Противовоздушная оборона войск, городов и объектов в первые месяцы Великой отечественной войны

image_pdfimage_print

Аннотация. В статье на основе архивных документов исследуются проблемы противовоздушной обороны войск, городов и отдельных объектов в первые месяцы Великой Отечественной войны 1941—1945 гг.

Summary. On the basis of archival documents the article deals with the problems of air defence of troops, cities and some separate objects in the early months of the Great Patriotic War of 1941–1945.

 

Великая Отечественная война 1941—1945 гг.

 

ГОЛОТЮК Василий Леонтьевич — полковник в отставке

ЛАШКОВ Алексей Юрьевич — ведущий научный сотрудник Научно-исследовательского института (военной истории) Военной академии Генерального штаба ВС РФ, полковник запаса, кандидат исторических наук

Противовоздушная оборона войск, городов и объектов в первые месяцы великой отечественной войны

 

На рассвете 22 июня 1941 года бомбовыми и штурмовыми ударами немецко-фашистской авиации по нашим войскам и объектам в границах Ленинградского, Прибалтийского особого, Западного особого, Киевского особого и Одесского военных округов началась для советского народа Великая Отечественная война. В 3 ч 15 мин ударам подверглись Очаков и Севастополь, ещё через четверть часа города Белоруссии, Украины, Прибалтики. Массированным налётам подверглись аэродромы базирования ВВС приграничных округов. В 4 ч 00 мин агрессор ввёл в боевые действия сухопутные войска.

Красная армия и Военно-морской флот, силы и средства противовоздушной обороны (ПВО) тыловых районов страны вступили в жёсткое противоборство с противником. Зачастую части и подразделения ПВО противодействовали вражеской авиации без разрешения свыше, так как накануне войны вышел приказ: «По нарушителям границы огня не открывать». Военный совет Западного фронта лишь в 5 ч 25 мин снял ограничения, и командующий направил в войска директиву: «Ввиду обозначившихся со стороны немцев массовых военных действий приказываю: поднять войска и действовать по-боевому»1.

В 7 ч 15 мин 22 июня из Наркомата обороны в войска и на флот поступила следующая директива:

«Военным Советам ЛВО, ПрибОВО, ЗапОВО, КОВО, ОдВО. Копия: Народному комиссару ВМФ.

22 июня 1941 г. в 04 часа утра немецкая авиация без всякого повода совершила налёты на наши аэродромы и города вдоль западной границы и подвергла их бомбардировке. Одновременно в разных местах германские войска открыли артиллерийский огонь и перешли нашу границу.

В связи с неслыханным по наглости нападением со стороны Германии на Советский Союз приказываю:

1. Войскам всеми силами и средствами обрушиться на вражеские силы и уничтожить их в районах, где они нарушили Советскую границу. Впредь, до общего распоряжения, наземными войсками границу не переходить.

2. …Удары авиацией наносить на глубину германской территории до 100—150 км. Разбомбить Кёнигсберг и Мемель.

На территории Финляндии и Румынии до особых указаний налётов не делать»2.

Но по соотношению сил и в сложившейся обстановке все эти указания оказались невыполнимыми3.

С первых дней и месяцев войны органы военного, политического и государственного руководства страны обращали самое пристальное внимание на состояние противовоздушной обороны. Военные советы фронтов, командующие войсками военных округов слали в Генеральный штаб (ГШ) заявки на средства ПВО для дополнительного прикрытия и усиления пунктов и объектов в своих зонах ответственности. В июне—июле 1941 года по тому же адресу и по этим же вопросам направлялись многочисленные обращения от руководителей наркоматов и секретарей обкомов ВКП(б). Например, 29 июня поступил такой запрос от народного комиссара цветной металлургии СССР П.Ф. Ломако. «Исходя из особой государственной и оборонной важности промышленных предприятий Наркомцветмета Союза ССР, поименованных в прилагаемом перечне, — уведомлял он, — прошу Вас отдать соответствующие распоряжения о предусмотрении в планах противовоздушной обороны обеспечения прикрытия этих предприятий артзенитными средствами Красной Армии или войск НКВД»4. К документу прилагались перечень предприятий и места их расположения. На следующий день в ГШ обратился и заместитель народного комиссара авиационной промышленности (НКАП) СССР М.В. Хруничев, который просил «обеспечить активными средствами противовоздушную оборону особо важных заводов Наркомата авиационной промышленности, расположенных в городах Воронеж, Горький, Рыбинск и Запорожье»5. Приложением служил перечень категорированных объектов НКАП в этих городах с указанием количества работающих на заводах специалистов. В начале июля ходатайствовал о прикрытии средствами ПВО пяти заводов в Ярославле и Рыбинске, имеющих важное оборонное значение, секретарь Ярославского обкома ВКП(б), а заместитель наркома путей сообщения СССР даже представил начальнику Генерального штаба проект приказа войскам. В нём значилось: «Всем командирам частей и соединений, перевозимым по железным дорогам, [проявить заботу] — об организации и обеспечении противовоздушной обороны эшелонов в пути следования; всем командующим фронтами и армиями — об организации и обеспечении защиты средствами авиазенитной обороны железнодорожных участков, узлов и направлений, расположенных в пределах фронта, армии»6.

Ещё в конце июня с учётом создавшейся в стране обстановки начальник Главного управления противовоздушной обороны (ГУ ПВО) Красной армии генерал-полковник артиллерии Н.Н. Воронов подготовил для наркома обороны Маршала Советского Союза С.К. Тимошенко доклад о состоянии и потребностях войск ПВО, в котором уведомлял о прикрытии наиболее важных населённых и промышленных пунктов, железнодорожных узлов, мостов, электростанций имеющимися частями и соединениями ПВО. Но последних, по его словам, «совершенно недостаточно для прикрытия всех важнейших пунктов и объектов, находящихся в пределах угрожаемой по воздушному нападению территории Союза».

В документе помимо того отмечались и другие трудности. «Значительная часть существующих частей ПВО, — размышлял Н.Н. Воронов, — развёрнута по плану оргмероприятий 1941 года. Многие части находятся в стадии формирования и материальной частью зенитного вооружения ещё не обеспечены. В связи с возрастающей активностью действий ВВС противника по населённым пунктам, жел. дор. узлам, мостам и по промышленности тыла встаёт вопрос об усилении ПВО тыловых пунктов и объектов по отдельным, наиболее подверженным нападению с воздуха направлениям.

Осуществить такое усиление за счёт переброски частей ПВО с других каких-либо пунктов европейской части Союза невозможно, так как все пункты, где имеются средства ПВО, находятся под угрозой удара ВВС противника.

Считаю необходимым усилить ПВО отдельных пунктов, объектов и районов тыла дополнительным выделением истребительной авиации…

Таким образом, в первую очередь требуется выделить для противовоздушной обороны железнодорожных узлов и важнейших пунктов 17—19 полков истребительной авиации и во вторую очередь — 6 полков ИА.

Без проведения докладываемых мероприятий противовоздушная оборона указанных районов железнодорожных узлов будет необеспеченной.

Прошу Ваших указаний…»7.

Предложения ГУ ПВО так и не были реализованы по ряду объективных и субъективных причин. Из-за больших потерь советской авиации на земле и в воздухе, особенно в первые дни войны, самолётный парк к 1 июля 1941 года сократился почти вдвое (по сравнению со штатным составом на 22 июня). По настоянию командующего ВВС 6 истребительных авиаполков, выполнявших задачи противовоздушной обороны объектов, были изъяты из оперативного подчинения органам ПВО и переданы в состав ВВС фронтов.

Столь острая проблема, хоть не так последовательно и скоро, как того хотелось бы, но всё же решалась. Образованный 30 июня 1941 года Государственный комитет обороны (ГКО) с первых дней своей деятельности не упускал её из виду. Например, 3 июля специальным постановлением он утвердил программу выпуска основного артиллерийского и стрелкового вооружения заводами Наркомата вооружения8. На следующий день был подписан план изготовления самолётов и моторов, причём в перечне значились новые типы истребителей (МиГ-3, ЛаГГ-3, Як-1)9. В сентябре завершилась разработка под контролем ГКО первой мобилизационной программы того же содержания. Важным было постановление этого чрезвычайного государственного органа от 8 июля 1941 года «О пулемётах для ПВО г. Москвы», согласно которому для противовоздушной обороны столицы выделялись 750 соответствующих установок (250 БТ и БК и 500 ШКАС)10. 9 июля вышло постановление «О противовоздушной обороне Москвы», выполнение которого обеспечило значительное усиление ПВО столицы11. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1 Центральный архив Министерства обороны Российской Федерации (ЦАМО РФ). Ф. 113. Оп. 3273. Д. 2. Л. 148.

2 Там же. Ф. 132. Оп. 2642. Д. 41. Л. 1, 2.

3 См.: Жуков Г.К. Воспоминания и размышления: В 3 т. М., 1995. Т. 2. С. 11.

4 ЦАМО РФ. Ф. 72. Оп. 12284. Д. 122. Л. 2.

5 Там же. Л. 3, 4.

6 Там же. Л. 7.

7 Там же. Л. 11.

8 Российский центр хранения и изучения документов новейшей истории (РЦХИДНИ). Ф. 644. Оп. 1. Д. 1. Л. 21—57.

9 Там же. Л. 83.

10 Там же. Л. 156.

11 Там же. Л. 262, 263.