СССР и Прибалтика: реализация договоров о взаимопомощи в 1939—1940 гг.

image_pdfimage_print

Из истории военно-политических отношений

Ковалев Сергей Николаевич — ведущий научный сотрудник научно-исследовательского отдела (военной истории Северо-Западного региона РФ) Научно-исследовательского института (военной истории) Военной академии Генерального штаба Вооружённых сил РФ, полковник запаса, кандидат исторических наук

(Санкт-Петербург. E-mail: milhistory@yandex.ru)

СССР и Прибалтика: реализация договоров о взаимопомощи в 1939—1940 гг.

В предыдущей статье1 было освещено развитие отношений Советского Союза и Балтийских государств в конце 1930-х годов в условиях экспансионистской политики Германии и нарастания угрозы фашистской агрессии, приведшее к заключению в 1939 году договоров о взаимопомощи между СССР и этими странами. На этом основании в них были введены контингенты РККА: в Эстонию — 65-й Особый стрелковый корпус (ОСК), в Латвию — 2 ОСК, в Литву 16 ОСК. Контроль боевой подготовки, вооружения и снабжения этих войск нарком обороны (НКО) СССР приказом от 27 ноября 1939 года № 0185 возложил на своего заместителя командарма 2 ранга А.Д. Локтионова2.

Наркоматы обороны и ВМФ приступили к подготовке прибалтийских территорий в военном отношении, строительству объектов военной инфраструктуры, в первую очередь для флота.

По приказу наркома ВМФ от 1 октября 1939 года № 30103 начальник Главного морского штаба издал директиву о подготовке указаний управлениям Наркомата ВМФ по обеспечению базирования в портах Таллин — Рогекюль и Палдиски отряда кораблей КБФ4.

19 октября наркому (НК) ВМФ были представлены отчёт специальной комиссии о создании «артиллерийской системы обороны побережья Балтийского моря и вынесенного вперёд базирования КБФ», а также «Расчёт противодесантной и сухопутной обороны УРов побережья Балтийского моря»5. Комиссия предложила создать 5 укреплённых районов для обороны входов в Финский и Рижский заливы из Балтийского моря, защиты баз в Палдиски и Лиепае (Либаве), систему береговых укреплений «дополнить оборонительными сооружениями со стороны сухопутного фронта». Было предусмотрено, что части РККА «в основном возьмут на себя оборону от сухопутного противника».

20 октября 1939 года состоялось заседание главного военного совета ВМФ с повесткой: «О системе обороны Краснознамённого Балтийского флота» (КБФ). В развитие принятых на нём решений были изданы приказы наркома ВМФ: 1 ноября — о проведении изысканий под строительство объектов береговой обороны в Эстонии6 и 3 ноября — об организации инженерных и строительных органов для выполнения оборонительного строительства в Эстонии и Латвии7.

Постановлением Комитета обороны (КО) при СНК СССР от 15 ноября 1939 года на «производство строительных работ по установке батарей и оборонных объектов на 1939—40 гг.» была утверждена смета на сумму 219 823 тыс. рублей8. Только в Эстонии предстояло построить и оборудовать свыше 108 объектов, в том числе 50 военных городков, 24 аэродрома, 3 военных порта, позиции 25 артиллерийских батарей различного калибра9.

1 февраля 1940 года в Палдиски была сформирована Балтийская военно-морская база, 25 февраля постановлением КО при СНК СССР утверждён «титульный список строительства» на 1940 год в объёме 120 млн рублей из резервного фонда СНК СССР, привлечены к этой работе наркоматы лёгкой промышленности, торговли, морфлота, судпрома, путей сообщения10. Было разрешено нанять для строительства 10 000 местных рабочих11.

Необходимость этих мер объяснялась тем, что базы «были не оборудованы для стоянки большого количества кораблей», так как правительства Эстонии и Латвии «исходили из потребностей своих карликовых флотов»12. Назначенный командиром береговой обороны Балтийского района С.И. Кабанов отмечал: «Палдиски без перестройки не может быть морской базой»13.

Обустройство и обеспечение соединений РККА и сил ВМФ затрудняли экономические проблемы, созданные властями Прибалтийских стран. В Латвии 29 ноября 1939 года был принят закон о снабжении и частноправовых сделках с размещёнными на территории Латвии иностранными войсками14, предоставивший исключительное право таких сделок особому комитету по снабжению гарнизонов. Советские представители отмечали, что этот комитет «лишает возможности непосредственной связи с конкурентными фирмами», а «настроение “заработать” зашло настолько далеко, что латпра (латвийское правительство. — С.К.) потеряло чувство меры»15. В представленном литовской стороной проекте цены «по арендным условиям… на здания и земли» были «преувеличены в 5 и 10 раз»16. Аналогичная ситуация сложилась в Эстонии17.

Проблемы обустройства препятствовали боевой подготовке советских войск. Командир 65 ОСК А.А. Тюрин 27 декабря 1939 года докладывал военному совету Ленинградского военного округа и замнаркома А.Д. Локтионову, что «с учебной точки зрения выход частей корпуса в лагеря в 1940 году был бы очень желателен»18, но для этого не готовы объекты военной инфраструктуры. Поэтому Тюрин предлагал в лагеря не выходить, ограничиться выводом отдельных подразделений вблизи пунктов их дислокации. Во 2 и 16 ОСК складывалась аналогичная ситуация.

Советское военное руководство считало необходимым сосредоточить основные усилия на поддержании боеготовности корпусов, дислоцированных в Прибалтике. НКО СССР 6 февраля 1940 года издал приказ № 32ш19, и замнаркома Локтионов 3 марта направил указания об организации обороны гарнизонов и проведении тренировок с выходом в районы обороны, организации караульной службы по охране военных городков, выставлении дополнительных постов у домов проживания командного состава, усилении службы дежурных и контрольно-пропускного режима20. Было предусмотрено, что в ходе тренировок «дежурные подразделения всех частей 3—4 раза в месяц поднимаются по боевой тревоге» с занятием позиций для обороны, а все части гарнизонов — раз в месяц. С командирами и штабами проводились занятия по организации обороны с выходами на местность.

В апреле НКО доложил руководству СССР о необходимости замены личного состава частей в Эстонии, Латвии и Литве. 23 апреля военным советам Ленинградского (ЛВО), Калининского (КалВО) и Белорусского особого (БОВО) военных округов была направлена директива НКО, определившая перечень соединений и частей, заменяемых с 1 по 15 июня 1940 года21.

Во время Советско-финляндской войны (1939—1940 гг.) официальный Таллин, как сообщил в Наркомат иностранных дел (НКИД) полпред СССР в Эстонии К.Н. Никитин, отклонил финскую ноту протеста против стоянки участвовавших в боевых действиях сил «нашего флота в Таллине, Хаапсалу и Палдиски». Эстонцы сочли «не противоречащей их нейтралитету стоянку советских судов в водах Эстонии»22. В то же время, по данным НКВД, в Эстонии шла вербовка её жителей добровольцами в финскую армию, что расценивалось как нарушение советско-эстонского Пакта о взаимопомощи23, но советская сторона претензий по этому поводу не предъявляла24.

В ходе войны были непреднамеренные случаи бомбардировок советскими самолётами территории республики25. 2 февраля 1940 года эстонский самолёт «Бристоль Бульдог» «был обстрелян в Таллине с русских кораблей»26, когда в нарушение маршрута несколько раз пролетел над ними. Эстония направила ноту протеста. Советский Союз ответил извинениями27. По этому факту на заседании Политбюро ЦК ВКП(б) 5 февраля было принято постановление о наложении взысканий на должностных лиц28.

Полпред СССР в Латвии И.С. Зотов в докладе руководству от 4 декабря 1939 года заострил внимание на трактовке положений советско-латвийского Пакта о взаимопомощи президентом Латвии К. Ульманисом, который заявлял, что «целью и заданием этих (советских. — С.К.) гарнизонов является оборона определённых участков, а не оборона нашего государства сообща, которая всё же остаётся и будет оставаться задачей нашей собственной армии». При этом он подчёркивал: «…никто не отнимет у нас свободу действий»29. Зотов отмечал, что такая установка «помогает… создавать атмосферу недружелюбия»30. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Ковалёв С.Н. СССР и Прибалтика: нейтралитет и договоры о взаимопомощи 1939 года // Воен.-истор. журнал. 2011. № 8.

2 Российский государственный военный архив (РГВА) Ф. 4. Оп. 3. Д. 3312. Л. 250; Общий перечень приказов НКО СССР с грифом «Секретно» за 1939 г. См. Интернет-ресурс «Некоторые статистические материалы по истории Второй мировой войны». http://tashv.nm.ru.

3 Петров П.В. Балтийский флот. Финский гамбит. М.: Яуза; Эксмо, 2005. С. 187.

4 Российский государственный архив Военно-морского флота (РГА ВМФ). Ф. р-1877. Оп. 1. Д. 40. Л. 225.

5 Там же. Л. 251—269.

6 Там же. Л. 292.

7 Там же. Л. 293.

8 Там же. Л. 319, 320.

9 Там же. Ф. р-1549. Оп. 1. Д. 71. Л. 13—16.

10 Там же. Л. 24, 25.

11 Там же. Ф. р-1877. Оп. 1с. Д. 40. Л. 320.

12 Там же. Ф. р-92. Оп. 9. Д. 248. Л. 28.

13 Кабанов С.И. На дальних подступах. М.: Воениздат, 1971. С. 42.

14 РГВА. Ф. 33987. Оп. 3. Д. 1236. Л. 331а.

15 Архив внешней политики РФ (АВП РФ). Ф. 06. Оп. 2. П. 12. Д. 118. Л. 135—150.

16 Полпреды сообщают… Сборник документов об отношениях СССР с Латвией, Литвой и Эстонией: Август 1939 — август 1940 гг. М.: Международные отношения, 1990. С. 208.

17 АВП РФ. Ф. 06. Оп. 2. П. 8. Д. 68. Л. 1, 2.

18 РГВА. Ф. 33988. Оп. 3. Д. 375. Л. 14.

19 Там же. Д. 376. Л. 214.

20 Там же. Д. 376. Л. 214, 215.

21 Там же. Л. 311.

22 АВП РФ. Ф. 059. Оп. 1. П. 305. Д. 2111. Л. 236.

23 РГВА. Ф. 33987. Оп. 3. Д. 1306. Л. 58.

24 Полпреды сообщают… С. 241.

25 На чаше весов: Эстония и Советский Союз. 1940 год и его последствия. Таллин: Евроуниверситет, 1999. С. 149.

26 Там же. С. 127.

27 Полпреды сообщают… С. 229.

28 На чаше весов… С. 126.

29 Полпреды сообщают… С. 178.

30 Там же. С. 182.