Д.Е. Мышецкий — русский дипломат и воевода XVII века

image_pdfimage_print

Аннотация. В статье освещаются некоторые подробности биографии и ратных деяний русского князя, воеводы г. Вильно Д.Е. Мышецкого.

Summary. The article highlights some details of the biography and martial deeds of the Russian Prince, Governor of the city of Vil’no D.Ye. Myshetsky.

Забытое имя

 

Богатырёв Артур Аминович — ведущий инженер-программист филиала ОАО «МРСК-Юга» — «Ростовэнерго» (г. Ростов-на-Дону. Email: artur1984-84@mail.ru)

 

Д.Е. Мышецкий — русский дипломат и воевода XVII века

 

История порой незаслуженно сдаёт в «архив забвения» некоторых своих ярких персонажей, что и произошло с князем Даниилом Ефимовичем Мышецким. А ведь среди его полезных Отечеству деяний помимо многолетней придворной, военной и дипломатической службы было и такое героическое дело, которое принесло бы ратную славу даже более известному российскому военачальнику. Правда, полуторалетняя упорная оборона замка в Вильно (1660—1661), а речь идёт именно об этом событии, от польско-литовских сил закончилась падением крепости и смертью князя.

Род Мышецких, из которого происходил Даниил Ефимович, принадлежал к древней почитавшейся некогда на Руси фамилии «колена Рюриковичей»1. Отец его, Ефим Фёдорович, тоже был незаурядной личностью. В так называемые Смутные времена (1598—1618) он служил при знаменитом воеводе М.В. Скопине-Шуйском, участвуя в сражениях с интервентами и самозванцами на Русском Севере. Тяжёлым испытанием для него явилась защита крепости Орешек (из 1300 человек гарнизона в живых остались около ста) от шведских войск (1611—1612). Ему, захваченному в плен, удалось бежать. Пробравшись из занятого шведами Новгорода в Москву и поступив на службу к новому царю Михаилу Романову, был воеводой в ряде городов. Особо отличился князь Ефим Мышецкий в ходе Смоленской войны (1632—1634), удостоившись царской награды. В 1641 году Е.Ф. Мышецкому была доверена важная дипломатическая миссия — отправиться послом в Грузию, к царю Картли и Кахетии Теймуразу I. Возвратившись, князь жил в заслуженном почёте в Москве, где и умер после 1655 года2, оставив после себя троих сыновей. Старшим из них и являлся Даниил (Данило), родившийся в 1608 году. Как и было положено знатным молодым людям Московского царства, он, повзрослев, поступил на «государеву службу» 24 декабря 1633 года. Документ тех лет свидетельствует о «пожаловании» его в «стряпчие» с пометкой — «наперед того ни в каком чину не был», то есть ранее не служил. В обязанности Даниила-«стряпчего» вменялись «слежение» за царским платьем, «посыльные дела» на царском дворе, а также, как это водилось в XVII веке, выполнение самых разных поручений3. Когда же в Грузию отправилось упомянутое посольство под руководством его отца, через несколько дней после отъезда миссии из Москвы он был послан царём ей вслед, чтобы вручить послу «особую царскую грамоту» с дополнительными инструкциями. 30 июня 1641 года Даниил нагнал посольство в Нижнем Новгороде, откуда по царскому велению следовал уже вместе со всеми.

Во время дипломатической миссии на Кавказе Даниил стал ближайшим помощником отца и даже замещал его иногда в разных делах. Так, 15 сентября 1642 года именно ему Ефим Фёдорович доверил замещать себя на торжественном молебне в Тбилиси в присутствии царя Теймураза I, пока сам «недужил»4.

После вступления на престол Алексея Михайловича молодой Мышецкий стал быстро продвигаться по служебной лестнице. В марте—октябре 1646 года он в составе очередного русского посольства совершил дипломатическую поездку в Литву, а затем был введён в «парадную охрану» московского государя, служивые которой назывались рындами. Впрочем, это была не постоянная должность, хотя очень почётная. Вот почему её представители одевались в драгоценные белые шубы из горностая, сапоги из дорогого сафьяна и песцовые шапки. Не случайно в 1646—1650 гг. Даниил Мышецкий неоднократно упоминается как «рында в белом платье», присутствующий на различных придворных и дипломатических мероприятиях. Ему при этом доверяли очень почётное место «ухабничьего», занимавшего место в задней части (на запятках) царской кареты (возка) во время выездов государя из дворца. Когда 16 января 1648 года состоялась свадьба Алексея Михайловича и Марии Ильиничны Милославской, Данило вместе с младшим братом Борисом исполнял несколько почётных «рындных дел» на этом торжестве5.

6 февраля 1649 года Даниил Мышецкий по челобитной отца был пожалован («повёрстан») от царя поместным окладом (постоянным жалованьем). Как высокое щедрое поощрение, так и служба «рындой» свидетельствуют, что 40-летний к тому времени потомственный князь входил в круг доверенных дворян Алексея Михайловича6.

В 1652 году царь даёт Даниилу Ефимовичу новое дипломатическое поручение — в персидском городе Фарабат через неофициальные переговоры «остановить необъявленную войну» Персии против России и подготовить почву для улаживания конфликта до прибытия «Великого посольства» князя И.И. Лобанова-Ростовского. Мышецкий успешно выполняет столь ответственное задание, облегчая тем самым официальным посланникам задачу приостановить разгорающийся военный конфликт.

Тем временем начались очередные боевые действия с Речью Посполитой. Алексей Михайлович, решивший удовлетворить просьбу гетмана Богдана Хмельницкого о присоединении Украины (Гетманщины) к России, вызвал гнев польского короля. «Гневом шляхетским», можно сказать, события 1654 года и закончились, чему причиной стали победы русского оружия, в том числе овладение городом Вильно (столица Литвы). Приложили руку к изменению ситуации и шведы, напавшие в 1655 году на Речь Посполитую с севера, быстро заняв многие польские области и города, включая Варшаву и Краков. Всё это вызвало тревогу не только у поляков, но и у русского царя, который посчитал Швецию соперницей за обладание Литвой. Вот почему он принял решение начать превентивную войну со Швецией, хотя та столкновения с Россией не желала. Зимой 1655/56 гг. Москва начала подготовку к «ратной брани» со шведами, одновременно вступив в переговоры с поляками о перемирии7. Дипломатическое прикрытие готовившихся «баталий на Балтике» осуществлял Даниил Ефимович, убеждая при посещении различных стран то недругов, то союзников Швеции в полезности для них сотрудничества с Россией в предстоявшей войне. Необходимость его личного участия в многочисленных продолжительных поездках объяснялась отсутствием в то время наших постоянных посольств в Европе8.

Вернувшись в начале 1658 года в Россию, полномочный представитель Алексея Михайловича получил от царя придворный чин стольника и остался жить в Москве. К этому моменту на «государевой службе» он находился уже четверть века. Однако главное деяние его жизни ещё было впереди, вслед за «определением» в мае 1659 года «по воле государя» воеводой Вильно (ныне Вильнюс) вместо князя М.С. Шаховского.

Обстановка в крае была непростой, и вскоре Даниил Ефимович убедился, что в Москве её явно недооценивали. После победоносной кампании (1655 г.) наших войск в Литве дислоцировалось не так уж много. Русские гарнизоны (не более 500—1500 человек в каждом) были разбросаны по нескольким крупным пунктам (Ковно, Гродно, Вильно, Полоцк). Даже армии воевод И.А. Хованского и Ю.А. Долгорукова, формально «приписанные литовским землям», постоянно там не располагались, находясь к тому же далеко друг от друга и насчитывая по 10—15 тыс. человек9.

Теоретически русским должна была помогать местная шляхта (дворянство), в 1655 году массово присягавшая на верность Алексею Михайловичу. Однако как только его ратные успехи подзабылись, это непредсказуемое сословие, особенно западной части края, стало проявлять всё больше своеволия, откровенно противясь жёсткому стилю управления, насаждавшегося, к примеру, тем же Мышецким. Его непримиримая позиция в отношении любых «шатаний» местного населения, особенно проявления «измен», популярности ему, а также «всем московитам» среди поляков не прибавляла. Вот почему в занятую русскими часть Литвы периодически и без особого труда проникали отряды Речи Посполитой, также там действовали отряды разбойников всякого рода и звания, которые вовсе никому не подчинялись10.  <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Более подробно см.: Лебединский М.Ю. Хроника рода князей Мышецких. М., 1998. С. 2—4, 24—26, 41—46.

2 Там же. С. 49—51.

3 Арефьева И.И. Князь Даниил Ефимович Мышецкий — забытый герой ХVII столетия // Живой Колос. 2009. http://ricolor.org.

4 Лебединский М.Ю. Указ. соч. С. 59.

5 Там же.

6 Акты Московского Государства / Под ред. Н.А. Попова. СПб.: тип. Имп. акад. наук, 1894. Т. II. С. 241.

7 Малов А.В. Русско-польская война 1654—1667 гг. М.: Цейхгауз, 2006. C. 16—18, 21.

8 Более подробно см.: Лебединский М.Ю. Указ. соч. С. 59, 60; Русские акты копенгагенского государственного архива, извлечённые Ю.Н. Щербачёвым // Русская историческая библиотека. СПб., 1897. Т. XVI. С. 795—807.

9 Малов А.В. Указ. соч. C. 28—30.

10 Мальцев А.Н. Россия и Белоруссия в середине XVII века. М.: Издательство МГУ, 1974. С. 135—178.