В ВОЗДАЯНИЕ ОТЛИЧНОГО МУЖЕСТВА И ХРАБРОСТИ…

image_pdfimage_print

Военная летопись отечества

ПЕЧЕЙКИН Александр Валерьевич — ведущий научный сотрудник Центрального пограничного музея, кандидат исторических наук

(Москва. E-mail: woka345@mail.ru)

«В воздаяние отличного мужества и храбрости…»

К 200-летию Отечественной войны 1812 года

История появления гусар как вида лёгкой конницы уходит в Средние века. Принято считать, что король Венгрии Матиаш (Матияш) Корвин в 1458 году учредил особое ополчение лёгкой конницы для защиты границ от турок. В него венгерское дворянство должно было направлять из своей среды каждого двадцатого человека в полном боевом снаряжении, с лошадью и оружием. От венгерских слов «двадцать» (husz) и «подать» (ar) по преданию и произошло слово гусар1.

Однако в историографии высказываются сомнения в венгерском происхождении слова. Ряд исследователей выводит его из сербохорватского языка, в который оно попало из латыни и употреблялось в значении «пират», «разбойник». О том же писали и российские историки, выводившие слово «гусар» от «гусь», «гусак», обозначавшего как птицу, так и бродягу, разбойника2. Кстати, разбойничьи повадки первых европейских гусар не являлись секретом. «Это, говоря без обиняков, настоящие бандиты на лошадях», — писал о гусарах маршал Лаколони в 1703 году. В 1711 году маршалу вторил Гасьйон: «Я не смогу назвать точное количество захваченных знамён, потому что это именно гусары их захватывали, и у них невозможно было их вырвать назад: они использовали их для переплавки позолоты и для своих личных нужд»3.

Нельзя игнорировать и то, что в Польше, где гусары возникли около 1500 года, ими стали именно сербы — выходцы из Далмации и части Сербии, принадлежавшей в то время Венгрии. Интересно, что примерно в это же время на французской и итальянской службе появляются роты лёгких конников, которых называли страдиотами (от греч. stratiôtês — солдаты), а в Испании — мавританскими генетариями. При этом ряд исследователей утверждает, что слово «генетарий» происходит от названия лёгкого копья — генеты (jineta), другие — от породы мелких испанских лошадей (genet). Все эти воины носили облегчённый набор наступательного и защитного вооружения, а облик французских страдиотов, кстати говоря, выходцев с Балкан, весьма напоминал польских гусар середины XVI столетия4.

Примем во внимание, что Испания, юг Франции, Италия, Балканский полуостров на рубеже XV—XVI вв. являлись ареной противостояния между христианской Европой и набиравшей силу мусульманской экспансией. Именно здесь происходили постоянные стычки между христианскими и мусульманскими войсками, а также небольшими вооружёнными группами, в ходе которых оттачивались новые средства борьбы, шло взаимопроникновение военных культур Запада и Востока. Неудивительно, что как раз в этих регионах и шло создание на основе тяжёлого европейского всадника адекватного противника лёгкому мусульманскому коннику.

Вслед за Венгрией и Польшей гусарские полки появляются в Франции (1629 г.), Австрии (1688 г.), Пруссии (1725 г.). Так, ко времени вступления на престол Фридриха II (1740 г.) прусская конница располагала двумя гусарскими частями5.

В России первые гусарские подразделения организуются при Михаиле Фёдоровиче Романове, но их вклад в развитие вооружённых сил страны оказался столь незначителен, что в своём достаточно подробном описании структуры русских войск в XVII веке С.М. Соловьёв их даже не упомянул6.

Пётр I также предпринял попытки создать гусарские полки. В 1707 году была сформирована Волошская (Молдавская) лёгкоконная хоронгвь (хоругвь, рота), на основе которой через год развернули Молдавский гусарский полк. К 1711 году имелось 6 полков и 2 отдельные хоронгви. В 1721 году все наёмные гусарские роты распустили. В 1723 году началось формирование Сербского гусарского полка, а в 1736—1740 гг. к нему добавились Болгарский, Венгерский, Волошский и Грузинский поселённые гусарские полки. В 1765 году после ликвидации Слободского казачьего войска создаются также поселённые гусарские полки из бывших казаков. В 1783 году армейские гусарские полки переименовали в лёгкоконные.

Тактически на гусар возлагались задачи сторожевой и разведывательной службы. На походе они неизменно входили в состав сил авангарда или арьергарда, скрывая движение армии, ведя разведку противника. Гусары были незаменимы в партизанских «партиях», для действий на вражеских коммуникациях. Они первыми бросались в преследование разгромленного врага, а при неуспехе прикрывали отступление основных сил.

Гусарская лошадь могла быть любой масти, только трубачи выделялись серыми лошадьми. Рост лошадей колебался в пределах 142—151 см. Цена лошади обычно достигала 40 рублей, но во время боевых действий, учитывая возросший спрос, тех же лошадей приходилось покупать и по 200 рублей. Деньги по тем временам немалые.

Рядовой состав гусарских полков комплектовался на основе рекрутской повинности и вербовки. Рекрутов старались набирать из уроженцев Украины, Белоруссии и Южной России, ростом от 165 до 169 см. Вербовка же поставляла в полки людей самой разной национальности, наружности и рода занятий. Так, в 1807 году во вновь создаваемый Лубенский гусарский полк в Шклове и Могилёве были навербованы греки, сербы, молдаване, немцы, французы, поляки, цыгане, крещёные евреи, даже несколько негров. Это были отставные чиновники, семинаристы, купцы, мещане, дворяне, крестьяне, священнослужители, авантюристы всех мастей. Тем не менее, попав в крепкие руки кадровых офицеров, эти люди вскоре стали отличной воинской частью, прекрасно воевавшей в кампаниях 1812—1814 гг.

А кто же они были — эти самые кадровые офицеры? Сначала подчеркнём, что служба в лёгкой коннице не считалась особо престижной, поэтому здесь редко попадались представители старой знати. Главное, чем была привлекательна для молодёжи гусарская офицерская среда, — некая фронда, дух свободомыслия, даже вольнодумства, что, между прочим, не только не вредило, а даже шло на пользу делу. Ведь действия небольшими подразделениями, в рассыпном строю, предъявляли повышенные требования не только к индивидуальной подготовке всадника, но и к его характеру. Выполнить поставленные задачи и выжить в таких условиях могли только люди, умеющие быстро оценивать постоянно изменявшуюся обстановку, мыслить самостоятельно, нетривиально, действовать смело, решительно, дерзко. Иными словами, люди внутренне свободные. Поэтому начальство прощало и, до определённой степени, конечно, даже поощряло такую свободу в гусарской офицерской среде. Оттого и усы, в начале XIX века считавшиеся признаком дурного тона, в лёгкой коннице получили большое распространение. Ведь быть внешне не таким, как все, — эта идея всегда привлекала молодёжь. Немалую роль играло и знаменитое гусарское обмундирование7.

Гусарская форма, позаимствованная из венгерского национального костюма, сохранила до начала ХХ века его характерные черты. Первоначально она состояла из дулама (доломана), ментии (ментика), носимой на левом плече, чакчир и высокой меховой шапки с суконным шлыком. Цвета доломанов, ментиков и чакчир в каждом полку определялись свои. Гусары также носили особые причёски в виде заплетённых на висках и на затылке косичек.

Необычным был гусарский мундир, называемый доломаном (от тур. долама). Характерный признак такого мундира — расшивка шнурами: на груди в несколько рядов, на спинных швах, задних полах, рукавах, вокруг воротника, причём на рукавах шнур образовывал так называемый венгерский узел, а на воротнике, сзади, — гусарский узел. Другой особенностью доломана являлись наплечные шнуры вместо погон или эполет. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Потрашков С.В., Потрашков А.С. Иллюстрированный военно-исторический словарь. М., 2007. С. 150, 151 и др.

2 См.: Военный энциклопедический лексикон, издаваемый обществом военных и литераторов. СПб., 1853. Т. 4. С. 552; Военная энциклопедия. Пб., 1912. Т. VIII. С. 547—649; Толстой И.И. Сербохорватско-русский словарь. М., 2001. С. 78; Encyclopaedia Britannica. A New Survey of Universal Knowledge. Vol. 11. Chicago. London. Toronto, W/o. Y. P. 943; Meyers Neues Lexikon. Band 6. Leipzig, 1973. S. 417 и др.

3 См.: Функен Ф., Функен Л. Европа XVIII век: Франция — Великобритания — Пруссия: Кавалерия — Артиллерия. Армии европейских стран. М., 2003. С. 30.

4 См.: Функен Ф., Функен Л. Средние века. Эпоха Ренессанса: Пехота — Кавалерия — Артиллерия. М., 2002. С. 36—42.

5 См.: Примечания Брикса к истории конницы Денисона. СПб., 1897. С. 76; Nouveau dictionnaire pratique quillet. Paris, 1974. T. 2. P. 1351; Gottberg Bernd. Die preussische Kavallerie. 1648 bis 1871. Berlin, 1990. S. 47—56 и др.

6 Цвиркун В.И. Гусары в русском войске XVII века // Воен.-истор. журнал. 1993. № 6. С. 69—71.

7 См., например: Гусары эпохи 1812 года. Вып. 1 (Серия «Русский военный костюм»). М., 1989; Валькович А. Армейские гусары 1812—1816. Новые материалы // Цейхгауз. 1991. № 1. С. 19—23; Алёхин П.Г., Валькович А.М. Павлоградские гусары в 1812—1815 гг. // Сержант. 2007. № 2(39). С. 25—29 и др.