Я прошу убедительно… о скорейшем отправлении… запасов к армии, направляя транспорты прямейшим трактом через Юхнов к Ельне

image_pdfimage_print

ИЗ ИСТОРИИ ТЫЛА ВООРУЖЁННЫХ СИЛ

Вещиков Пётр Иванович — ведущий научный сотрудник Научно-исследовательского института (военной истории) Военной академии Генерального штаба ВС РФ, полковник в отставке, доктор исторических наук, профессор (119330, Москва, Университетский проспект, д. 14)

«Я прошу убедительно… о скорейшем отправлении… запасов к армии, направляя транспорты прямейшим трактом через Юхнов к Ельне»

К 200-летию Отечественной войны 1812 года

Военное хозяйство русской армии к началу Отечественной войны 1812 года было в значительной степени преобразовано. Комиссариатская и провиантская экспедиции стали департаментами — самостоятельными отделами Военного министерства. Директору провиантского департамента присваивалось воинское звание генерал-провиантмейстера, директору комиссариатского — генерал-кригс-комиссара.

Новым положением о полевом управлении войсками, получившим название «Учреждение для управления большой действующей армией», вместе с чисто военными задачами определялись также основные положения снабжения войск всем необходимым, в том числе провиантом и фуражом. При этом главнокомандующему и штабу полевой армии предоставлялась бóльшая, чем раньше, самостоятельность в решении вопросов снабжения войск в соответствии с планом войны и сложившейся обстановкой. Выделенные на войну материальные и денежные средства, а также местные ресурсы передавались в распоряжение главнокомандующего, что позволяло быстрее решать возникавшие вопросы, однако с центральных органов снабжения ответственность за обеспечение действующей армии не снималась.

На штаб армии возлагалась обязанность управления органами снабжения, он планировал и осуществлял руководство медицинским обеспечением войск, а также размещением и перемещением магазинов, артиллерийских и инженерных парков.

В «Учреждении…» подробно определялись работа полевого провиантского управления, его состав, взаимодействие с другими управлениями, порядок назначения фондов и реализация планов по заготовке продфуража. Впервые подобным документом было определено, что управление «устанавливает нормы некоторых видов довольствия в военное время».

Согласно новому документу продовольственное обеспечение войск с «переходом границы» осуществлялось «по положению мирного времени». Мясная (0,5 фунта) и винная (1/80 ведра) порции должны были выдаваться строевым три раза в неделю, а нестроевым — два. При этом главнокомандующему «для сбережения или ободрения войск» предоставлялось право разрешать выдачу продовольствия по норме на военное время до перехода границы, когда войска находились ещё в районе сосредоточения, а также увеличивать число мясных и винных порций в неделю.

Полевое комиссариатское управление должно было обеспечивать войска мундирными, амуничными вещами и обувью, конским снаряжением и обозом; снабжение госпиталей предметами вещевого довольствия занимало особый раздел; регламентировалось и состояние обоза, который подразделялся на лёгкий и тяжёлый: лёгкий следовал за передовыми соединениями, а тяжёлый перемещал армейские склады, находясь за оперативным построением войск.

Особое место в «Учреждении…» занимало уголовное уложение, каковым определялась ответственность тех или иных лиц за совершённые преступления или неправомерные действия. При этом всякое излишнее требование интендантского чиновника считалось кражею; в случае её доказательства лицо, совершившее её, наказывалось возвращением втрое украденного и изгнанием из армии, а за растраты армейских сумм можно было угодить в солдаты на 10 лет. То же ожидало виновных за продажу на сторону продовольствия, заготовленного для армии. Предусматривалось строгое наказание и за более мелкие правонарушения. Так, обмер и обвес наказывались возвращением недомеренного втрое и ссылкой в Сибирь, за приём испорченного мяса или мяса больной скотины виновные подлежали разжалованию в солдаты на 10 лет, доказанное лихоимство наказывалось лишением всех чинов и изгнанием из армии.

Хотя новым документом значительно упорядочивалось материальное обеспечение войск, особенно продовольственное снабжение в ходе военных действий, он не был лишён недостатков. Главные из них сводились к следующему:

— двойственная подчинённость довольствующих органов, заключавшаяся в том, что приданные корпусам и дивизиям комиссии и комиссионерства, подчинённые строевым начальникам, в то же время оставались в подчинении своему начальству, что на практике вызывало массу недоразумений;

— отсутствие в ряде случаев чёткого разграничения круга деятельности отдельных лиц и управлений (так, например, дежурный генерал в армии являлся главным начальником госпиталей, в то время как их хозяйственники подчинялись полевому комиссариатскому управлению)1;

— возложение на генерал-интенданта армии обязанностей начальника губерний, объявленных на военном положении, и обязанностей генерал-губернатора временно оккупированных заграничных областей2;

— отсутствие точного определения прав генерал-интенданта армии по хозяйственной части;

— освобождение корпусных командиров и начальников отдельных частей от забот по продовольственному обеспечению личного состава3.

Тем не менее именно благодаря данному «Учреждению…», а также усилиям нового военного министра генерала от инфантерии М.Б. Барклая-де-Толли к апрелю 1812 года удалось создать такие запасы продовольствия и фуража, которые в основном должны были покрывать плановую потребность армии.

Склады с материальными средствами размещались с учётом избранной оборонительной линии по Западной Двине и Днепру, а запасные склады по трём главным операционным линиям: от Ковно к Двине, от Брест-Литовска к Киеву и Бобруйску4.

Хлебопекарни и сушильни сухарей создавались в местах размещения главных запасов продовольствия. Хлебопекарни строились двух типов: так называемого тавастгустского и обыкновенного русского образца. Расчёт был такой, чтобы 20 обычных русских печей при трёх топках могли в сутки выпекать суточную потребность хлеба для одной дивизии. Тавастгустские 6 печей заменяли по производительности 20 печей русского образца.

Контроль за строительством печей, оборудованием складов, наличием продуктов и их качеством был возложен на помощника генерал-провиантмейстера — в то время действительного статского советника Е.Ф. Канкрина5.

Что касалось обмундирования, снаряжения и обуви, то по линии комиссариатского ведомства их планировалось заготовить в объёме четверти «комплекта армии» и хранить в Москве и Санкт-Петербурге. Однако денежные средства специально для этих целей не выделялись: расходы приказано было «относить на счёт сумм комиссариатской экспедиции, оставшихся от прежних лет». <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Редигер. Устройство полевого управления в нашей армии // Военный сборник. 1890. № 4. С. 220—224.

2 В Отечественную войну 1812 г. это нововведение не применялось на территории России, однако в 1813 и 1814 гг. оно было применено в отношении Саксонии. См.: Затлер Ф. Записки о продовольствии войск в военное время. Ч. I. СПб., 1860. С. 8.

3 Такое положение повторилось в Красной армии в период с 1924 по 1935 г.

4 Пункты размещения складов с продфуражом к апрелю 1812 г.: Рига; Динабург; Дрисса; Десна; Великие Луки; Бобруйск; Рогачёв; Киев; Шавли; Вильно; Вилькомир; Кольтинян; Гродно; Брест; Слоним; Слуцк; Пинск; Мозырь; Староконстантинов; Житомир; Заславль; Острог; Дубно; Луцк; Копыс и Любомль. В них содержались 353 625 четвертей муки, 33 271 четверть крупы и 468 690 четвертей овса. Это было меньше положенного, поэтому планировался подвоз ещё значительного количества продфуража, особенно муки и овса. Четверть — русская мера объёма сыпучих тел равна 2 осьминам = 209,91 л и жидкостей = ¼ ведра, т.е. 3,08 л.

5 Канкрин Егор Францевич (1774—1845) — граф, российский государственный деятель, в 1823—1844 гг. министр финансов, провёл финансовую реформу, ввёл в качестве основы денежного обращения серебряный рубль.