Пресечение подрывной деятельности против Советской России

image_pdfimage_print

НАЦИОНАЛЬНАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ

Ширяев Владимир Александрович — сотрудник Хабаровского пограничного института ФСБ России, полковник, кандидат исторических наук, доцент

(г. Хабаровск. E-mail: shiryaev1955@rambler.ru)

Егоров Николай Александрович — сотрудник Хабаровского пограничного института ФСБ России, майор, кандидат исторических наук (680017, г. Хабаровск, ул. Большая, д. 85)

Пресечение подрывной деятельности против Советской России на Дальнем востоке в 1920-е годы

После утверждения советской власти на Дальнем Востоке (1922 г.) значительная часть её противников, участников так называемого Белого движения, сосредоточилась в Маньчжурии. Как отмечает один из современных исследователей рассматриваемой темы, их численность «по данным различных источников… составляла до 200 тыс. человек»1. Так что об окончании Гражданской войны и интервенции в России (1918—1920 гг.), о чём свидетельствуют официальные справочные издания, было в то время трудно говорить: борьба против Республики советов не прекращалась. Те же белоэмигранты, оказавшиеся за рубежом, создали при поддержке иностранных спецслужб различные военно-политические организации. Их устремления направлялись на свержение советской власти путём проведения пропагандистских, провокационных, разведывательных, террористических акций2. Преследуя эти цели, они готовили агентов, эмиссаров, вооружённые подразделения («белопартизанские отряды»), диверсионные группы. Например, многочисленная белоэмигрантская диаспора в Северо-Восточном Китае, находившаяся не только под влиянием, но и контролем иностранных, особенно японских и китайских, спецслужб, использовалась враждебным зарубежьем для подрывной деятельности3, а из остатков эвакуированных после поражения в Маньчжурию и Китай белых армий сколачивались боевые формирования для засылки на советскую территорию.

В 1923—1925 гг. отмечалась активность белоэмигрантских отрядов по организации диверсий на железной дороге советского Дальнего Востока. Так, 26 июня 1923 года в Приморье на перегоне Уссури-Прохаско засланные белоэмигрантами диверсанты положили на полотно железной дороги рельсы и шпалы. Лишь благодаря бдительности машиниста удалось избежать крушения товарного поезда. В ночь на 27 июня была обстреляна охрана моста через р. Хор около Хабаровска. В июне—июле 1923-го отряд под командованием бывших белых офицеров Филиппова и Кочмарёва захватил ст. Дарасун в Забайкалье, разбил телеграфные аппараты, прервал движение поездов. В феврале 1924-го судебный процесс над захваченными Кочмарёвым и его помощником Якимовым показал, что диверсионными действиями руководил есаул Филиппов, один из ответственных исполнителей генерала Шильникова по созданию специальных групп для дезорганизации работы железнодорожного транспорта. В конце августа 1923 года при нападении на ст. Белогорск Амурской ж.д. белоэмигрантскими отрядами была сожжена водокачка и выведен из строя телеграфный аппарат, на разъезде 485-й версты Уссурийской ж.д. были разбиты аппараты связи, уничтожены станционные постройки, сожжён деревянный мост.

В последующем террористические действия ещё больше усилились. То и дело совершались налёты на железнодорожные станции и разъезды, сжигались мосты (в Спасском, Никольск-Уссурийском уездах, Ольгинском районе). В январе 1924 года белоэмигрантские формирования прервали железнодорожное сообщение с Благовещенском: в 18 км от города подпилили мост, который обрушился вместе с паровозом, в результате чего погибли машинист и кочегар. В мае было совершено нападение на охрану моста через реку около Бикина, в августе разоружили охрану на железнодорожных мостах через реки Иман и Уссури; на магистрали Владивосток — Хабаровск происходили обстрелы пассажирских поездов, на реках — пароходов.

Увеличилось количество крушений поездов из-за диверсий в Забайкалье. Так, в районе ст. Карымская отряд Вицина подготовил крушение скорого поезда, повлекшее за собой человеческие жертвы. В районе Нерчинска диверсанты несколько раз в течение месяца взрывали железнодорожное полотно.

Большой ущерб белоэмигрантская диверсионная деятельность наносила работе телеграфной и телефонной связи. В 1923 году руководитель «белопартизанских» отрядов есаул Овечкин регулярно высылал мелкие диверсионные группы по 3—5 человек для повреждения связи. В июле 1924-го диверсанты на железнодорожных разъездах в Спасском уезде вывели из строя телеграфную и телефонную связь. В августе—декабре в 5 км от Благовещенска был вырезан целый пролёт телеграфных и телефонных проводов. В апреле—июне 1925-го белоэмигрантские отряды 25 раз прерывали телеграфно-телефонную связь между уездными центрами и волостями Приморья, Приамурья и Забайкалья4.

Как правило, шпионы и диверсанты переправлялись нелегально через линию государственной границы вне пунктов пропуска, остальные — через эти же пункты «на законных основаниях», а точнее по поддельным или чужим документам. Для предупреждения подобных случаев, выявления, задержания или ликвидации шпионов, эмиссаров, курьеров и связников белоэмигрантских центров требовалась надежная организация войсковой охраны границы.

Пресечением подрывных устремлений белоэмиграции и иностранных спецслужб в тот период занимались органы ОГПУ*, в частности советская контрразведка. Однако немалую роль в борьбе с вооружёнными формированиями и агентами, засылавшимися на нашу территорию, играли органы погранохраны.

«Охрану границ в мирное время, — подчёркивал председатель ОГПУ Ф.Э. Дзержинский, — отделить от борьбы с контрреволюцией и бандами, где система разведки должна занимать всё больше места, нельзя»5. Вот почему эта задача трактовалась как политическая, что нашло отражение в Положении об охране государственных границ СССР от 15 июня 1927 года. В нём «политическая охрана границы» определялась как борьба пограничной охраны со всякими попытками незаконного водворения в пределы Союза ССР литературы, оружия и тому подобного, либо перехода границы с целью учинения контрреволюционных преступлений6.

После окончания Гражданской войны и ликвидации Дальневосточной республики** основу пограничной охраны Дальнего Востока составили 8-й Акшинский, 9-й Даурский, 10-й Черняевский, 11-й Уссурийский, 20-й Благовещенский, 21-й Хабаровский и 22-й Приморский пограничные отряды, в каждый из которых входило от 2 до 4 пограничных комендатур7. Им часто приходилось первыми вступать в бой с диверсионными формированиями. Так, в 1923 году на участке дальневосточной границы, где в последующем сформировались Владивостокский, Гродековский и Кяхтинский пограничные отряды, были разгромлены 43 вооружённых формирования и уничтожены 2430 нарушителей государственной границы8. В 1923—1927 гг. Никольск-Уссурийский кавалерийский пограничный отряд имел 49 боевых столкновений с бандами хунхузов*** и «белопартизанскими» отрядами, Владивостокский — 28. Кроме нападений на населённые пункты, эти банды неоднократно предпринимали попытки захватить пограничные заставы9. В 1926 году дальневосточным пограничникам пришлось отражать налёты белоэмигрантских банд из-за кордона 51 раз, в 1927-м — 57; в том же 1927 году было зафиксировано 50 случаев обстрела пограничных нарядов10. С 1923 по 1928 год были полностью ликвидированы 22 «белопартизанских» отряда общей численностью около тысячи человек, задержаны более 100 диверсантов11. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Егоров Н.А. Деятельность иностранных спецслужб на Дальнем Востоке по использованию маньчжурской белоэмиграции в 1922—1941 гг. // Воен.-истор. журнал. 2009. № 11. С. 48.

2 В 1920-е годы в Маньчжурии действовал ряд местных военно-политических организаций белой эмиграции, таких как «Амурская военная организация», «Вера. Царь. Народ», Русская казачье-крестьянская партия, Союз казаков на Дальнем Востоке и т.д. Кроме того, на Дальнем Востоке были созданы филиалы крупных европейских белоэмигрантских организаций: «Русского общевоинского союза», «Братства Русской Правды», «Трудовой крестьянской партии» и др.

3 Егоров Н.А. Указ. соч. С. 48—50.

4 Фомин В.Н. Части особого назначения (ЧОН) на Дальнем Востоке в 1918—1925 гг. Брянск: Грани, 1994. С. 46, 47.

5 Ф.Э. Дзержинский и охрана границ Советского государства. Сб. документов и статей. М.: Политиздат, 1977. С. 77.

6 Махаев А.Б. История пограничных органов России: Хрестоматия. Голицыно: ГПИ ФСБ РФ, 2009. С. 146, 147, 157.

7 Центральный пограничный архив ФСБ РФ (ЦПА ФСБ РФ). Ф. 160. Оп. 2. Д. 1. Л. 1; Ф. 163. Оп. 1. Д. 1. Л. 1, 2; Ф. 222. Оп. 1. Д. 1. Л. 2; Ф. 225. Оп. 1. Д. 1. Л. 1.

8 Центральный пограничный музей ФСБ РФ. ДФ. П. 135. Д. 2. Л.  8, 11—13; Пограничные войска СССР 1918—1928 гг.: Сб. документов и материалов / Сост. Е.Д. Соловьёв и др. М.: Наука, 1973. С. 820, 821, 858, 868, 870.

9 Шкаренков Л.К. Агония белой эмиграции. М.: Мысль, 1986. С. 168, 169.

10 ЦПА ФСБ РФ. Ф. 220. Оп. 1. Д. 760. Л. 260, 263.

11 Янгузов З.Ш. Границ Отчизны часовые. Благовещенск: Амурское отд. Хабаровского кн. изд., 1968. С. 3.

* Объединённое государственное политическое управление. В 1917—1922 гг. — Всероссийская чрезвычайная комиссия (ВЧК); в 1922—1923 гг. — Государственное политическое управления (ГПУ).

** Дальневосточная республика (ДВР) — так называемое «буферное» государство, образованное 6 апреля 1920 г. на территории Забайкальской, Амурской и Приморской областей. В ноябре 1922 г. после разгрома белогвардейцев и японских интервентов ДВР вошла в состав РСФСР.

*** Хунхузы (кит. хунхуцзы) — участники вооружённых банд, действовавших в Маньчжурии в 1850—1940 гг.