Троицк на Таган-Роге — крепость Петра Великого

image_pdfimage_print

Аннотация. В статье на основе исторических источников и архивных материалов исследуются подробности строительства крепостей на южных границах России в XVII веке.

Summary. On the basis of historical sources and archival materials the article studies the details of building fortresses on the southern borders of Russia in the XVII century.

Из истории фортификации

Павленко Игорь Евгеньевич — председатель некоммерческого фонда «Таганрог исторический», кандидат технических наук.

(г. Таганрог. E-mail: repack_ufo@repack.ru)

 

Tроицк на Таган-Роге — крепость Петра Великого

 

Очередную рукопись для «Военно-исторического журнала» И.Е. Павленко сопроводил короткой, но содержательной информацией. Из неё нашим читателям станет ясно, что для автора статьи, как и для его земляков таганрогцев, более важными, чем исследовательская работа, являются практические дела.

«Ранее в № 9 вашего журнала за 2010 год, — сообщает И.Е. Павленко, — вы опубликовали мою статью “Положение мирных договоров утверждалось силой”. Как дополнительную информацию сообщаю вам, что возглавляемый мною некоммерческий фонд “Таганрог Исторический” изготовил и установил на Пушкинской набережной Таганрога памятник “Адмиралам, офицерам, морякам Азовской флотилии, создателям первой военно-морской базы России — Таганрога”. На очереди — два новых больших проекта: установка стел, обозначающих внешний обвод бастионов Троицкой крепости — на улицах города; установка стел на местах вспомогательных Петровских крепостей (Семёновской, Павловской, Черепахинской) — на Миусском (Таганрогском) полуострове.

Все работы выполняются при участии и на пожертвования таганрожцев».

Открытие памятника

Открытие памятника

Защита южных границ от постоянной агрессии со стороны Крымского ханства и его покровителя — Оттоманской империи являлась важнейшей задачей России в XV—XVIII вв. Основой же экономики «турецкого сателлита» на протяжении многих лет оставалась продажа пленных, которые захватывались во время ежегодных набегов на соседей. Полон гнали на невольничьи рынки, расположенные в приморских городах с турецкими гарнизонами: Азов, Кафу, Темрюк, Анапу. Далее уже морем рабов везли в Турцию. Эта жестокая система действовала несколько столетий, терзая и обескровливая народы России, Украины, Польши, Кавказа и др. Для русских главной «занозой» был Азов — турецкий город-крепость в 12 км от устья Дона. Здесь удивительным примером бесстрашия, воинской доблести и силы стало существование на прибрежных равнинах «православной казачьей республики». В 1637 году донцы с помощью запорожцев совершили беспримерный подвиг — захватили Азов и удерживали его до 1642 года. Их отчаянное обращение к царю Михаилу Фёдоровичу «взять Азов под свою руку» не дало результата — в то время Россия не имела достаточно сил для подобного шага. Однако уже со второй половины XVII века Россия предпринимала попытки закрепиться в этих местах, чтобы, с одной стороны, перехватывать подвозившиеся к крепости морем припасы и турецкие подкрепления, а с другой — освобождать угонявшихся в рабство людей. В 1673 году с этой целью на юг откомандировали мичмана Михаила Самарянина1. На реке Миус, примерно в 30 км от Азовского моря, с помощью донских казаков в качестве опорного пункта возвели земляное укрепление. В Москве такое решение признали неверным и потребовали заложить крепость у самого устья Миусского лимана, а вдоль его восточного берега расселить казаков. Реализовать задуманное поручили князю Хованскому с воинским отрядом, который, однако, натолкнулся на решительное сопротивление казаков. Они соглашались служить царю за хлебное жалованье и боеприпасы, но крепость, контролирующая выход в море, принципиально ограничивала бы действия «вольных людей». Здесь интересы государства-патрона и донской вольницы не совпадали.

Походы на Крым князя Василия Голицина с многотысячным войском в 1687 и 1689 гг. не достигли поставленной цели. В 1687 году татары не допустили русских к Перекопу, поджигая на их пути степь. В 1689-м русские к Перекопу вышли, но из-за недостатка воды отказались от штурма и вернулись в Москву. Пришедший к власти в 1696 году молодой царь Пётр I избрал другую стратегию: захватить сам Азов и создать на море укреплённую гавань и военный флот для оперативных действий по турецко-крымским невольничьим портам. Первый Азовский поход Петра (1695 г.) также не дал результата. Но именно в этой неудаче проявились в полной мере железная воля и государственный ум царя. Год спустя построенный за зиму галерный флот спустился по Дону и пресёк снабжение крепости водным путём. Перед лицом штурма Азов сдался, и Россия встала на море «твёрдо и грозно». Уже в 1700 году был подписан Константинопольский договор, по которому Турция признавала за Россией права на Азов и прилегающие земли, давала гарантию на прекращение татарских набегов и отмену выплаты хану ежегодной «дачи» (дани). Смириться с такими громадными военными, экономическими и политическими потерями турок заставили результаты развёрнутого русскими на завоёванных землях грандиозного военного строительства. Восстановленная и вооружённая новыми хозяевами Азовская крепость надёжно закрыла туркам доступ в устье Дона. А главное — Россия создала военный флот, построила для него морскую гавань на мысе Таган-Рог, а также систему укреплений на Миусском (Таганрогском) полуострове. Начало Миусского лимана контролировала Павловская крепость, от которой в сторону моря проложили вал высотой 3 метра со рвом. Эта линия общей длиной около 8 км оканчивалась Черепахинским укреплением, расположенным у впадения в море речки Большая Черепаха. Устье Миусского лимана контролировала Семёновская крепость2. Все эти укрепления прикрывали со стороны материка дальние подступы к военно-морской гавани на оконечности обрывистого мыса Таган-Рог. А ключевым фортификационным сооружением стала примыкавшая к гавани крепость Святой Троицы. К сожалению, планы петровского времени не сохранились, но имеется качественный план города Таганрога с контурами крепости и гавани 1808 года, которого достаточно для понимания грандиозности решённой в начале XVIII века задачи. Анализируя документы тех лет, можно убедиться в мощи России и силе её народа, умноженных на многогранный, истинно государственный подход к делу, оперативность решения объёмных и сложных задач, удивительное упорство и прозорливость царя Петра, на то время совсем ещё молодого и малоопытного человека.

Строительство укреплений началось 20 декабря 1700 года. Воевода Григорий Титов и дьяк Ермила Никитин приняли по описи «у стольника и воеводы Егорья Ивановича Янова новопостроенный город Троецкой  и городовые ключи от троих ворот, что на Таган Роге и с городами, кои… ведомы к тому Троецкому: город Павловский, город Миюс…»3. Их, по всей видимости, удовлетворила обеспеченность гарнизона (на 1 декабря 1700 г.) продуктами длительного хранения, что зафиксировано в документе, в частности, «муки ржаной, круп овсяных, толокна, овса…». Кроме того, ценные сведения можно извлечь из различных письменных подтверждений (книги приходные и расходные денежной казне и хлебным запасам, росписи беглецам и умершим солдатам и работным людям, указы и выписки о даче денежного жалованья и др.). В них указано также, что «город Троецкой построен в малой черте… А новый большой земляной город Троецкой нынешнего 1700 года ноября по 3 число у инженера Крестьяна Руэля не доделан». Подробно перечислены установленные на укреплениях пушки и количество ядер к ним. Описаны служебные и складские постройки с детализацией мер безопасности хранения: «…У ледников и погребов и у хором и у хлебных сараев двенадцать замков, да к хоромам и к амбарам и к хлебным амбарам и к погребам и к ледникам исподеланы чепи закладные и пробои и клюки большие и малые…». Имелось в наличии большое количество строительного инструмента: «лопаты железные, кирки и мотыги, ломы, пешни, точила, наковальни» и др.

Для руководства строительством крепостей и гавани с самого начала привлекались европейские специалисты. 7 августа 1696 года Пётр писал римскому императору Леопольду: «А за прислание пушечного полковника Казимера Краге и двух инженеров Лаваля и Бургшторфа со иными подкопщиками и минмастерами… благодарствуем»4.

Эрнст Фридрих Боргсдорф заслужил у Петра высокое доверие и, даже покинув Троицк в 1700 году, продолжал в письмах давать дельные советы по строительству крепости. А работа полковника Де Лаваля была оценена как негодная. В конце 1698 года он был арестован и под караулом отправлен в Москву. Его дальнейшая судьба неизвестна5. Вместо него руководство крепостным строительством поручили подполковнику-инженеру Руэлю, а после его смерти — инженеру Иоганну Георгу Регозину. Понимая меру своей ответственности, он 2 июля 1701 года подал подробный письменный анализ состояния произведённых работ и, ссылаясь на отсутствие необходимой квалификации, чертежей и ошибки Руэля, заявил: «…не могу я на себя взять строить… також не умея языка и не могу людям показать и они моей милости не разумеют…»6.  <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1 Сухоруков В. Историческое описание Земли Войска Донского // Дон. 1990. № 1. С. 130.

2 См.: Ригельман А.И. Ростов на Дону 150 лет назад. Издание Ростовского на Дону Общества Истории и Древностей. Типография Товарищества на вере «Ашхатанк». 1918.

3 Центральный государственный архив Военно-морского флота (ЦГА ВМФ). Ф. 177. Д. 7. 1698—1701 гг. Л. 1103—1119.

4 Письма императора Петра Великого: В 13 т. Вып. 2. М.: Изд-во АН СССР, 1951. (К Римскому императору Леопольду. 7 августа 1696 г.).

5 Елагин С.И. История Русского флота. Период Азовский. Санкт Петербург: Типография комиссионера Императорской Академии художеств Гогенфельдена и Кº, 1864. С. 104, 105.

6 ЦГА ВМФ. Ф. 177. Д. 14. Л. 559.