Советско-польская война 1920 года: геополитический аспект

image_pdfimage_print

Аннотация. Автор анализирует геополитический аспект Советско-польской войны 1920 г., а также её оценки польскими и российскими историками.

Summary. The author analyzes the geopolitical aspect of the Soviet-Polish war of 1920, and its assessments by Polish and Russian historians.

ИСТОРИЯ ВОЙН

 

ЗУБАЧЕВСКИЙ Виктор Александрович — профессор кафедры всеобщей истории, социологии и политологии Омского государственного педагогического университета, доктор исторических наук, профессор

(г. Омск. E-mall: zubachevskiy@mail.ru)

 

СОВЕТСКО-ПОЛЬСКАЯ ВОЙНА 1920 ГОДА: ГЕОПОЛИТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ

 

Советский плакат «Мы воюем с панским родом, а не с польским трудовым народом!»

Советский плакат «Мы воюем с панским родом,
а не с польским трудовым народом!»

После окончания «холодной войны» и изменения геополитической ситуации в Европе появились условия для объективного исследования Советско-польской войны 1920 года. Но в Польше гальванизировали историографию 1920—1930-х годов, в частности, миф о «начальнике государства» и верховном главнокомандующем Ю. Пилсудском как крупнейшей политической фигуре ХХ века. Наглядным тому подтверждением стали материалы прошедшей в 1990 году в Варшаве конференции, посвящённой Советско-польской войне 1920 года, участники которой оправдывали политику Польши в отношении Белоруссии, Литвы и Украины, обвиняли Советскую Россию в экспансионизме, преувеличивали негативную для Польши роль Германии и Литвы во время Советско-польской войны1 и аналогично оценивали позицию Чехословакии2. Вскоре польские историки ввели в оборот идеологический термин «польско-большевистская война», с помощью которого оправдывают политику, направленную на включение Белоруссии и Литвы в состав Польши, объясняя планы Пилсудского историко-геополитическими и культурно-цивилизационными факторами3. Но, по мнению видных российских историков, Советско-польская война «ни в коем случае не польско-большевистская, как это сейчас принято» считать в Польше4.

В 1920—1940-е годы некоторые польские историки рассматривали восточную политику Польши с позиций относительного историзма. Сторонник правой Национально-демократической партии (эндеки) В. Конопчиньский, критикуя Пилсудского, писал о его стремлении сделать столицей «ягеллонской5 Речи Посполитой6» Вильно (Вильнюс, до 1918 г. — рус. Вильна, в 1919—1939 гг. — польск. Wilno), который стал бы «центром Центрально-Восточной Европы»7. Неоднозначно оценил восточную политику Пилсудского в 1918—1922 гг. и современный польский историк А. Чубиньский8.

Сегодня мы наблюдаем «вторую волну» ревизии российской военно-политической истории. Польские и отдельные российские историки односторонне пишут о региональных военных конфликтах на востоке Центральной Европы в 1918—1939 гг. Примером может служить книга очерков Ю.З. Кантор и М. Волоса, вышедшая в 2011 г. Ю.З. Кантор в очерке «Польско-большевистская война как фактор германо-российского сближения» отмечает: «Польская кампания как некий фон “латентного” зарождения нового союза… послереволюционной России и “постверсальской” Германии — сюжет, практически не изученный»9. Хотя за последние 20 лет российские и польские историки издали немало монографий и статей, посвящённых войне 1920 года, в которых освещаются и советско-германские отношения, о них в очерке нет ни слова. В отличие от соавтора польский учёный М. Волос ссылается на предшествующие работы историков, включая российских, использует обширный научный аппарат.

По-разному трактуются хронология Советско-польской войны и её последствия. Так, российский историк И.В. Михутина считает её хронологическими рамками 1919—1920 гг.10 Однако столкновения частей формировавшейся польской и Красной армий на спорных территориях в 1919 году неверно называть войной.

Английский историк Н. Дэвис также считал, что советские и многие западные учёные игнорировали начало войны в 1919 году. По его мнению, ни большевики, ни поляки не были виновниками войны, поскольку эвакуация германской армии создала вакуум между двигавшимися спонтанно советскими и польскими войсками. Победа Белого движения над большевиками, по словам Дэвиса, была невыгодна Польше, но и Рижский мир (договор 1921 г.) стал тупиком, не решал проблему. Он обратил внимание на отрицательную позицию британского премьер-министра Д. Ллойд Джорджа в отношении территориальных требований Польши на востоке11.

В отличие от Дэвиса его коллеги Р. Карр и А. Тейлор датировали начало Советско-польской войны апрелем 1920 года, а предшествовавшую борьбу рассматривали как пограничные стычки. Тейлор в предисловии к книге Дэвиса констатировал: «Эта война… определила направление развития русской истории на следующие 20 лет… советские лидеры отошли от курса на мировую революцию. Социализм в одной стране, подкреплённый диктатурой Сталина, был прямым следствием советско-польской войны… Результат был роковым для Польши. Расположенная между Германией и Советской Россией, эта страна должна была выбрать дружбу с одной из них. Победа над Советской Россией привела польских лидеров к убеждению, что они не могут предпочесть ни одну из этих держав»12.

Американский историк польского происхождения П. Вандыч писал: «Захват Вильно не был началом войны… но уже это движение было важно само по себе в запутанной игре Москвы и Варшавы за границы». Но Польша не была заинтересована «в организации антибольшевистского крестового похода», поскольку, помогая белым, подвергала опасности собственную восточную программу, а отношение Антанты показало, что «русские интересы получают приоритет над польскими требованиями». Вандыч считал, что Варшава маневрировала между генералом А.И. Деникиным и большевиками, а Рижский мир был шагом, «негативные последствия которого были очевидны для Польши больше, чем для России»13.

Геополитический аспект Советско-польской войны был раскрыт во время разгоревшейся в 1920-е годы между советскими военачальниками дискуссии о причинах поражения Красной армии под Варшавой14. Обострению споров способствовала книга Пилсудского с критикой брошюры М.Н. Тухачевского, который во время этой войны возглавлял Западный фронт15.

Командовавшие в ходе неё Юго-Западным фронтом (ЮЗФ) А.И. Егоров16 и 4-й армией ЗФ Е.Н. Сергеев оправдывали действия подчинённых им войск17. Наиболее объективно ход и характер Советско-польской войны осветил Б.М. Шапошников, бывший с октября 1919 года начальником Оперативного управления Полевого штаба Реввоенсовета Республики (РВСР). Его книге18 присущи компетентность, взвешенность суждений и широта мышления. Шапошников не критиковал Тухачевского, а дополнил его работу данными, которые не принял во внимание бывший командующий ЗФ.

Тухачевский считал, что причиной поражения Красной армии стала стратегия, а не политика. Шапошников же писал, что с подходом к Бугу стратегия не могла гарантировать политике немедленный успех, а политика не могла рассчитывать на него. Значительно позже на волне хрущёвской «оттепели» курировавшие науку чиновники сочли брошюру Тухачевского основной работой по данной теме, что способствовало деформации представлений о Советско-польской войне19.

Как же в то время развивались события?

В 1919 году польские войска захватили большую часть Белоруссии и западные районы Украины. Правящие круги Польши ставили цель путём территориальных захватов восстановить её в границах начала XVII века и при поддержке Антанты готовились к крупномасштабной войне. Франция, США, Британия, Италия, Норвегия и другие страны предоставили Польше крупные долгосрочные кредиты и в течение весны 1920 года — большое количество оружия, боеприпасов, военной техники. В середине 1919 года в Польшу перебросили сформированную во Франции из поляков 70-тысячную добровольческую армию. Благодаря помощи Антанты Польша к весне 1920 года создала армию численностью около 740 тыс. человек, боевой подготовкой которой занимались иностранные военные инструкторы. План польского наступления разработали французские военные советники под руководством главы французской военной миссии в Варшаве. Его замысел предусматривал захват Киева, Одессы, выход на рубеж Днепра, оккупацию Правобережной Украины, затем — переброску основных польских сил и овладение Белоруссией. По плану Антанты польское наступление должна была поддержать армия генерала П.Н. Врангеля ударом из Крыма20.  <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1 Wojna polsko—sowiecka 1920 roku: Przebieg walk i tło międzynarodowe. Warszawa, 1991. S. 23—25, 172—181.

2 Nowinowski S.M. Polsko-czechosłowackie stosunki dyplomatyczne podczas wojny 1920 roku // Szkice z dziejów Europy Środkowej i Wschodniej w XX wieku. Łódź, 1998.

3 См., например: Łukomski G. Walka Rzeczypospolitei o kresy północno-wschodnie 1918—1920. Poznań, 1994. S. 12, 17, 21, 58.

4 Матвеев Г.Ф. Можно ли было избежать войны России и Польши в 1919—1920 годах? / Studia slavica-polonika. К 90-летию И.И. Костюшко. Сб. статей. М., 2009. С. 110.

5 Ягеллонская идея — направленная на восток, в сторону Литвы, Белоруссии и Украины польская концепция федерального мультинационального, многоконфессионального государства-империи, противник которого — Россия. Получила название от польской королевской династии Ягеллонов, взошедшей на престол в 1386 году и впервые применившей на практике механизм создания федеративного государства — Великого княжества Литовского, объединявшего Польшу и Литву (Гончаров В.В. Ягеллонская идея в польской историографии XX — начала XXI вв. // Интернет-ресурс: http://gon4arov.jimdo.com).

6 Буржуазные правители Польши в 1918—1939 гг. применительно к своему государству возродили термин «Речь Посполита» (польск. Rzeczpospolita — республика) — традиционное наименование польского государства в конце XV—XVIII вв., представлявшего собой специфичную форму сословной монархии во главе с избиравшимся сеймом королём. Со времени Люблинской унии 1569 г. до 1795 г. — официальное название польско-литовского государства (См.: Речь Посполита // Советская историческая энциклопедия: В 16 т. / Под ред. Е.М. Жукова. М.: Советская энциклопедия, 1969. Т. 12. Стб. 35).

7 Konopczyński W. Historia polityczna Polski. 1914—1939. Warszawa, 1995. S. 87. Рукопись была готова в 1947 г., но не опубликована, так как автора сняли с должности профессора Ягеллонского университета (Краков) за антикоммунистические взгляды.

8 Problem granic i оbszaru odrodzonego państwa polskiego (1918—1990) / pod red. A. Czubiński. Poznań, 1992.

9 Кантор Ю.З. Польско-большевистская война как фактор германо-российского сближения / Кантор Ю.З., Волос М. Треугольник Москва — Варшава — Берлин. Очерки истории советско-польско-германских отношений в 1918—1939 гг. СПб.: Европейский Дом, 2011. С. 13.

10 Михутина И.В. Польско-советская война. 1919—1920 гг. М., 1994. C. 59, 242—244.

11 Davies N. White eagle, red star. The Polish-Soviet War, 1919—1920. London, 1972. P. 23—27, 65, 168—170, 263.

12 Davies N. Op. cit. P. IX.

13 Wandycz Piotr S. Soviet-Polish Relations, 1917—1921. Cambridge, 1969. Р. 117, 135, 284.

14 См., подробнее: Яжборовская И.С., Парсаданова В.С. Россия и Польша. Синдром войны 1920 г. М., 2005. / Глава 10. Обзор историографии проблематики войны 1920 г. С. 370—372; Полторак С.Н. Забытая историография советско-польской войны 1920 г. // Интернет-ресурс: http://www.sgu.ru.

15 Пилсудский Ю. 1920 год / Пилсудский против Тухачевского: Два взгляда на советско-польскую войну 1920 г. М., 1991. С. 78—251; Тухачевский М.Н. Поход за Вислу // Там же. С. 14—69.

16 Егоров А. Львов — Варшава. 1920 год. Взаимодействие фронтов. М.; Л., 1929.

17 Сергеев Е.Н. От Двины к Висле. Очерк операций 4-й армии Западного фронта в июле и 1-й половине августа 1920 г. Смоленск, 1923.

18 Шапошников Б. На Висле: к истории кампании 1920 года. М., 1924. С. 7, 200, 202.

19 Яжборовская И.С., Парсаданова В.С. Указ. соч. С. 370.

20 Советско-польская война 1920 / Военная энциклопедия: В 8 т. (ВЭ) М.: Воениздат, 2003. Т. 7. С. 555.