенитных ракетных войск основное внимание уделялось практическим вопросам. Прежде всего, оценивались огневые возможности сформированных полков. Для испытаний комплексов системы С-25 на основе постановления ЦК КПСС и Совета Министров от 9 августа 1950 года, приказов командующего артиллерией Советской армии от 26 мая и от 28 мая 1951 года, а также директивы Генерального штаба Вооруженных Сил СССР от 27 августа 1951 года было создано специальное управление (полигон «С», впоследствии директивой Главного штаба Войск ПВО страны от 31 января 1964 г. переименовано в Научно-исследовательский испытательный полигон Министерства обороны СССР). Летом 1952-го здесь начались испытания опытных образцов ракет В-300, а 25 мая следующего года была успешно проведена стрельба по бомбардировщику Ту-4. С целью оценки эффективности комплекса и определения зоны поражения стрельбы проводились до середины 1954 года. Однако выбор стартовых и радиотехнических позиций начался в 1951-м согласно распоряжению Совета Министров СССР от 12 июня 1951 года, и в августе того же года были утверждены места дислокации частей. Следовательно, при планировании боевых порядков учитывались не реальные зоны поражения, а заданные тактико-техническими требованиями и еще не подтвержденные испытаниями. Характеристики местности, на которых разворачивались дивизионы, учитывались далеко не в полной мере, что явилось одной из причин вырубки лесных массивов в секторах обстрела и полной демаскировки позиций. Но тем не менее сроки ввода в строй противовоздушной обороны города Москвы строго выполнялись, и параллельно с испытанием системы шло согласно постановлению ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 24 октября 1952 года формирование первых зенитных реактивных полков. 1 декабря 1953 года в соответствии с директивой начальника Генерального штаба Вооруженных Сил СССР войсковая часть была реорганизована в войсковое объединение 4-корпусного состава (первое оперативное зенитное ракетное объединение ПВО), а первая боевая стрельба полком С-25 состоялась 20 апреля 1955 года. Вслед за этим система С-25 была принята на вооружение (приказ министра обороны СССР от 21 мая 1955 г. на основании постановления Совета Министров СССР от 7 мая того же года). Таким образом, на этом этапе создания зенитных ракетных войск на построение ПВО столицы в первую очередь оказывало влияние решение организационных вопросов, а не тактические задачи.

ПОСЛЕ принятия на вооружение системы С-25 перед командованием сформированных частей, соединений и объединений возникли проблемы, связанные с организацией управления, подготовкой к несению боевого дежурства и обеспечением, которые были успешно решены. С 7 и 8 июля 1956 года зенитные ракетные полки второго, а затем первого эшелонов согласно решению Президиума ЦК КПСС от 7 июля 1956 г. приступили к несению боевого дежурства, имея на позициях по четыре ракеты для уничтожения одного самолета-носителя атомных и водородных бомб. При внезапном нападении этого количества ракет было явно не достаточно. Самолеты-носители атомного оружия вполне могли безнаказанно долететь до Москвы и преодолеть ее противовоздушную оборону без больших потерь. Так, в 1954 году «в ночь на 29 апреля три американских самолета нарушили государственную границу со стороны Балтийского моря, проникнув в глубь страны до меридиана Новгород—Смоленск—Ромны, ушли в западном направлении» и «8 мая днем два американских самолета вторглись в пределы советской территории со стороны Баренцева моря и, углубившись до Кандалакши, ушли на запад»10. Именно из-за угрозы пролета противника к Москве с такой быстротой велись работы по созданию системы С-25, развертыванию боевых порядков частей и подразделений, постановке их на боевое дежурство и распространению утверждения о возможности сбить любую цель первой ракетой, особенно усиленно тиражируемого после уничтожения 1 мая 1960 года самолета-разведчика У-2 вплоть до середины 60-х годов.

Уже к 1954 году стало ясно, что стационарный зенитный комплекс не мог найти широкого применения, так как он имел ряд существенных недостатков: местоположение боевой позиции определялось противником с достаточной точностью, что облегчало задачу ее подавления; высокая стоимость строительства и оборудования позиции; исключался маневр подразделениями и частями. Исходя из этого, были приняты постановления Совета Министров СССР «О создании передвижной системы зенитного управляемого реактивного оружия для борьбы с авиацией противника» от 20 ноября 1953  и «О создании зенитной батареи системы-75» от 6 октября 1954 гг., а также соответствующее совместное постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 30 апреля 1957-го, прекратившее создание стационарной системы С-100 вокруг Ленинграда. Но это еще не означало полного отказа от «стационарных» боевых порядков. Для позиции каждого дивизиона отчуждалась земля, где эти подразделения стояли десятками лет, постепенно совершенствуя инженерное оборудование. При внезапном нападении противника они должны были принимать бой в основном на этих же стационарных позициях ввиду ограниченного количества транспортных средств в частях, сосредоточения значительного запаса ракет на стартовых позициях и большого промежутка времени, потребного на маневр дивизиона.

Возникшие проблемы борьбы с маловысотными целями решались как техническими мерами, так и включением в состав зенитных артиллерийских полков литер «А» зенитного артиллерийского дивизиона, оснащенного орудиями малого калибра. С 15 апреля по 1 декабря 1958 года такие полки заступили на боевое дежурство в районах городов Брест, Вильнюс, Киев, Львов, Ленинград, Минск, Новгород, Одесса, Баку, Ростов, Рига и Сталинград (Волгоград)11.

Управление в корпусах системы С-25 и полках С-75 осуществлялось с неавтоматизированных командных пунктов при использовании планшетов, как и в зенитном артиллерийском полку12. Но выявились и коренные отличия. Ввиду того что каждая ракета наводилась на цель, отпала необходимость в организации постановки завес заградительного огня. Командир корпуса системы С-25 решал следующие задачи: по организации взаимодействия полков (дивизионов) при уничтожении целей, находящихся на границах секторов обстрела; по оповещению о целях с сигналами «я — свой самолет»; по обеспечению безопасности полетов своей авиации, которая уже не имела права на преимущество в уничтожении целей в зоне обстрела зенитных ракетных частей. Командир полка принимал решение и ставил задачу на уничтожение всех целей, находящихся в секторе обстрела, а при полете цели на стыках зон своей и соседней лично осуществлял взаимодействие с командирами соседних полков13. Практика боевых стрельб, осуществленных при уничтожении самолетов-разведчиков РБ-57 под Пекином в КНР 7 октября 1959 года и У-2 под Свердловском в 1960 году, указала на необходимость осуществления управления дивизионами с использованием автоматизированных систем управления (АСУ) и широкого внедрения вычислительной техники. В 1953 году началось серийное производство электронных вычислительных машин первого поколения, что дало возможность уже в 1957-м принять решение на разработку АСУ С-100 для Ленинградской группировки. На два месяца раньше задания разработки ЗРК С-200А (постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 4 июня 1958 г.) принято решение о разработке пункта боевого управления ПБУ-200 для одного канала С-200 (постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 4 апреля 1958 г.), и через год принимается решение на разработку ПБУ-200 в пятиканальном варианте (постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 4 июля 1959 г.). Но войскам была нужна массовая АСУ для управления полками С-75, число которых быстро росло и к 1960 году достигло 80. Поэтому в 1960-м было принято решение о разработке массовой относительно простой АСУ (АСУРК-1), основанной на автоматизации процессов управления командного пункта зенитного артиллерийского полка (постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 29 апреля 1960 г.). Таким образом, в конце 50-х годов прошлого века начался переход управления на качественно новую ступень.

Претерпело ряд изменений по своей структуре и обеспечение в зенитных ракетных войсках по сравнению с обеспечением в зенитной артиллерии, а именно: исключены из состава световое обеспечение, мероприятия по защите от радио- и радиолокационных помех, борьба с воздушными десантами; введены обеспечение ракетами, топогеодезическое и тыловое обеспечение.

Для хранения, сборки, заправки, снаряжения, проверки и доставки на стартовые позиции ракет в состав зенитных ракетных частей включили технические базы и технические дивизионы. Ракеты хранились в режимах длительного хранения (проверенные и подготовленные для сборки) и промежуточной готовности (собранные, снаряженные, подготовленные к транспортировке, но незаправленные). На стартовых позициях они находились в режиме окончательной готовности на пусковых столах и установках в количестве, необходимом для несения боевого дежурства.

Произошли и другие изменения в обеспечении боевых действий. Так, в ходе несения боевого дежурства и проведения учений все четче вырисовывалась проблема обеспечения подразделений и командных пунктов точной информацией о воздушной обстановке. Эту проблему удалось решить использованием информации от радиолокационных средств разведки и включением в состав огневых дивизионов радиолокационных станций разведки. Это дало возможность сократить время поиска и обнаружения целей в дивизионе, повысить точность целеуказаний, а также расширить возможности дивизиона при ведении самостоятельных боевых действий.

Принятие на вооружение вероятными противниками ядерного оружия предъявило новые требования к инженерному оборудованию позиций. На основных позициях с целью обеспечения высокой живучести подразделений стали возводить стационарные инженерные сооружения с соблюдением требований маскировки.

НА ЭТАПЕ становления ЗРВ была создана целостная система учебных заведений за счет перепрофилирования на новую ракетную технику прежних учебных заведений и создания новых. Так, до 1958 года подготовка кадров для ЗРВ осуществлялась в Сумском и Ярославском военных технических училищах Войск ПВО страны, Пушкинском и Житомирском радиотехнических училищах Войск ПВО страны, Киевском и Минском (Гомельском) высших инженерных радиотехнических училищах Войск ПВО страны, Харьковской артиллерийской радиотехнической академии, Военной командной академии ПВО (г. Калинин), на факультете Артиллерийской академии имени Ф.Э. Дзержинского. Профессорско-преподавательский и слушательский состав этих учебных заведений, сотрудники Научно-исследовательского института Войск ПВО страны, специалисты полигонов, личный состав зенитных ракетных частей и подразделений активно включились в освоение новой техники, разработку основ тактики ЗРВ.

В исследованиях многих авторов определялся порядок расчета вероятного рубежа бомбардирования и потребного количества дивизионов для прикрытия объекта; раскрывались огневые возможности системы С-75 (отмечалось, что она может успешно вести борьбу с самолетами-снарядами типа «Снарк»    SM-62, «Матадор», «Регулс-1» и при условии сокращения времени подготовки к стрельбе — с «Регулс-2»); поднималась проблема борьбы с самолетом-снарядом типа «Раскал»; описывались виды маневра цели: маневр против управления и маневр против стрельбы (указывалось, что при совершении целью противоракетного маневра изменяется положение дальней границы зоны пуска); предлагался один из путей борьбы с маневрирующими целями — максимальное приближение рубежа окончания постановки задач дивизионам к их боевым порядкам (за счет сокращения времени подготовки к стрельбе).

В трудах отмечалось, что начиная с 1955 года авиация вероятного противника приступила к освоению малых высот, в связи с чем делался вывод о необходимости в ЗРВ наличия подразделений, оснащенных маловысотными ЗРК, а также автоматизированной системой управления, способной управлять ЗРК различного типа. Нашли в них свое отражение и вопросы взаимодействия с истребительной авиацией с раскрытием способов взаимодействия: по зонам и в одной зоне, по высотам, направлениям (секторам) и целям.

Для обеспечения учебного процесса в Военной командной академии ПВО в качестве учебника в 1959 году вышло учебное пособие под общей редакцией генерал-полковника П.Г. Шафранова «Основы боевого применения ракетной зенитной артиллерии. Часть 1. Боевое применение ракетной зенитной артиллерии Войск ПВО страны» (Калинин: ВКА ПВО, 1959 г.), в котором раскрывались вопросы боевого применения подразделений и частей, оснащенных ЗРК С-75. В пособии использовались материалы статей, опубликованных в трудах академии в 1958 году.

Большой вклад в формирование основных положений тактики ЗРВ внесли специалисты Научно-исследовательского института Войск ПВО страны. В работах его сотрудников излагались принципы боевого применения активных средств ПВО, к которым в первую очередь следует отнести ЗРВ и которые поочередно применялись на различных этапах развертывания боевых порядков группировок ЗРВ в нашей стране. Вначале создавались сильные группировки для прикрытия важнейших объектов. Затем были созданы зенитные ракетные заслоны для разгрома основных сил воздушного противника, а задачей оставшихся на обороне объектов сил и средства ЗРВ стало уничтожение прорвавшихся отдельных самолетов и мелких групп авиации противника. В последующем одну часть сил и средств ЗРВ использовали для создания мощных группировок в приграничных (приморских) районах, а другую — для формирования эшелонированных по глубине полос обороны с целью непрерывного воздействия и поражения отдельных самолетов и мелких групп авиации противника и прикрытия наиболее важных объектов. В труде также были раскрыты способы группирования, сущность понятий «устойчивость от огневого подавления» (живучесть), «рубеж выполнения задачи».

Таким образом, на этапе становления зенитных ракетных войск были разработаны основные положения их тактики. Состояние тактики ЗРВ того времени очень точно отражено в статье генерал-майора артиллерии Н.Ф. Михайлова: «Боевое применение зенитных реактивных войск еще не имеет разработанной стройной теории, которая основывалась бы на боевом опыте и на опыте учений». По мере накопления опыта в построении боевых порядков зенитных ракетных частей и соединений, в проведении учений и боевых стрельб выкристаллизовывалась тактика ЗРВ.

 

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1 Архив Главного штаба ВВС (АГШ ВВС). Ф. 11. Оп. 1704. Д. 4. Л. 109.

2 Боевой устав зенитной артиллерии Сухопутных войск. М.: Воениздат, 1953.

3 Центральный архив Министерства обороны Российской Федерации (ЦАМО РФ). Ф. 72. Оп. 754864. Д. 3. Л. 36; см. также: Муравьев А.Ю. О неуправляемых зенитных ракетах. Калинин: Изд. ВКА ПВО, 1990; Противовоздушная оборона страны (1914—1995 гг.). Военно-исторический очерк. М.: Изд. МО РФ, 1998.

4 См.: Академические труды. Сб. 4. Калинин: Изд. ВКА ПВО, 1958.

5 См.: Сафронов А. Стратегическая авиация США // Военный зарубежник. 1960. № 3.

6 См.: Противовоздушная оборона страны (1914—1995 гг.). Военно-исторический очерк. М.: Изд. МО РФ, 1998.

7 АГШ ВВС. Ф. 11. Оп. 1654. Д. 14. Л. 7.

8 Там же. Л. 2, 6.

9 См.: Временные правила стрельбы зенитными управляемыми ракетами В-300. Система С-25. М.: Воениздат, 1956.

10 АГШ ВВС. Ф. 11. Оп. 1835. Д. 1. Л. 150, 151.

11 См.: Противовоздушная оборона страны (1914—1995 гг.).

12 Материалы ВНК «Уроки и выводы Великой Отечественной войны». Калинин: Изд. ВКА ПВО, 1990.

13 АГШ ВВС. Ф. 11. Оп. 1704. Д. 5. Л. 141.

Ризаев Надир Сражидинович— старший преподаватель, полковник;

Муравьев Анатолий Юрьевич— доцент, полковник запаса, кандидат военных наук.