Борьба «красных» и «белых» в Сибири (1918—1921 гг.)

image_pdfimage_print

Аннотация. В статье раскрываются этапы, особенности организации, тактики вооружённой борьбы на территории севера Западной Сибири в период Гражданской войны. Показано влияние различных факторов на ход и результаты боевых операций.

Summary. The article describes the stages, organizational features, warfare tactics in the north part of Western Siberia during the Civil War, shows the influence of various factors on the course and outcome of combat operations.

Гражданская война

 

Цысь Валерий Валентинович — профессор кафедры истории России Нижневартовского государственного гуманитарного университета, доцент, доктор исторических наук

(г. Нижневартовск. E-mail: tsysv@rambler.ru)

 

Борьба «красных» и «белых» в Сибири (1918—1921 гг.)

 

Революционные события в России, переросшие в Гражданскую войну (1917—1921 гг.) и обусловившие глубокие социально-политические, экономические, культурные, ментальные сдвиги, предопределили особенности развития различных государственных и общественных структур на последующие десятилетия. В борьбе разнообразных группировок, представлявших противоположные интересы так называемых «красных» и «белых», вёлся, можно сказать, поиск новой системы координат. Не осталась в стороне от этого принимавшего различные формы противостояния и Сибирь, в частности, северо-западный регион этого огромнейшего и богатейшего края, открытого, завоёванного и освоенного нашими мужественными предшественниками.

Значение региона в тот период определялось в первую очередь его стратегическим положением. В ситуации, когда традиционные хозяйственные связи оказались разрушены, а восточная часть страны испытывала острую нужду в промышленных товарах, были предприняты попытки организовать через Тобольский Север поставки хлеба и сырья из Сибири в Европу. В обратном направлении доставлялись оружие, боеприпасы, промышленные товары, предназначавшиеся для антибольшевистских режимов, подпитывавшихся зарубежьем. Чтобы сделать этот «маршрут» регулярным, по указанию так называемого Верховного правителя Российского государства А.В. Колчака в Японии стали закупать радиостанции, оборудовать порт на Ямале. Через северную часть Западной Сибири можно было наладить связь с «архангельским правительством», скоординировать военные и политические планы по борьбе с большевиками. Кроме того, регион служил источником пушнины и рыбы, которые реализовывались как на внешнем, так и на внутреннем рынках.

Географические и природно-климатические условия края предопределили многие специфические черты вооружённой борьбы. Так, реки служили основными транспортными артериями, вдоль которых располагались практически все поселения. К примеру, боевые действия разворачивались по руслу Оби и её крупным притокам (Иртыш, Северная Сосьва, Конда). Это обусловило использование соответствующих средств передвижения: летом — водного транспорта (пароходов, барж, лихтеров, катеров), зимой — лошадей, саней, нарт, лыж. По долинам рек осуществлялись все вторжения вооружённых отрядов извне, перебрасывались резервы, направлялись подкрепления.

Этапы развития военно-политического противостояния в крае в целом аналогичны тем же, что и в других регионах Урала и Западной Сибири: установление советской власти (1917—1918 гг.), её свержение (лето 1918 г.), попытки прорыва «красных» на Северном Урале (осень 1918 г.), поражение «белых» (конец 1919 г.), подъём антикоммунистического движения, переросшего в западносибирское крестьянское восстание (первая половина 1921 г.).

Главные события Гражданской войны в Сибири разворачивались в полосе Транссибирской железнодорожной магистрали. Немногочисленность населения, концентрация его в районах, прилегающих к крупным судоходным рекам, скудость материальных ресурсов делали регион зависимым от положения дел на юге, не позволяли вести затяжные боевые действия. Сколько-нибудь значительные массы людей, за исключением кочевников тундры, могли существовать на севере только в пределах речных пойм, что облегчало борьбу с повстанцами и белогвардейцами.

По аналогичным причинам численность вооружённых отрядов, оперировавших на севере, оставалась незначительной, колеблясь от нескольких десятков до нескольких сотен человек. Мобилизационные возможности региона были ограничены. Поэтому даже в период крестьянского восстания, когда штабом повстанческой Народной армии была объявлена всеобщая мобилизация мужчин в возрасте от 18 до 45 лет (46—50-летние призывались в тыловые гарнизоны), общее число её военнослужащих на территории севера Западной Сибири не превышало 2000 человек.

Относительная изолированность края, удалённость от политических и экономических центров приводили к тому, что события развивались здесь с некоторым запозданием. Так, если на юге Западной Сибири советская власть установилась в конце 1917 — начале 1918 гг., то на севере — только в марте — начале мая 1918 года.

Поражение войск А.В. Колчака в Петропавловской операции произошло осенью 1919-го. Соответственно падение Тобольска относится к 22 октября, Омска — к 14 ноября, Томска — к 22 декабря. Последний крупный опорный пункт «белых» на севере Саранпауль капитулировал лишь 26 января 1920-го. Западно-сибирское крестьянское восстание достигло своего пика в феврале—марте 1921 года, но до севера оно докатилось только месяц спустя после своего начала, а Обдорск (Салехард) повстанцы заняли в начале апреля, когда главные очаги антибольшевистского движения на юге были уже в основном подавлены.

В организационном отношении оперировавшие в регионе силы можно разделить с некоторой долей условности на отдельные группы. Основную составляли отряды, специально созданные для боевых действий в северных условиях. В их число входили «Северная группа» А.А. Неборака1, сформированная в мае 1921 г. из подразделений 257-го полка 29-й дивизии, отряды А.Н. Баткунова2 (май 1921 г.) и «интернационалиста» М. Мандельбаума3 (осень 1918 г. — зима 1919 г.), созданные на базе 232-го полка 26-й дивизии и частей 6-й армии соответственно. Сюда же можно отнести и «Северный отряд особого назначения» подпоручика Лушникова, сформированный из солдат и офицеров 6-го Сибирского кадрового полка, и 3-й батальон 674-го стрелкового полка Красной армии. Все они отличались наиболее высоким уровнем боевой подготовки, относительной стойкостью в бою и неплохим для того времени вооружением.

Активно действовали небольшие регулярные подразделения, пополнявшиеся добровольцами и мобилизованными местными жителями (особый отряд связи 10-го Печерского полка, отряд прапорщика Попова, «Северный экспедиционный отряд» А.П. Лепехина4).

Особую группу составляли партизанские и полупартизанские формирования из добровольцев, управлявшиеся выборными командирами. К ней могут быть отнесены отряды Красной гвардии (весна 1918 г.), «Северный партизанский отряд» А.П. Зырянова (осень 1919 г.), отряд подпоручика Туркова (ноябрь 1918 г. — январь 1919 г.), которые действовали самостоятельно в отсутствие регулярных частей, при взаимодействии же с последними подчинялись их командованию. Характерным для них был высокий моральный дух при недостаточной дисциплинированности и ограниченной боевой ценности.

Последнюю группу составляли наспех сколоченные из местных жителей и добровольцев антисоветские подразделения, которым пытались придать вид регулярных частей. Широкое распространение такая форма «мобилизации» получила во время западносибирского крестьянского восстания 1921 года («Северный отряд народной армии по борьбе с коммунистами», Нижнеобская рота, отряды Сеина, Артамонова, Клепикова и др.). Противостоял повстанцам «Северный революционный отряд», включавший три батальона по три роты каждый. Боеспособность подобных частей была самой низкой.

Серьёзную проблему в период Гражданской войны представляло обеспечение вооружением и боеприпасами. Развал экономики, в том числе военной промышленности, транспорта, создавал огромные трудности в снабжении воинских частей, что обусловливало разнородность их вооружения. На севере Западной Сибири помимо русских трехлинейных винтовок системы Мосина применяли также японские, итальянские, австрийские, французские системы, закупавшиеся Россией в годы Первой мировой войны для тыловых частей. Широко использовалось охотничье оружие (4-линейные берданки, охотничьи штуцеры, дробовики). В 1921 году за повстанческими отрядами следовал обоз с порохом и свинцом в виде крупных слитков-плит. Пулемётов на вооружении состояло очень мало, артиллерия практически отсутствовала. В период западносибирского крестьянского восстания «красными» предпринимались попытки задействовать орудия середины XVIII века, оставшиеся с тех времён, когда г. Берёзов представлял казачью крепость. Однако после того, как при первом же выстреле одно из орудий разорвало, от подобных попыток решено было отказаться. В свою очередь, повстанцы Самарово (Ханты-Мансийск) изготовили пушку из чугунной трубы, которую использовали при обороне села 11 мая 1921 года. По свидетельству очевидцев, на её создание потратили несколько недель. Но опять же ожидания не оправдались. Ствол начинённого картечью орудия тоже разорвало.

Огромное преимущество воюющей стороне давало наличие артиллерии не только благодаря её разрушительной силе и эффективности, но и психологическому воздействию на противника. В частности, артиллерийскими орудиями были оснащены бронепароходы «Мария» и «Алтай», подавлявшие западносибирское крестьянское восстание. Последнее судно, участвовавшее во взятии Сургута (29 мая 1921 г.), представляло собой оснащённое двумя орудиями обычное гражданское плавсредство, борта и палуба которого были усилены стальными листами. Нескольких залпов оказалось достаточно, чтобы деморализовать оборонявшихся, посеять среди них панику и тем самым дезорганизовать сопротивление. Скорострельной 37-мм пушкой «Маклин» красноармейцы упомянутого отряда М. Мандельбаума обстреливали с. Щекурье в ноябре 1918 года. Использование орудия позволило достичь успеха, однако после ухода отряда из занятого села вместе с пушкой перевес оказался на стороне «белых», в распоряжении которых имелся бомбомёт. В ряде боёв применялись ручные гранаты, в воспоминаниях участников событий упоминаются также специальные трещотки, издававшие звук, напоминавший пулемётные очереди.  <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1 Неборак Александр Андреевич (1895—1942) — уроженец Кременчугского уезда Полтавской губернии. Из крестьян. Призван в армию в 1913 г. Офицер военного времени. В РКП(б) с ноября 1917 г. Участник антиколчаковского партизанского движения на Алтае. После окончания Гражданской войны — на различных должностях в Красной армии: командир батальона, полка, дивизии, преподаватель Академии имени М.В. Фрунзе. С ноября 1941 г. — командир 253-й стрелковой дивизии 6-й армии Юго-Западного фронта. В мае 1942 г. арестован «за клевету на Красную Армию». Покончил с собой.

2 Баткунов Арсений Николаевич (1890—1939) — уроженец д. Самсоново Смоленской губ. В РКП(б) с 1917 г. Участник Первой мировой и Гражданской войн. В 1917 г. — командир красногвардейского отряда на Украине. В 1920 г. — военком 232-го стрелкового полка 26-й Златоустовской дивизии. В 1922 г. награждён орденом Красного Знамени. В 1930-е гг. — начальник дивизии внутренних войск. Репрессирован.

3 Мандельбаум Мориц (1890 — после 1920 г.) — уроженец Австро-Венгрии. Профессиональный актер. С 1914 г. — младший офицер австро-венгерской армии. В 1916 г. попал в плен. В 1917 г. — командир одного из отрядов Красной гвардии. Участник Гражданской войны. В дальнейшем — на партийной и хозяйственной работе.

4 Лепехин Александр Петрович (1889 — конец 1920-х гг.) — уроженец г. Тобольска. Из семьи военного чиновника. В 1914—1918 гг. — капитан речного парохода. В РКП(б) с 1917 г. Участник Гражданской войны. В октябре 1920 г. направлен на Дальний Восток. Начальник гарнизона г. Читы, командующий войсками Приморской обл. и крепости Владивосток. В 1922 г. награждён орденом Красного Знамени.