Мишулин Василий Александрович – «Тяжелые годы». В междуречье Оскол – Дон.

image_pdfimage_print

Для воинов, перенёсших тяжести отступления в 1941 году, 1942 год явился годом надежд в разгроме врага. Победы Советской Армии зимой 1941-42 гг. под Москвой, Ростовом – на – Дону и Тихвином привели к укреплению международного положения, также улучшилось внутреннее положение Советского Союза. Под руководством КПСС военно-экономическое положение нашей Родины к весне 1942 года по сравнению с последними месяцами 1941 года заметно улучшилось. Успехи наших войск на фронтах в конце 1941 года и в начале 1942 неразрывно связаны с героическим трудом советских людей в тылу.

В предвидении весеннее — летнего наступления 1942 года и в связи с увеличением производительности танковой промышленности Верховное Главнокомандование Советских Вооружённых Сил решило приступить к формированию мощных танковых соединений.

Фашистское главнокомандование также готовилось к предстоящим ожесточённым боям. Таким образом, стороны усиленно готовились к решительным наступательным операциям. Гитлеровское командование имело ту же цель, что и в начале войны – окончательно разгромить Советские Вооружённые Силы и овладеть территорией нашей страны по линии Архангельск – Волга, и этим самым закончить войну с Советским Союзом в 1942 году.

В результате зимних боёв 1941-42 годов, инициатива действий перешла на сторону Вооружённых Сил Красной Армии. Обстановка сторон становится более напряжённой. Советская Армия готовится к решительным наступательным действиям в то время, когда фашистское командование решило вновь взять инициативу в свои руки. В связи с предстоящими действиями, Верховное Главнокомандование Красной Армии решило провести реорганизацию бронетанковых войск и ВВС.

Весной 1942 года, Вооружённые Силы Советского Союза приступили к формированию танковых корпусов, первых танковых армий и однородных авиационных соединений. Во время формирования танковых корпусов мне предложили возвратиться на командную должность. В конце февраля сдал обязанности начальника Бронетанкового Управления Калининского фронта и прибыл в Москву в Главное Бронетанковое Управление Красной Армии. 31 марта 1942 года назначен на должность командира 4-го отдельного танкового корпуса. Комиссаром корпуса назначен бригадный комиссар А. Синицын.

К исходу дня 31 марта было известно, что район дислокации корпуса определён в полосе Брянского фронта на окраине города Воронеж в зданиях Сельско – Хозяйственного Института.

Не задерживаясь в Москве я и А. Синицын немедленно выехали в город Воронеж, считая, что туда уже прибывают войска, которые должны входить в состав формируемого соединения. Однако к нашему приезду ещё никто не прибыл. Только через два дня прибыл штаб корпуса, который возглавлял полковник Дмитрий Дмитриевич Бахметьев, начальником оперативного отдела прибыл полковник Леонид Юделевич Рубанович, вместе с ними прибыли начальники служб. В 4-й танковый корпус включались 45-я, 47-я, 102-я танковые  и 4-я мотострелковая бригады. Некоторые части входившие в состав корпуса участвовали в боях, а следовательно они имели боевой опыт. Но значительная часть личного состава корпуса боевого опыта не имела, а поэтому она требовала к себе большого внимания. Первыми прибыли эшелоны танковых бригад.

Опасаясь внезапного воздушного нападения авиации противника и излишних потерь среди личного состава и техники, войска корпуса были рассредоточены и спрятаны в рощах в районе СХИ. Они были обеспечены противопожарными средствами на случай лесного пожара, приняты меры к тщательной маскировки, а также отрыты щели для личного состава и отрыты окопы для автомашин, танков и для всей остальной техники. Наряду с работами по устройству временного лагеря войска корпуса, с первых дней прибытия приступили к  занятиям. Политорганам и офицерам корпуса, бригад и батальонов было предъявлено требование — научить личный состав и добиться слаженности действий расчётов, экипажей, подразделений, батальонов и бригад в целом.

Общие теоретические положения по использованию корпуса в бою и операции, для руководящего состава, проводились лекции, доклады и тактические занятия. В этих вопросах оказывали помощь Управление боевой подготовки БТ и МВ. Начальник Управления боевой подготовки генерал-майор С. Кривошеин выступил с докладом перед офицерами штаба корпуса и бригад. Тема доклада: «Метод использования бронетанковых войск в бою». В докладе обобщался опыт, приобретённый к тому времени танковыми и механизированными войсками в боях с фашистскими захватчиками. Такой же метод применялся и в бригадах. По существу, это было продолжение учёбы, так как командиры бригад вели усиленную боевую и политическую подготовку ещё до прибытия их в состав танкового корпуса.

Для того, чтобы скрыть сосредоточение танковых войск в этом районе, тактические занятия проводились в звене взвод и рота пеший по танковому.

В системе политработы ежедневно проводились читки газет. Как правило, систематически велась разъяснительная работа вокруг сообщений Информбюро и периодической печати. Большое значение придавалось героическим боевым действиям отдельных лиц, подразделений и частей, которые были отмечены в печати. Эту работу проводили коммунисты, комсомольцы, офицеры подразделений и частей.

На занятиях и в беседах изучались вопросы: воинская присяга и её значение; значение воинской дисциплины в бою; быть бдительным и охранять военную тайну. Наряду с этими вопросами изучалась технико-материальная часть танка, пулемёта, орудия, средства связи и многое другие.

Во всей работе внимание уделялось созданию партийных и комсомольских организаций. Коммунисты и комсомольцы – участники боевых действий назначались руководителями, их заместителями и агитаторами. Вся работа политорганов, партийных и комсомольских организаций была направлена на воспитание у воинов беспредельной преданности партии В.И. Ленина, родной Советской власти и глубокой ненависти к фашизму. В беседах и на занятиях особо подчёркивалась мысль об ответственности всего экипажа за доверенную ему боевую технику – танк, бронемашину и разъяснялось о том, что в бою бронетанковые части играют решительную роль.

По всем этим вопросам и многим другим политорганы партийные и комсомольские организации проделали значительную работу. И всё же в вопросах воспитательного характера среди солдат имели место отдельные серьёзные пробелы. Этот отдельный случай говорит о нашей поверхностной работе среди подчинённых.

В одной из танковых бригад решили каждому танку дать название именем руководителей нашей партии и членов Советского правительства, некоторые из них были названы именами полководцев нашего отечества, а также отдельные танки были названы именем полководцев и героев гражданской войны.

С этой целью на башне каждого танка было написано яркой выделяющейся краской – Ленин, Киров, Калинин, Суворов, Кутузов, Фрунзе, Чапаев и т.д. Кроме того были и другие названия, как-то: «Смелый», «Скорый», «Сильный». Цель этого замысла заключалась в том, чтобы на традициях нашей партии и Вооружённых Сил крепить воинскую дисциплину, воспитывать преданность Родине и партии, призывать бесстрашие в бою и ненависть к врагам отечества. Сделали на башнях надписи и считали, что этот вопрос уже пройденный этап в разделе боевой подготовки. Вскоре нам пришлось убедиться в том, что в этом вопросе мы упустили главное. А главное это то, что, делая надписи, не разъяснили кто такие Суворов, Кутузов, Фрунзе.

В эти дни боевой подготовки в корпус прибыл Командующий фронтом генерал-лейтенант Ф.И. Голиков. Он, знакомясь с личным составом и осматривая боевые машины, некоторым солдатам задавал вопросы: «Что значат фамилии – Суворов, Кутузов, Фрунзе, Чапаев?». Командиру и комиссару корпуса пришлось основательно краснеть не только перед Командующим фронтом, но и перед солдатами, т.к. нашлись отдельные товарищи, которые не имели о них никакого представления; оказались и такие, которые считали, что все они герои гражданской войны и характеризовали их подобно В.И. Чапаеву. Этот просчёт был немедленно устранён. Последующие бои показали, что труды партийных, комсомольских организаций и всего офицерского состава не прошли даром, они достигли своей цели.

Пред боевой период 4-го танкового корпуса продолжался в течении двух месяцев с 25 апреля по 20 июня 1942 года.

В основном, закончив формирование, войска корпуса в три дня по железной дороге, из Воронежа были переброшены в новый район и 29 апреля сосредоточились в лесу в 10 километрах восточнее Стар.Оскол.

Мишулин Василий Александрович

Мишулин Василий Александрович

В течении 13 суток в этом районе части корпуса продолжали учёбу. Вскоре обстановка на фронте изменилась и корпусу был назначен новый район сосредоточения. Смену районов сосредоточения требовалось провести с тщательной маскировкой. За три ночных марша корпус прошёл своим ходом 90 километров и 13 мая сосредоточился в районе Екатериновка, Троицкое, Архангельское. Переброска корпуса из одного района в другой район продолжалась. Так, выполняя боевое распоряжение штаба Брянского фронта войска корпуса, сделали 100 километровый марш и 25 мая сосредоточились в районе Бычек, Богатырёво, Рындино, Просторное. Из этого района корпус вновь марширует. Этот марш отличается от предыдущих тем, что он проведён комбинированным способом. Это значит: танки и специальные машины были направлены железнодорожным транспортом, а колёсные машины были переброшены своим ходом. Таким способом войска корпуса к утру 17 июня сосредоточились в районе Киселёвка, Беломостное, Нов. Оскол.

В 12.30   21 июня корпус выступил из района Нов.Оскол в район Красная, Терновая, Зимовное.

Во время организации марша были предусмотрены возможные налёты вражеской авиации и появление выброшенных десантов, но не ожидали изменения направления движения. И всё же это произошло. Совершенно неожиданно во время марша было получено новое распоряжение, в котором было указано, — изменить направление движения. Получив это указание, движение на некоторое время было приостановлено, приняв нужные меры маскировки.

Вместе с начальником штаба и начальником оперативного отделения штаба корпуса быстро разобрались в обстановке, было принято новое решение. Это решение отвечало требованиям распоряжения штаба фронта. Вскоре штабы бригад и отдельных частей получили боевое распоряжение штаба корпуса, в котором указан новый район сосредоточения и новое направление движения. Это распоряжение передавалось по радио и дублировалось офицерами связи.

Благодаря чёткой работе радистов и офицеров связи бригады своевременно получили приказание штакора. Соединения и части корпуса без особых осложнений изменили направление движения и корпус полностью и в указанное время сосредоточился в районе Водопой, Сапронова Яруга, Богдановка, Красный Сад.

Ещё не успели подтянуться отставшие транспортные машины, как полковник Д.Д. Бахметьев вручает мне вновь полученное распоряжение, в котором конкретизируется расположение отдельных частей. Так: штабу корпуса разместиться в Гнилица; 47-й танковой бригаде сосредоточиться в районе Красная Поляна, Терновая, Старцев, Сапронова Яруга; 4-й мотострелковой бригаде занять Водопой; 309-му отдельному гвардейскому миномётному дивизиону укрыться в Гайдашовка, Мандыбовка.

Не искушённому человеку может показаться странным это передвижение из района в район, а между тем это обычное явление. Если перед фронтом меняется обстановка, то меняется и район сосредоточения войск подходящих к фронту. Вполне понятно, что частые переброски могут отрицательно сказать на боеспособности части, соединения. Вот так получилось и с 4-м танковым корпусом. Ещё не встретив противника и не сделав ни одного выстрела по нему, а уже он почти 1/3 танковых моторесурсов израсходовал.

Таким образом, совершив несколько переходов общей протяжённостью в 300-350км. для боевых машин и 450-500 км. для колёсных, это безусловно до какой то степени понизило его боеспособность.

Вместе с этим эти марши дополняли вопросы доработки сколачивания экипажей, способствовали хорошей подготовки механиков-водителей. Обстановка на фронте резко менялась, а поэтому и переброска войск из одного района в другой проводилась в различное время суток, но как правило с целью маскировки передвижение войск проводилось в условиях ночи. В связи с этим механики-водители приобрели весьма солидную практику в вождении танков в ночных условиях. Кроме того в частях корпуса обращалось внимание на взаимозаменяемость в экипажах и время на маршах использовались для этой цели, но в каких бы условиях не проводился марш, он готовился  самым тщательным образом. Партполитработники, партийные и комсомольские организации, офицеры и в первую очередь технический состав изо дня в день вели разъяснительную работу среди всего личного состава по вопросам постоянной боевой готовности всей техники, состоящей на вооружении частей корпуса, поэтому во время передвижения из одного района в другой район не было отстающих машин. Это было достигнуто в результате хорошей подготовки к маршу и постоянного тщательного контроля за состоянием всей техники. Иногда марш проводился в условиях дня без прикрытия наших войск с воздуха и без наземных средств противовоздушной обороны. В таких случаях применялся метод рассредоточения на марше и готовность выделенных штатных огневых средств для отражения воздушного нападения. В районах сосредоточения, самым настоятельным образом, требовалось соблюдение тщательной маскировки. Иногда выполнение этих требований контролировалось офицерами штаба корпуса с воздуха, использую для этой цели приданные самолёты У-2. Для укрытия техники использовались складки местности, лесные массивы, постройки населённых пунктов, а так же отрывались окопы предохраняющие от поражения осколками и для ведения огня с места.