Историко-исследовательская деятельность генерал-лейтенанта И.Д. Попко

image_pdfimage_print

Аннотация. В статье на основе материалов личного архива генерала Кубанского казачьего войска И.Д. Попко представлены его жизнь и творческое наследие, прежде всего — работа по написанию истории кавказского казачества.

Summary. The article on the basis of the personal archives of the Kuban Cossack Army General I.D. Popko presents his life and artistic legacy, especially — his work on writing the history of the Caucasian Cossacks.

ВОЕННАЯ ЛЕТОПИСЬ ОТЕЧЕСТВА

 

КОЛОСОВСКАЯ Татьяна Александровнадоцент кафедры истории России Гуманитарного института Северо-Кавказского федерального университета, кандидат исторических наук

(г. Ставрополь. E-mail: kolosowskay@yandex.ru)

 

«ПОКА АРХИВЫ НЕ СДЕЛАЛИСЬ ДОБЫЧЕЙ ПОЖАРА ИЛИ ТЛЕНИЯ»

Историко-исследовательская деятельност генерал-лейтенанта И.Д. Попко

 

Генерал-лейтенант Иван Диомидович Попко* (1819—1893) занимает достойное место в «пантеоне» известных северокавказских деятелей. Однако, несмотря на обширную литературу о нём1, некоторые моменты его биографии до сих пор остаются малоизвестными. В этом отношении особый интерес представляют последние годы жизни генерала, связанные с его работой над историей Терского казачьего войска. Исследовать этот сюжет творческой деятельности И.Д. Попко позволили материалы его личного архивного фонда2, представленные документами о служебной деятельности, частной перепиской и обрывками дневниковых записей, а также сохранившиеся воспоминания современников.

Родился Иван Диомидович 28 августа 1819 года в станице Тимашевской Кубанской области в семье приходского священника. С 6 лет мальчика отдали в духовное училище, а потом в ближайшую духовную семинарию г. Астрахани, где в то время обучались почти все дети кубанских священников. Однако наклонности к духовной деятельности у него не было. Он постоянно умолял отца разрешить ему пойти по военной стезе, но не находил понимания. Диомид Попко — тимашевский протоиерей и благочинный одного из церковных округов Черномории — отличался очень крутым и своенравным характером, ни перед кем не пасовал (например, подчинённых ему причётников в случае их провинности, не докладывая епископу, он наказывал сам: ссылал в степь пасти принадлежавший ему табун лошадей3). Иван вынужден был забыть о своих желаниях и по окончании семинарии, подчинившись воле отца, поступил в Московскую духовную академию.

В 1841 году в жизни нашего героя произошли существенные перемены. Он оставил духовное поприще и 1 июля поступил на службу рядовым казаком в 10-й конный полк родного для него Черноморского войска4. Каким образом Попко удалось уговорить отца, остаётся только догадываться, но с этого времени и до 1878 года жизненный путь Ивана Диомидовича был связан с военной и административной деятельностью в казачьих войсках русской армии.

И.Д. Попко

И.Д. Попко

В начале 1840-х годов служба казаков Черноморского войска не ограничивалась только охраной кордонной линии от частых набегов со стороны закубанских «хищников». В условиях Кавказской войны (1817—1864) совместно с регулярными войсками они принимали активное участие в военных экспедициях за р. Кубанью. В послужном списке Попко детально перечислены «походы и дела против неприятеля», участником которых он был: движение колонны от Ольгинского укрепления в Абинское под начальством генерал-лейтенанта Н.С. Заводовского (сентябрь 1841 г.); поход от Екатеринодара до крепости Анапа в составе сводного конного полка под командой войскового старшины Рашпиля (март 1842 г.); рекогносцировка окрестностей р. Гастогай под начальством генерал-адъютанта И.Р. Анрепа (апрель 1842 г.); экспедиция в землю натухайцев под начальством контр-адмирала Л.М. Серебрякова для сооружения двух укреплений на р. Гастогай и у Варениковой пристани (май 1842 г.); рекогносцировка в районе этой пристани и «дело с горцами» на хребте Сенетх (май 1842 г.); экспедиция отряда контр-адмирала Серебрякова в землю натухайцев до р. Псифа (сентябрь 1842 г.; за эту экспедицию, как и всем нижним чинам, Попко был пожалован один рубль серебром)5.

Перечисление всех экспедиций, участником которых был Попко, означало бы изложение общего хода войны на Северо-Западном Кавказе в 1840 — начале 1850-х годов. Не ставя перед собой такой цели, ограничимся указанием на постепенное продвижение Ивана Диомидовича по служебной лестнице, причём без протекций, а только благодаря личным усилиям и служебным отличиям. В 1845 году Попко был произведён в хорунжие, в 1846-м — в сотники, в 1850-м — в есаулы, в 1853-м — в войсковые старшины6.

Как человека грамотного и отличавшегося литературными способностями молодого человека привлекли для работы в войсковой канцелярии. В 1848 году его назначили письмоводителем Черноморского казачьего войска, а в 1851-м — адъютантом командующего войсками на Кавказской линии и в Черномории генерала Н.С. Заводовского7. Обладавший природным умом Попко пользовался безграничным доверием своего начальника. Однажды в разгулявшемся товарищеском кружке, кода зашла речь о находчивости Заводовского во всех важных и серьёзных случаях, один из знакомых командующего имел неосторожность заявить: «Да что Заводовский! Я знаю, что за него всем орудует Попка!»8 (в дальнейшем, правда, за своё «остроумие» незадачливый офицер чуть не лишился занимаемой должности).

Служба при войсковой канцелярии позволила Ивану Диомидовичу проявить свои недюжинные творческие способности. Он подготовил к посещению в 1850 году Кавказа наследником императорского престола цесаревичем Александром Николаевичем «Статистическое описание Черноморского войска». Этот труд был преподнесён цесаревичу, а его автор удостоен высочайшей награды — бриллиантового перстня9.

Осенью 1853 года Попко сопровождал своего генерала в военной экспедиции в земли «непокорных» шапсугов, оказавшейся последней для Н.С. Заводовского. После его смерти Иван Диомидович был отчислен от должности адъютанта, а в марте 1854 года по распоряжению начальства зачислен в состав корпуса, действовавшего на кавказско-турецкой границе10. Здесь в должности дежурного штаб-офицера ему довелось принять участие во всех сражениях периода Крымской войны (1853—1856).

Кавказский театр военных действий хотя и не имел решающего значения, тем не менее был свидетелем ряда значительных успехов русского оружия. Летом 1854-го русские войска под предводительством генерала В.О. Бебутова одержали блестящую победу над турецкой армией у аула Кюрюк-Дар. Участвовал в тех событиях и Попко, отразивший свои впечатления об этом в походном дневнике11.

Хотя в дневнике мы не найдём размышлений об исторических судьбах России и её армии, о целях и задачах войны, о собственной роли Попко в происходившем, но здесь много ярких и красочных зарисовок военной повседневности, иллюстрирующих характерное для автора представление о героизме русского солдата как последовательном выполнении своего служебного долга.

Там же автор размышляет о бренности человеческих потребностей, низменных страстях и хвастовстве: «Куда ни ступишь в лагерь, везде воняет хвастовство; везде слышишь толки про последнее сражение, всякий норовит высказать себя храбрецом, всякий врет, как сивый мерин. Немногие молчат, немногие говорят истину. Богатырей, взявших у неприятеля пушки, высказывается столько, что если свести их рассказы, то к цифре орудий, отбитых у турок, придется приставить ноль»12.

Судя по дневниковым записям, уже в то время Попко думал о проблеме сохранения исторической памяти о событиях, участником которых он являлся. После приезда в лагерь графа В.А. Сологуба, названного Иваном Диомидовичем «Ксенофонтом нашей войны», в дневнике появилась запись: «Я показывал ему поле битвы. Оно утопало в сумерках. Не так ли исчезнут в ночи забвения все наши победы и поражения?»13.

Стремление к собиранию материалов о недавнем прошлом отразилось и в первых публикациях Попко (под псевдонимом «Помандруйко») на страницах кавказских периодических изданий14. А в одном из писем в газету «Кавказ», критикуя в шутливой форме редакцию за использование слишком «давних» и «залежалых» исторических материалов, Попко заявил: «Чем тратить чернила и бумагу на воспроизведение этой вековой гнили, вы посвятили бы лучше вашу трудолюбивую любознательность на собирание более новых и свежих материалов для истории вашей отчизны»15.

В 1856 году, после завершения Крымской войны Попко был командирован во 2-й эскадрон лейб-гвардии Черноморского казачьего дивизиона в Петербурге, а в 1858-м назначен штаб-офицером для особых поручений при начальнике Главного управления иррегулярных войск с переводом в Черноморское войско подполковником16.   <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1 Фарфаровский С. Литературная деятельность И.Д. Попко // Труды Ставропольской учёной архивной комиссии. Ставрополь, 1910. Вып. 2. С. 1—14; Городецкий Б.М. Литературные и общественные деятели Северного Кавказа // Кубанский сборник на 1913 год. Екатеринодар, 1913. Т. 17. С. 333—396; Голобуцкий В.А. Черноморское казачество. Киев, 1956; Иван Диомидович Попко (К 150-летию со дня рождения) // Календарь памятных дат по Ставропольскому краю на 1969 г. Ставрополь, 1969. С 35—37; Памяти Ивана Диомидовича Попко: Материалы научно-практической конференции, посвящённой 100-летию со дня смерти историка. Краснодар, 1994; Несмачная С.И. Иван Диомидович Попко (К 180-летию со дня рождения) // Ставропольский хронограф на 2009 г. Краеведческий сборник. Ставрополь, 1999. С. 171—176; Памяти Ивана Диомидовича Попко: из исторического прошлого и духовного наследия северокавказского казачества. Краснодар, 2003; Чумаченко В.К. Генерал с душой поэта // Культурная жизнь Юга России. Краснодар, 2004. № 1. С. 3—8; Трёхбратов Б.А. Жизненный путь и творческое наследие Ивана Диомидовича Попко // Он же. Кубанские краеведы. Краснодар, 2005. С. 95—135; Прозрителев Г.Н. Памяти кавказского историка генерала Попко и судьба его архива // Опальные: Русские писатели открывают Кавказ. Антология: В 3 т. Ставрополь, 2011. Т. 3. С. 653—657.

2 Государственный архив Ставропольского края (ГА СК). Ф. 377. Иван Диомидович Попко, предводитель дворянства Ставропольской губернии, Кубанской и Терской областей. Оп. 1. 1807—1889 гг. 53 ед. хр.

3 Максимов И.П. К биографии Ивана Диомидовича Попки // Культурная жизнь Юга России. 2011. № 4(42). С. 128.

4 ГА СК. Ф. 52. Оп. 1. Д. 85. Л. 72.

5 Там же. Л. 83.

6 Там же. Л. 72, 73.

7 Там же. Л. 73.

8 Тимченко-Рубан И.Р. Из воспоминаний о прожитом // Исторический вестник. 1890. Т. 41. С. 305.

9 ГА СК. Ф. 52. Оп. 1. Д. 85. Л. 73.

10 Там же.

11 Походный дневник Попко неоднократно публиковался на страницах дореволюционных периодических изданий (См.: Военный сборник. 1860. Т. 11. № 2; Т. 14. № 7; Русский архив. 1909. Т. 130. Вып. 5—8; Т. 131. Вып. 9—12; 1910. Т. 132. Вып. 1—4), а отдельные отрывки из оригинала этого исторического источника сейчас можно найти в архивных делах с частной перепиской Попко (ГА СК. Ф. 377. Оп. 1. Д. 7. Л. 147, 147 об., 151, 151 об.).

12 ГА СК. Ф. 377. Оп. 1. Д. 7. Л. 151.

13 Из дневника генерал-лейтенанта И.Д. Попко // Русский архив. 1909. Т. 130. Вып. 5—8. С. 287.

14 См.: Помандруйко (И.) Пластуны // Ставропольские губернские ведомости. 1855. № 13—15, 18—20.

15 ГА СК. Ф. 377. Оп. 1. Д. 7. Л. 152.

16 Там же. Ф. 52. Д. 85. Л. 74.