Сибиряки на полях сражений в Русско-японской войне 1904—1905 гг.

image_pdfimage_print

Аннотация. В статье освещается участие уроженцев Енисейской губернии в Русско-японской войне 1904—1905 гг. Раскрыты боевой путь 7-го Красноярского и 6-го Енисейского сибирских пехотных полков, трудности, лишения и героизм воинов-сибиряков.

Summary. The article highlights the participation of the Yenisei province’s natives in the Russian-Japanese war of 1904-1905. The 7th Krasnoyarsk and the 6thYenisei Siberian infantry regiments’ operational record, the difficulties, hardships and heroism of Siberian warriors are revealed.

ВОЕННАЯ ЛЕТОПИСЬ ОТЕЧЕСТВА

 

КОМАРОВА Тамара Семёновна старший научный сотрудник Красноярского краевого краеведческого музея, заслуженный работник культуры РФ

 

Сибиряки на полях сражений в Русско-японской войне 19041905 гг.

 

В ночь с 26 на 27 января (с 8 на 9 февраля) 1904 года японский флот внезапно атаковал русскую Тихоокеанскую эскадру на рейде у Порт-Артура, а днём 27 января в корейском порту Чемульпо — крейсер «Варяг» и канонерку «Кореец». Так началась Русско-японская война 1904—1905 гг.

2(15) февраля стал первым днём мобилизации в Сибири. 17 и 18 апреля (30 апреля и 1 мая) на Дальний Восток отправился 7-й Красноярский сибирский пехотный полк. 17 апреля в Красноярске, у Кафедрального собора, для полка был проведён напутственный молебен, а его командиру полковнику А.И. Редько преподнесли шашку, которую он принял на коленях. В конце апреля на Дальний Восток из Иркутска отправился 6-й Енисейский сибирский пехотный полк. Оба полка, сформированные из сибиряков-запасных, почти всю войну будут воевать рядом. Как жил и воевал наш сибиряк в угрюмых маньчжурских степях, на безлесной, усеянной сопками земле, на каких полях проливал свою кровь? Сохранившиеся впечатления офицеров и нижних чинов, уроженцев Енисейской губернии, дают довольно полное представление о военных буднях и мужестве наших земляков в боях при Ялу, под Тюренченом и Вафангоу, под Ляояном, на реках Шахэ, Сандепу.

Война ожидалась, но события в ней развивались довольно неожиданно и не в пользу России. 22 февраля (6 марта) 1904 года японцы обстреляли Владивосток дальнобойной артиллерией. Город был объявлен на осадном положении. В феврале Япония высадила 1-ю армию под командованием генерала Т. Куроки в Корее, блокировав Порт-Артур с моря. В мае было перерезано железнодорожное сообщение с Порт-Артуром, город оказался отрезанным и с суши. С 29 апреля (12 мая) началась героическая защита осаждённого Порт-Артура, которая длилась почти 11 месяцев.

В начале военных действий преобладало скептическое отношение к противнику. В марте 1904 года один из сибиряков писал в иркутской газете «Восточное обозрение»: «Кавалерия японцев — Боже упаси! Лошадки их… маленькие, худые и слабенькие»1.Готовясь к холодным месяцам, указывал далее корреспондент, «желтолицые враги» нашили себе большие лохматые воротники, в которых они выглядели очень комично и которые мало помогали им от обморожения.

Привычка уничижительного отношения к противнику исчезла довольно быстро, ибо обнаружилось, что у японцев есть и выучка, и выносливость, и героизм до фанатизма. Летом 1904 года многие газеты писали об организованности и порядке в японской армии, которые соблюдались и в мелочах. Так, авторы описывали состояние японского ранца, сшитого из телячьей кожи и очень вместительного, он поражал чистотой и порядком, всё в нём было уложено как на показ, красиво и плотно: белые чистые мешочки с рисом, горохом, концентрированная соль завернута в тонкую бумагу. Жестянка с ружейным маслом, коробка с аптечкой, жестянка с письмами, ложка, гребень, зубная щётка и вакса располагались в специальных карманчиках. Каждому солдату выдавались пилюли, главным образом против кишечных заболеваний, и брошюра «Гигиена на войне». Хороня убитых японцев, русские солдаты поражались чистоте их нижнего белья2.

С середины апреля 1904 года основные военные события происходили на сухопутном фронте в Маньчжурии. Незадолго перед этим, 26 марта (8 апреля) был образован Восточный отряд под командованием генерал-лейтенанта М.И. Засулича, перед которым стояла задача прикрытия маньчжурско-корейской границы. В ночь с 17 на 18 апреля (с 30 апреля на 1 мая) японские войска численностью около 45 тысяч человек форсировали реку Ялу и начали вторжение в Маньчжурию. Восточный отряд (свыше 19 тысяч человек) на правом берегу Ялу севернее и южнее Тюренчена попытался перекрыть дороги, ведущие из Кореи на Ляодунский полуостров. Однако, понеся большие потери, он не справился со своей задачей и отступил, потеряв около 3 тысяч человек. Неудачным для русских был и бой у Вафангоу 1—2 (14—15) июня 1904 года, что означало затяжной характер войны. Отдадим дань памяти енисейцам, участникам боёв на реке Ялу, под Тюренченом и Вафангоу, фамилии которые удалось установить. 17 и 18 апреля были убиты и ранены 27 енисейцев из разных сибирских стрелковых полков, фамилии которых были сообщены местным властям. 1—2 июня под Вафангоу убиты четверо и столько же пропали без вести. Убиты канониры Семён Рахманов из Канска, Иван Потылицин деревни Тюльковской из Ачинского уезда, стрелок Ксенофонтий Кулаков из села Николаевского Канского уезда, Капитон Суров из того же села3. Русский солдат-мужик исполнял свой воинский долг не в «чаянии» наград и чаще всего не задумывался, ради чего приносит себя в жертву.

После кровопролитных весенних боёв наступила небольшая передышка, а вместе с тем пришло тяжёлое маньчжурское лето, крайне усложняя и без того нелёгкий фронтовой быт: жара, раскалённый песок, повышенная влажность. Люди страдали от тепловых ударов. В таком климате солдатская форма за короткое время чернела от пота и быстро расползалась, кожа сапог покрывалась плесенью. Мылись солдаты редко; опыты с устройством вагонов-бань и вагонов-прачечных на железной дороге оказались удачными, но такие бани из-за небольшой вместительности обслуживали мало людей. Из-за сырого и жаркого лета начались желудочные заболевания. Из-за большой влажности через сутки на хлебе выступала плесень. Страшно донимали китайские мухи, досаждая своей численностью. Постоянно возникала проблема с питьевой водой. Если при полках не имелось бочек с водой, солдаты, страдая от жажды, бросались ко всякой луже, и остановить их было невозможно. И, как следствие, возникали массовые заболевания.

Красноярский врач, имя которого не указывалось по цензурным соображениям, отправил из Маньчжурии в Общество врачей Енисейской губернии письмо, которое затем опубликовали «Сибирские врачебные ведомости». Из его содержания следовало, что в июне и июле в Красноярском полку осталась половина здоровых людей. Солдаты истомились переходами при жаре в полном вооружении, которое у русского пехотинца было очень тяжёлое. Скверное питание, лихорадка, много дизентерийных. До 900 человек вскоре отправили в госпитали. Прибывший в полк генерал осмотрел больных, даже не удосужившись взглянуть на хлеб, покрытый «чудной бархатной плесенью», хотя ему на него указывали4.

Солдат должен был привыкать к неудобному гористому рельефу Маньчжурии; особенно тяжело приходилось выходцам из равнинных губерний. Но русский человек ко всему привычен, и вскоре многие сибиряки бегали по сопкам не хуже японцев. Некоторые офицеры в шутку прозвали низших чинов «коллекционерами»: солдаты, как муравьи, отыскивали всё, что могло пригодиться для их немудрёного обихода. За спиной у некоторых пехотинцев в походах торчали дрова или щепки для костра, сухой гаолян5, пустые жестянки из-под консервов, лишнее одеяло.

 В начале июля 4-й Сибирский армейский корпус под командованием генерал-лейтенанта Н.П. Зарубаева (в составе которого находились 7-й Красноярский и 6-й Енисейский пехотные полки) и 1-й Сибирский корпус составили Южную группу войск. Она сосредоточилась под станцией Ташичао (Дашачио), которая лежала на соединении дорог на Ляоян и Инкоу. Задача 4-го корпуса заключалась в прикрытии коммуникаций 1-го корпуса, который сдерживал наступление 2-й японской армии генерала Я. Оку, рвавшейся к Ляояну. Охрана позиции под Ташачио была чрезвычайно важна: она закрывала гавань Инкоу, единственный порт в Жёлтом море, через который поддерживалась связь с Порт-Артуром. В середине июля корпус выдержал тяжёлые бои у пунктов Наньдалин и Цянь-чжайцзы, где особой стойкостью отметились сибиряки, на которых обрушился главный удар противника. Несколько раз сибиряки встречали противника в штыки. Несмотря на упорное сопротивление, после приказа командования русские войска оставили гавань Инкоу. Южная группа войск понесла огромные потери. 4-й Сибирский корпус отошёл от Ташачио к Хайчену. Отступление означало, что русские войска оставляют противнику Южную Маньчжурию. Положение Порт-Артура резко ухудшилось.

Чтобы успокоить тыл, в котором неудачи русских войск обрастали слухами о превосходстве противника, подключилась пресса. Красноярская частная газета «Енисей», не имея собственного корреспондента на театре военных действий, использовала вести из Маньчжурии от своих земляков, где описывались будни и подвиги сибиряков. Солдатские письма — это летопись войны, составляемая прямыми свидетелями событий. 21 июля «Енисей» опубликовал отрывок из письма Василия Муренцова об ожесточённых боях, «так что цельную ночь хоронили их (японцев) мёртвые тела»6.    <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1 Восточное обозрение. 1904. № 71. 24 марта.

2 Там же. № 161. 8 июля.

3 Государственный архив Красноярского края (ГА КК). Ф. 595. Оп. 3. Д. 197. Л. 3.

4 Сибирские врачебные ведомости. 1904. № 20. 15 октября. С. 309.

5 Вид однолетних злаковых растений.

6 Енисей. 1904. № 73. 21 июля.