«Неизвестная война»: англо-американская историография Восточного (русского) фронта Первой мировой войны

image_pdfimage_print

Аннотация. В статье рассматривается англо-американская историография участия России и её вооружённых сил в Первой мировой войне. Раскрывается роль этой историографии в изучении опыта войны 1914—1918 гг., основные тенденции развития, проблемы и достижения.

Summary. The article deals with the Anglo-American historiography of Russia and its Armed Forces’ participation in the First World War. Is covered the role of historiography in studying the experience of the war of 1914-1918. The main development trends, problems and achievements.

ИСТОРИОГРАФИЯ И ИСТОЧНИКОВЕДЕНИЕ

 

АЛПЕЕВ Олег Евгеньевич — научный сотрудник 1-го управления Научно-исследовательского института (военной истории) Военной академии Генерального штаба ВС РФ

(Москва. E-mail: oalpeev@yandex.ru)

КОЗЛОВ Денис Юрьевич — заместитель начальника Научно-исследовательского института (военной истории) Военной академии Генерального штаба ВС РФ, вице-президент Российской ассоциации историков Первой мировой войны, капитан 1 ранга, кандидат исторических наук

(Москва. E-mail: kozloff_d@mail.ru)

 

«НЕИЗВЕСТНАЯ ВОЙНА»: АНГЛО-АМЕРИКАНСКАЯ ИСТОРИОГРАФИ ВОСТОЧНОГО (РУССКОГО) ФРОНТА ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ

 

Долгое время британские и американские учёные не проявляли акцентированного интереса к исследованию событий на Восточном (русском) фронте Первой мировой войны, что, очевидно, объяснялось общей недооценкой в англосаксонских странах роли России в этой войне. В британской официальной «Истории Великой войны» операции русских войск рассматривались только в контексте совместных с англичанами действий. Так, в томе, посвящённом военной кампании в Персии, достаточно подробно описываются и анализируются действия русского экспедиционного корпуса Н.Н. Баратова1.

Участие русских войск в боях с германцами и австрийцами англо-американскими историками оценивалось, как правило, весьма тенденциозно. Особенно это характерно для трудов, вышедших в первые десятилетия после окончания Первой мировой войны. Так, например, в книге известного британского военного теоретика и историка Б. Лиддел Гарта действия русского командования изображались как шаблонные и крайне некомпетентные2. Единственным трудом, в котором вклад России в победу союзников оценивался по достоинству, продолжительное время оставалась публицистическая книга У. Черчилля «Неизвестная война: Восточный фронт», созданная, по признанию самого автора, для того, чтобы воздать должное бывшему союзнику и познакомить читателя с событиями на незнакомом ему театре военных действий3. В другой своей известной работе — «Мировой кризис» — Черчилль признавал, что самоотверженность русских войск в августе—сентябре 1914 года сыграла решающую роль в остановке германского наступления во Франции: «Следует отдать должное царю и русскому народу за благородное рвение и верность союзническому долгу, с которыми они ринулись в бой. Эгоистическое решение военных проблем должно было привести к немедленному отступлению русских армий до окончания полной мобилизации необъятной страны. Вместо этого они, не завершив мобилизацию, перешли в стремительное наступление не только против Австрии, но и против Германии. Цвету русской армии вскоре суждено будет погибнуть в ходе грандиозных и ужасающих битв в Восточной Пруссии. Однако самопожертвование русских оказало влияние на решающую битву на Западном фронте — нервы германской штаб-квартиры не выдержали»4.

Ситуация изменилась в 1975 году с выходом исследования британского историка Н. Стоуна «Восточный фронт, 1914—1917»5. Эта работа выделяется как крупный обобщающий труд англо-американской историографии об участии России в войне. Главным достоинством этой книги, написанной исключительно на основе опубликованных источников, является то, что её автор рассмотрел боевые действия на Восточном фронте в тесной взаимосвязи с социально-политическими и экономическими процессами, происходившими в России в 1914—1917 гг. Имеет место своеобразие авторского подхода: например, состояние вооружённых сил Российской империи накануне Первой мировой войны Стоун анализирует через призму противостояния «патрициев» и «преторианцев» — сторонников влиятельных партий главнокомандующего войсками гвардии и Петербургского военного округа великого князя Николая Николаевича и военного министра В.А. Сухомлинова, оказывавших существенное влияние на военную политику государства. При этом высказывается мнение, что неудачи русской армии в 1915 году объяснялись не столько нехваткой боеприпасов, тяжёлой артиллерии и другого вооружения и военной техники, сколько слабой подготовкой и плохой организацией войск. К крушению империи и к Октябрьской революции, полагает Стоун, привела именно неспособность военно-политического руководства России управлять страной и вооруженными силами в экстремальных условиях современной войны.

Труд Б. Лиддел Гарта  «Война 1914–1918, какой она  была в действительности»  (1935 г.; в русском переводе —  «Правда о войне 1914–1918 гг.»)

Труд Б. Лиддел Гарта
«Война 1914–1918, какой она
была в действительности»
(1935 г.; в русском переводе —
«Правда о войне 1914–1918 гг.»)

С последней четверти ХХ века наблюдается рост интереса англо-американских и канадских исследователей к истории участия Российской империи в Первой мировой войне. Основной тенденцией развития современной англоязычной литературы является резкое преобладание исследований по социально-политической и экономической истории над работами, посвящёнными собственно военным действиям. К первым относятся исследования Л. Сигельбаума6, П. Гатрелла7 и Д.С. Рилэйджа8 по истории военной экономики и социального развития России во время войны, работы П. Холквиста9, Э. Лора10 и Дж.Э. Сэнборна11 по истории национальной политики, мобилизации населения, репрессивных и депортационных практик по отношению к «неблагонадёжным» национальностям и социальным группам. Мало изученную проблематику беженства в 1914—1917 гг. впервые исследовал уже упоминавшийся П. Гатрелл12. Скандально известному делу жандармского полковника С.Н. Мясоедова и военного министра В.А. Сухомлинова, обвинённых в государственной измене, посвящена книга У.С. Фуллера-младшего «Внутренний враг: шпиономания и закат императорской России»13. В работе Л.C. Штофа исследуется гендерная тематика — участие женщинах-военнослужащих русской армии в событиях Первой мировой войны и революциях 1917 года14.

Другой темой, традиционно пользующейся повышенным интересом среди англо-американских и канадских исследователей, является внешнеполитическая история России. В центре их внимания — проблема места и роли в процессе развязывания Первой мировой войны. Литература по этому вопросу весьма обширна, поэтому обозначим только магистральные направления её развития.

Во-первых, обосновывается тезис о том, что русское правительство стало непосредственным виновником эскалации локального конфликта на Балканах, начав 18(31) июля 1914 года всеобщую мобилизацию в ответ на частную мобилизацию австро-венгерской армии для войны против Сербии. Наиболее известным и авторитетным выразителем этой точки зрения в англоязычной литературе считался С. Фэй15, современным апологетом этого направления является Ш. Мак-Микин16. В противоположность этому отрицает вину Российской империи потомок русских эмигрантов Д. Ливен, убедительно продемонстрировавший беспочвенность подобных обвинений17. В ставшей классической работе «Россия и происхождение Первой мировой войны» он пишет: «Насколько важной являлась общая мобилизация русской армии, начатая 31 июля? На первый взгляд, она может считаться решающим фактором, так как за русской мобилизацией последовала германская, и через два дня разразилась война. Однако даже если бы Россия не объявила мобилизации, возникают сомнения в том, что после 30 июля войны можно было бы избежать (что отмечали русские дипломаты), так как Австрия и Германия зашли слишком далеко, чтобы уступить без серьёзного ущерба для своего престижа и стабильности Тройственного союза […] Изучение Июльского кризиса в контексте действий российского руководства на самом деле подтверждает господствующую ныне точку зрения, что вся ответственность за непосредственное развязывание войны однозначно ложится на германское правительство»18.

С проблемой возникновении Первой мировой войны тесно связан вопрос о стратегическом планировании в русском Генеральном штабе в конце XIX — начале XX века. Среди трудов, где рассматриваются вопросы подготовки Генштабом России планов войны, следует выделить книги Дж. Снайдера19 и У.С. Фуллера-младшего20. Финский историк П. Лунтинен посвятил отдельную монографию, вышедшую на английском языке, только одному, но очень важному аспекту стратегического планирования — проблеме взаимодействия между генеральными штабами России и Франции21. В 1998 году вышла книга американского исследователя Д.А. Рича «Царские полковники. Профессионализм, стратегия и упадок императорской России»22, в которой впервые рассматривается генезис русского стратегического планирования во второй половине XIX века. Автор проанализировал возникновение и совершенствование практики составления мобилизационных расписаний в пореформенной России, изучил структуру органов, ответственных за подготовку планов войны, рассмотрел механизмы их взаимодействия.

Значительный вклад в изучение подготовки России к Первой мировой войне вносит американский историк Б.У. Меннинг. В статье «Фрагменты одной загадки: Ю.Н. Данилов и М.В. Алексеев в русском военном планировании в период, предшествующий Первой мировой войне» он изучил вклад этих незаурядных деятелей в создание стратегического плана 1912 года23. Меннинг убедительно доказал, что причины, приведшие к рождению компромиссной концепции наступления на двух стратегических направлениях, гораздо более сложны, нежели считалось ранее. Истоки этого плана историк рассмотрел в своей следующей работе — «Возрождённое наступление. Подготовка России к будущей войне, 1906—1914 гг.»24. Проблеме ответственности русского Генерального штаба за неудачи первых недель мировой войны Меннинг посвятил статью «Военное планирование и первые операции на Русском фронте», которую можно признать лучшей обобщающей работой по истории стратегического планирования в России на рубеже XIX и XX столетий25.  <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Репринтное издание этого тома см.: [History of the Great War based on Official Documents.] Operations in Persia 1914—1919. Facsimile Ed. with Introduction by Dr. G.M. Bayliss. London, 1987.

2 Liddell Hart B.H. The Real War 1914—1918. London, 1930. Рус. пер.: Лиддел Гарт Б.Х. Правда о войне 1914—1918 гг. М., 1935.

3 Churchill W.S. The Unknown War: The Eastern Front. London, 1931.

4 Churchill W.S . The World Crisis 1911—1918. London, 1942. P. 160, 161.

5 Stone N. The Eastern Front 1914—1917. London, 1975; 2nd Ed., 1998; 3rd Ed., 2004.

6 Siegelbaum L.H. The Politics of Industrial Mobilization in Russia, 1914—1917. London, 1983.

7 Gatrell P. Russia’s First World War: A Social and Economic History. Edinburgh Gate, Harlow,  2005.

8 Rielage D.C. Russian Supply Efforts in America During the First World War. London, 2002.

9 Holquist P. Making War, Forging Revolution: Russia’s Continuum of Crisis, 1914—1921. Cambridge (MA), 2002.

10 Lohr E. Nationalizing the Russian Empire: The Campaign against Enemy Aliens during World War I. Cambridge (MA), 2003. Рус. пер.: Лор Э. Русский национализм и Российская империя: кампания против «вражеских подданных» в годы Первой мировой войны. М., 2012.

11 Sanborn J.A. Drafting the Russian Nation: Military Conscription, Total War, and Mass Politics, 1905—1925. DeKalb, 2003.

12 Gatrell P.A Whole Empire Walking: Refugees in Russia during WorldWarI.Bloomington; Indianapolis, 1999.

13 Fuller W.C., Jr. The Foe Within: Fantasies of Treason and the End of the Imperial Russia. Ithaca; London, 2006. Рус. пер.: Фуллер У. Внутренний враг: Шпиономания и закат императорской России. М., 2009.

14 Stoff L.S. They Fought for the Motherland: Russia’s Women’s Soldiers in World War I and the Revolution. Lawrence, 2006.

15 Fay S.B. The Origins of the World War. New York, 1948. Vol. 1—2.

16 McMeekin S. The Russian Origins of the First World War. Cambridge (MA), 2011.

17 Lieven D.C.B. Russia and the Origins of the First World War. London, 1983.

18 Ibid. P. 150, 151.

19 Snyder J. The Ideology of the Offensive: Military Decision Making and the Disasters of 1914. Ithaca; London, 1984. P. 165—198.

20 Fuller W.C., Jr. Strategy and Power in Russia, 1600—1914. New York, 1992. P. 340—451.

21 Luntinen P. French Information on the Russian War Plans 1880—1914. Helsinki, 1984.

22 Rich D.A. The Tsar’s Colonels: Professionalism, Strategy, and Subversion in Late Imperial Russia. Cambridge (MA); London, 1998.

23 Menning B.W. Pieces of the Puzzle: The Role of Iu. N. Danilov and M.V. Alekseev in Russian War Planning before 1914 // International Historical Review. Vol. 25. № 4. (December 2003). P. 775—798. Рус. пер.: Меннинг Б. Фрагменты одной загадки: Ю.Н. Данилов и М.В. Алексеев в русском военном планировании в период, предшествующий Первой мировой войне // Последняя война императорской России: Сб. ст. / Под ред. О.Р. Айрапетова. М., 2002. С. 65—91.

24 Menning B.W. The Offensive Revisited: Russian Preparation for Future War, 1906—1914 // Reforming the Tsar’s Army: Military Innovation in Imperial Russia from Peter the Great to the Revolution / ed. by D. Schimmelpennick van der Oye and B.W. Menning. Cambridge, 2004. P. 215—231.

25 Menning B.W. War Planning and Initial Operations in the Russian Context // War Planning 1914 / ed. by R.F. Hamilton and H.H. Herwig. Cambridge, 2010. P. 80—142.