Подготовка Краснознамённого Балтийского флота в начале 1941 года к возможной войне

image_pdfimage_print

Петров Павел Владимирович — кандидат исторических наук (Санкт-Петербург. E-mail: kbf1939@rambler.ru)

Подготовка краснознамённого балтийского флота в начале 1941 года к возможной войне

Краснознамённый Балтийский флот (КБФ; БФ) играл стратегическую роль в системе обороны территории СССР с моря на северо-западном направлении. Важнейшим элементом его подготовки к возможной войне являлось оперативное планирование, которое определяло цели и задачи БФ в случае ведения боевых действий. С этой целью заместитель наркома ВМФ и начальник Главного морского штаба (ГМШ) адмирал И.С. Исаков утвердил 27 января 1941 года тезисы доклада по предполагаемому базированию флота. В документе перечислялись следующие задачи, которые могли возникнуть перед БФ в случае войны: 1) уничтожение корабельных сил противника при попытке захватить побережье, недопущение их прорыва в Финский и Рижский заливы; 2) содействие Рабоче-крестьянской Красной армии (РККА; КА) в захвате вражеского побережья и разгроме неприятельского флота; 3) действия на чужих коммуникациях с целью недопущения перевозок по Балтийскому морю; 4) обеспечение безопасности своих водных путей; 5) содействие продвижению фланга сухопутных войск по шхерному побережью Финского залива1.

Месяц спустя нарком ВМФ адмирал Н.Г. Кузнецов в обстоятельной директиве (№ 14846 от 26 февраля 1941 г.) отметил, что в антисоветскую агрессивную коалицию могут войти Германия, Италия, Венгрия, Финляндия, Румыния, Швеция и Япония. Исходя из этого, он поставил перед командованием флотов и флотилий «боевые задачи в рамках общего плана войны». В частности, БФ должен был «не допустить морских десантов немцев на побережье Латвийской и Эстонской ССР и на острова Моонзундского архипелага», «совместно с ВВС КА нанести поражение германскому флоту при его попытке пройти в Финский залив», «не допустить прорыва кораблей противника в Рижский залив», «содействовать сухопутным войскам на побережье Финского залива и на п-ове Ханко, обеспечивая их фланги и уничтожая береговую оборону финнов», «уничтожить боевой флот Финляндии и Швеции (при выступлении последней против СССР)», «обеспечить в первые дни войны переброску двух стрелковых дивизий с северного побережья Эстонской ССР на п-ов Ханко, а также крупного десанта на Аландские о-ва», «прервать морские коммуникации Финляндии и Швеции в Балтийском море и Ботническом заливе»2. Согласно директиве флотам также требовалось к 15 апреля разработать оперативные планы как основу их действий в начальный период войны.

Содержание перечисленных Н.Г. Кузнецовым задач перекликалось с теми, которые вошли в «Соображения об основах стратегического развёртывания Вооружённых Сил Советского Союза на Западе и на Востоке на 1940 и 1941 годы» (от 18 сентября 1940 г.)3 и в директиву командующему войсками Ленинградского военного округа (ЛВО) (от 25 ноября 1940 г.)4., но они были куда как масштабнее значившихся в «Общем плане действий КБФ» на 1940 год5. В частности, если в последнем говорилось лишь о «недопущении» прорыва германских кораблей в Финский залив6, то в последующих документах от Балтфлота требовалось непременно нанести поражение немецким ВМС ещё при их попытке войти в наши воды. Кроме того, добавилась задача по «недопущению» проникновения немецкого флота в Рижский залив. Наконец, возникла дополнительная задача по уничтожению финского и шведского военно-морских флотов. Это свидетельствовало об очередном усложнении оперативного плана без учёта реальности и возможностей. Не будет преувеличением сказать, что и высшее руководство РККА, и командование ВМФ подходило к составлению оперативных планов для военно-морских объединений формально, «арифметическим» путём, то есть лишь суммируя боевые задачи из разных уже имевшихся документов. При этом одна нереальная задача нагромождалась на другую, ей подобную. Когда же возникла необходимость в практическом осуществлении намеченного, то сразу же проявилась очевидность невозможности воплощения «абстрактных построений». Словом, порочность подобной практики стала понятной только летом 1941 года, в ходе боевых действий. Весной же (5 апреля) нарком утвердил представленные военным советом БФ оперативный план и план прикрытия. При их разработке балтийцы исходили из того, что основным операционным направлением в случае войны станет южная часть Балтийского моря и Финский залив, что противник в состоянии овладеть островами Моонзундского архипелага, городами Ригой и Таллином. Кроме того, учитывая выгодное, «нависающее» положение Финляндии над побережьем Эстонии, военный совет БФ полагал, что противник может развернуть активные боевые действия на морской коммуникации Кронштадт — Таллин — Ханко.

Возможность захвата островов Моонзунда и прорыва немецких ВМС в Финский залив вызывала особую озабоченность командования Балтфлота, поэтому оно подчёркивало, что на первые 10—12 дней войны противостояние этому и является главнейшей задачей. Её выполнение мыслилось путём организации разведки, корабельных дозоров и наблюдения за морем, систематическим нанесением морской авиацией бомбовых ударов по войскам вражеского десанта, кораблям и транспортным средствам в пунктах их сосредоточения7. Создание целого ряда минно-артиллерийских позиций (центральной в устье Финского залива, тыловых в Ирбенском проливе, Соэлозунде, в р-не Либавы и на рубеже Нарген — Порккала-удд) должно было обеспечить необходимые условия для боя с флотом противника. В дальнейшем же, следуя планам, БФ предстояло захватить остров Оланд, высадив на него 2 стрелковые дивизии (сд), осуществить постановку с подводных минных заградителей минных банок на подходах к портам и военно-морским базам (ВМБ) противника для затруднения его действий, выставить мины на внутренних фарватерах морской авиацией8.

В рамках подготовки операции на центральной минно-артиллерийской позиции начальник штаба БФ контр-адмирал Ю.А. Пантелеев направил 11 января 1941 года начальнику ГМШ адмиралу И.С. Исакову «местный» документ — «Наставление на оборону устья Финского залива»9. Основной задачей, вытекавшей из него, являлось недопущение «прорыва противника в Финский залив, для чего совместными ударами надводных, подводных, воздушных сил и сил береговой обороны — уничтожить ЛК [линкоры], КР [крейсеры], ТР [транспорты] противника при попытке форсирования ими главного оборонительного рубежа в устье Финского залива»10. Также штабом Балтфлота были разработаны (начало марта 1941 г.)11 отдельные наставления для ведения боя отрядом лёгких сил и частями северной и южной сковывающих групп на центральной минно-артиллерийской позиции12.

В случае обнаружения основной группировки германских ВМС в среднем и северном районах Балтийского моря первоначальное противоборство с ней предполагалось вести частью сил флота во взаимодействии с авиацией Прибалтийского особого военного округа (ПрибОВО). Для полного уничтожения корабельных группировок, в первую очередь линкоров, крейсеров и транспортов с десантом, главный удар по ней рекомендовалось наносить своими основными силами с опорой на минно-артиллерийские позиции. Но если они ещё не будут созданы, а противник попытается высадить десант, то главный удар следовало наносить совместно с войсками ПрибОВО непосредственно в пунктах высадки13.

С целью упреждения противника в его действиях на море военный совет БФ полагал необходимым провести (до объявления войны или с началом боевых действий) перевозку сд из Таллина на п-ов Ханко, а также постановку минных заграждений первой очереди (в устье Финского залива, в Ирбенском проливе, у Лиепаи и Ханко). К этому же времени подводные минные заградители должны были находиться на подходах к ВМБ и портам противника, а усиленные дозоры подлодок и надводных кораблей — к своим14.

Оборудование центральной минной позиции, состоявшей из трёх линий, планировалось осуществить на акватории протяженностью в 24 мили. Для её надёжного прикрытия на западном направлении предполагалось выставить мины на нескольких линиях, причём готовность 8 из них, считавшихся первоочередными, определялась сроком в 9 дней. Характерно, что мины для третьей очереди ещё даже не поступили от промышленности15, что свидетельствовало о скудности флотских спецсредств, не позволявшей выполнить минно-заградительные операции в полном объёме. Это неприятное обстоятельство выяснилось для руководства в ходе оперативной проверки ГМШ (февраль 1941 г.). Она показала, что планы основных минных постановок БФ совершенно не были обеспечены имевшимся на флоте минным запасом. Недостаточной оказалась и боевая подготовка корабельных экипажей16. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Российский государственный архив Военно-морского флота (РГА ВМФ). Ф. Р-1877. Оп. 1. Д. 166. Л. 155.

2 Цит. по: Золотарев В.А., Козлов И.А. Три столетия Российского флота, 1914—1941. М.; СПб., 2004. С. 497; Золотарев В.А., Шломин В.С. Как создавалась военно-морская мощь Советского Союза: В 2 кн. М.; СПб., 2004. Кн. 1. С. 37, 38; Платонов А.В. Трагедии Финского залива. М.; СПб., 2005. С. 14, 15.

3 1941 год / Сост. Л.Е. Решин и др.: В 2 кн. М., 1998. Кн. 1. С. 236—253.

4 Там же. С. 418—423.

5 РГА ВМФ. Ф. Р-92. Оп. 2. Д. 660. Л. 1—24.

6 Там же. Л. 7.

7 См.: Военно-Морской Флот Советского Союза в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг. 2-е изд., испр. и доп. Балтийский флот. СПб., 2006. Т. III. С. 24; Платонов А.В. Указ. соч. С. 15, 16.

8 Военно-Морской Флот Советского Союза в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг. Т. III. С. 24.

9 РГА ВМФ. Ф. Р-1877. Оп. 1. Д. 167. Л. 233—260 («Наставление на оборону устья Финского залива» было утверждено военным советом БФ 10 января 1941 г.).

10 Там же. Л. 234.

11 Центральный военно-морской архив (ЦВМА). Ф. 161. Оп. 6. Д. 56. Л. 1—9.

12 Там же. Д. 55. Л. 1—19.

13 Военно-Морской Флот Советского Союза в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг. Т. III. С. 24, 25.

14 Там же. С. 25.

15 Там же.

16 РГА ВМФ. Ф. Р-1877. Оп. 1. Д. 166. Л. 32—36.