Социально-экономические реформы в британской армии накануне Второй мировой войны

image_pdfimage_print

Аннотация. Автор анализирует реформы военного министра Л. Хор-Белиша, направленные на сохранение комплектования британской армии на добровольной основе и повышение престижа армейской службы.

Summary. The author analyzes the reforms of War Minister L. Hore-Belisha to preserve manning the British Army on a voluntary basis and to increase the prestige of military service.

В ЗАРУБЕЖНЫХ АРМИЯХ

 

РАЖЕВ Александр Викторович — заместитель декана по научно-методической работе факультета социокультурной деятельности Южно-Уральского государственного института искусств имени П.И. Чайковского

(г. Челябинск. E-mail: guibert@mail.ru)

 

СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЕ РЕФОРМЫ В БРИТАНСКОЙ АРМИИ НАКАНУНЕ ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ

 

«Армия даёт возможность хорошо провести время, обещает светлое будущее, а кроме того, удовлетворение от исполнения своего долга перед страной», — с такими словами британский военный министр А. Дафф Купер обращался к соотечественникам в выпусках кинохроники, пытаясь привлечь добровольцев в ряды армии1. Но пропаганда, не поддержанная социально-экономическими мерами, не давала результата. Сохранялся прежний социальный состав сухопутных сил. Как отмечал известный военный теоретик и журналист газеты «Таймс» Б. Лиддел-Гарт, «добровольцами в основном являются представители бедных слоёв населения, в то время как офицерский состав преимущественно держится за свой аристократизм, хотя и подорванный Первой мировой»2.

В результате изменения социальной ситуации в Великобритании в межвоенный период служба в сухопутных войсках в глазах британцев перестала быть «одним из немногих занятий, достойных джентльмена», уступив место традиционной морской службе и новому роду войск — авиации, превратилась в «последнее прибежище отчаявшихся»3. Один из офицеров территориальной армии говорил Б. Лиддел-Гарту, что это закономерно «для нынешней молодёжи, чьими отцами были пехотинцы Великой войны»4. Патриотическая пропаганда оказалась бессильной перед пацифистскими настроениями в обществе.

Попытки Даффа Купера найти решение этой проблемы наталкивались на скепсис казначейства, не желавшего дополнительных расходов на армию. Предлагаемые меры сводились к решениям конца XIX столетия: снижение требований к кандидатам, сокращение набора. Кроме того, политики ожидали «вербовки из-за голода»5. Но эти меры в апреле—мае 1937 года дали незначительный результат, увеличив набор по сравнению с аналогичным периодом 1936 года лишь на 180 человек6.

Меры Даффа Купера, как видно из таблицы, отражающей численность и некомплект личного состава в сухопутных войсках, не принесли ожидаемого результата.

 

Таблица

Численность и некомплект личного состава в сухопутных войсках Великобритании на 1 июня 1936 и 1937 гг., 1 февраля 1938 года

Дата

Год

Офицеры

Рядовые

ИТОГО

Налицо

Некомп.

Налицо

Некомп.

Налицо

Некомп.

Регулярная армия

1.06

1936

12 664

552

195 711

11 306

208 375

11 858

1937

13 285

1074

204 849

23 760

218 134

24 834

1.02

1938

12 595

731

186 502

18 271

199 097

19 002

Территориальная армия

1.06

1936

9572

2120

172 720

43 493

182 292

45 613

1937

10 237

1594

191 202

46 641

201 439

48 235

1.02

1938

9104

1133

203 899

39 618

213 003

40 751

 

Составлено по: Parliamentary Debates (House of Commons). 5th ser. Vol. 325. Col. 380—381. 16 June 1937. Vol. 336. Col. 1006—7. 24 May 1938.

 

«Вербовочная кампания, — отметил возглавлявший Восточное командование (один из военных округов Великобритании) генерал Э. Айронсайд в мае 1937 года, — фактически провалилась»7. К лету некомплект личного состава в территориальной армии достиг 48 235 человек, в регулярной — за год вырос более чем в 2 раза, составив 24 834 человека. В частях не хватало офицеров и современного вооружения.

Айронсайд связывал сложившуюся ситуацию с отсутствием в кабинете министров чётких взглядов на стратегию, определявшую организацию сухопутных сил8. Улучшить ситуацию можно было двумя способами: ввести воинскую обязанность или сохранить профессиональную армию, проведя кардинальные социально-экономические преобразования, повысив престиж армейской службы.

Назначенный в мае 1937 года военным министром Л. Хор-Белиша столкнулся с социальными проблемами армии, похожими на те, которые возникли в последней трети XIX века. Тогда после сокращения срока действительной службы до шести лет военному министерству потребовалось создать значительный обученный резерв. Военный министр Э. Кардвелл определил потребность армии в добровольцах в 32 тыс. человек против прежних 8—10 тыс., но эти цифры оказались недостижимы. Впервые проявился социальный фактор промышленной революции, лишивший армию прежней социальной базы. Отрицательно сказалась и отмена пенсий по выслуге лет. Солдатское жалованье, незначительно выросшее в 1866—1892 гг., равнялось средней зарплате неквалифицированного сельскохозяйственного работника и было ниже средней в промышленности9. Попытки решить проблему гуманизацией условий службы (смягчение наказания за дезертирство, отмена телесных наказаний) не дали должного эффекта, так как главной причиной непривлекательности службы оставалась экономическая. Удалось выйти из положения лишь за счёт снижения физических стандартов для новобранцев.

Проблема привлекательности службы не была решена. В 1920—1930-х годах она носила ярко выраженный социально-экономический характер. В результате социально-политических и экономических реформ британское общество переживало глубинную трансформацию: демократизацию, вовлечение в социально-политическую жизнь широких слоёв населения, культурное и мировоззренческое обновление. В то время появились признаки самоизоляции армии, возвращения этого «самого консервативного и могущественного профсоюза» к довоенным армейским порядкам. К тому же многие в консервативных военно-политических кругах считали, что граждан «должно привлекать не королевское золото, но чувство долга перед родиной и нацией».

Хор-Белиша продолжил курс, намеченный его предшественником, и попытался вникнуть в суть проблемы. Генерал-адъютант Г. Нокс (глава одного из центральных департаментов военного министерства) указывал на такие негативные факторы, как слабое финансирование социальных программ, вербовочных кампаний, муштра и жёсткость дисциплины, сложность трудоустройства после увольнения со службы, условия быта, служба в заморских гарнизонах, апатия в обществе, слабая информированность граждан о возможностях, предоставляемых армией, неудовлетворительное физическое состояние молодёжи10.

Хор-Белиша запрашивал мнения командиров и начальников в регулярной и территориальной армиях, посещал гарнизоны, беседовал с офицерами и солдатами, знакомился с условиями их жизни и службы, встречался с руководителями учреждений образования, стремясь увеличить приток выпускников школ на военную службу11. Он заявил членам военного совета: «Мы должны понять, что привлекает человека в армию, а затем развить эти преимущества… Мы должны дать возможность сделать в армии карьеру, и не только в качестве офицера. Карьеру, которая будет обеспечивать достойное пенсионное страхование»12.

Новый подход проявился в пересмотре социальной базы пополнения армии. До лета 1937 года проблему пытались решать в основном за счёт безработных, на которых была направлена пропаганда, но они составляли небольшую часть пополнения13. Газеты отмечали, что Хор-Белиша «потребовал от военных подробного отчёта, выразив намерение запустить вербовочную кампанию в общенациональном масштабе» на иных принципах14.

10 августа на заседании военного совета, куда впервые была приглашена пресса, Хор-Белиша огласил план своей первой реформы на посту военного министра. Она заключалась в предоставлении возможностей: военнослужащим продлевать контракт по истечении 7-летнего срока действительной службы; резервистам возвращаться на действительную службу после пяти лет пребывания в запасе; получать право на пенсию по выслуге лет после 21 года службы.

Министр напомнил: «После увольнения из армии военнослужащему приходилось делать запоздалый, а потому неудачный, старт в гражданской жизни, зачастую пополняя ряды безработных». Теперь он мог быть уверен в своём будущем, получив возможность в 40 лет выйти на пенсию15. «В результате реформа даёт больше уверенности не только для военнослужащих, но и для их семей»16. Возможность обзаведения семьями для них становилась более реальной. Из этого исходили в министерстве, запуская вербовочную кампанию, основанную на психологическом эксперименте, суть которого: «Карьера на всю жизнь, которая должна сделать армейскую службу привлекательной для солдат, а солдат для девушек, каждая из которых мечтает о семье и обеспеченном будущем»17. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1 Hull C. The Crisis in British Army Recruiting in the 1930s // Journal of the Canadian Historical Association 1994. Vol. 5. № 1. P. 126.

2 Liddell Hart. B. Europe in arms. London, 1937. Р. 53.

3 The West Australian. 1937. August, 12. P. 18.

4 Hull C. Op. cit. P. 134.

5 Ibid. P. 128.

6 Public Record Office. War Office (PRO. WO). 32/4248. Vol. 56. L. 365, 366. C.С. 38(37)12. Minite 1. AG to SofS. 30 June 1937. 79/MOB/1615.

7 Macleod R., Kelly D. (eds.) The Ironside diaries, 1937—1940. London: Constable, 1962. P. 23.

8 Ibid. P. 25

9 Bond B. Recruiting the Victorian Army 1870—92 // Victorian Studies. Vol. 5. № 4 (June, 1962). P. 333.

10 Hull C. Op. cit. P. 130.

11 Kalgoorlie Miner. 1937. July, 26. P. 5.

12 The Private Papers of Hore-Belisha / Ed. by R.J. Minney. London, 1960. Р. 40.

13 Hull C. Op. cit. P. 129.

14 Kalgoorlie Miner. 1937. July, 26. P. 5.

15 The West Australian. 1937. August, 12. P. 19.

16 Examiner. 1937. August, 12. P. 9.

17 The Advertiser. 1937. August, 12. P. 17.