Боевые потери русской, германской и австрийской армий в кампании 1915 года на Русском фронте Первой мировой войны

image_pdfimage_print

ИСТОРИЯ ВОЙН

ОЛЕЙНИКОВ Алексей Владимирович — доцент кафедры гражданско-правовых дисциплин Астраханского государственного технического университета, кандидат юридических наук

(г. Астрахань. E-mail: stratig00@mail.ru)

В. БЕКМАН: «Летнее преследование 1915 года было для германских частей временем наиболее тяжёлых потерь за всю войну»

Боевые потери русской, германской и австрийской армий в кампании 1915 года на Русском фронте Первой мировой войны

Одной из устоявшихся точек зрения западной и отчасти отечественной историографии является мнение, что в 1915 году Русский фронт не оправдал возлагавшихся на него надежд и терпел сплошные неудачи. По описаниям многих авторов, особенно немецких, русская армия постоянно отступала, а германские войска без особого труда продвигались вперёд. Выходило, что война на востоке была несравненно более лёгкой в сравнении с операциями на западе. Так, Э. Вест пишет: «Немцы одерживали постоянные победы на просторах востока, хотя, быстро наступая, они до предела растягивали линии материально-технического снабжения»1. Особенно восхваляется, естественно, Горлицкий прорыв германо-австрийских войск, осуществлённый в апреле — июне 1915 года.

Однако обращение к статистике потерь противоборствовавших сторон опровергает расхожее мнение. Вопреки стереотипам 1915 год был самым кровавым для государств германского блока за всю войну. И прежде всего — в связи с потерями на Русском фронте. С развитием вооружённой борьбы в войне этот фронт притягивал к себе всё большее число германо-австрийских войск. В 1915 году германское командование перенесло главные усилия на Восточный фронт, намереваясь разгромить русскую армию и вывести из войны Россию. Предусматривалось общее стратегическое окружение главных сил русских войск путём развития наступления из Восточной Пруссии и из района Карпат.

Русская армия, в течение всей войны одновременно сражавшаяся с основными силами Австро-Венгрии и Турции, в 1915 году приняла на себя удар и главных сил Германии. Оборонительные и наступательные действия русских войск в этом году по своим масштабам превосходили частные операции англо-французских войск у Ипра, в Шампани, Артуа и на других участках Западного фронта.

20-е числа января 1915 года знаменовались кровавыми боями на польском участке Русского фронта — у Боржимова и Воли Шидловски. Частями 11-й германской армии была начата военная демонстрация, проводившаяся для отвлечения и изматывания сил противника. Германское командование демонстративным наступлением, с одной стороны, вынуждало командование русского Северо-Западного фронта к ответным действиям, чтобы не допустить потери территории. С другой стороны — этим отвлекалось внимание от готовившейся крупной наступательной операции немецких войск в Восточной Пруссии. Переход в наступление частей германской 11-й армии встревожил штаб Северо-Западного фронта, опасавшийся продвижения противника на Варшаву, и для отражения врага в кровавые бои втянулись 11 дивизий 2-й армии. Наступление немцев имело незначительный успех, но в результате тяжёлых боёв русские войска, прежде всего 6-й армейский корпус 2-й армии, понесли тяжёлые потери. С 18 по 23 января 6-й корпус потерял до 40 тыс. человек2, однако не менее крупные потери понес и противник3.

Получив сведения о готовившейся Восточно-Прусской операции 8-й и 10-й германских армий, русское командование решило упредить противника проведением Августовской операции своей 10-й армии. Развернулось зимнее сражение в Мазурии. Во время отступления в лесах юго-восточнее Августова был окружён 20-й армейский корпус генерал-лейтенанта П.И. Булгакова (4 пехотных дивизии ослабленного состава). Героическое сопротивление корпуса сковало основные силы противника. Это позволило русской 10 А совместно с подошедшими резервами организовать оборону на рубеже реки Бобр и крепости Осовец. Тяжелейшие бои шли у Гродно. В Августовской операции русские войска потеряли 56 тыс. человек4.

В феврале — марте русским 12-й и 1-й армиям пришлось вести кровопролитные сражения в Праснышской операции. Немцам удалось захватить Прасныш (ныне Пшасныш, Польша), но, перейдя в контрнаступление, русские войска 14 февраля отбили его и заставили 8-ю германскую армию и другие войска противника перейти к обороне. За время праснышских боёв германцы признали потерю 13 тыс. человек и знамени, заявив в то же время о следующих своих успехах: 12 тыс. пленных, 36 орудий и 19 пулемётов5. При этом потери немцев выглядят приуменьшенными, так как в Праснышской операции были полностью разгромлены и почти уничтожены 2 германских корпуса (один в Прасныше, другой в арьергарде, прикрывая отступление остатков германских войск).

Общие потери немцев на северном крыле Русского фронта в Августовской и Праснышской операциях 1915 года составили для 8-й армии до 50 тыс. человек, для 10-й — до 30 тыс. (из этого числа до 14 тыс. пленных взято русскими в Праснышском сражении)6.

После Горлицкого прорыва на южном крыле Русского фронта (об этом речь пойдёт ниже) германское командование не оставляло надежд на новое наступление на северном, польском, крыле против Северо-Западного фронта. В конце июня оно вновь вернулось к плану окружения русских армий в Польше. Русским войскам 1-й армии и 4-го Сибирского армейского корпуса 12-й армии пришлось вести тяжёлую оборону во второй Праснышской операции. Особенно мощный удар противник нанёс 2 июля силами 10 дивизий, обрушившихся на оборону четырёх с половиной русских дивизий, которые самоотверженно отстаивали каждый опорный пункт и позицию. Потери русских в Праснышской операции были значительными — до 40 тыс. человек. Это объяснялось прежде всего подавляющим превосходством врага в артиллерии: так, только за день боя 30 июня от 11-й Сибирской дивизии, имевшей утром свыше 14,5 тыс. штыков, осталось не более 5 тыс.7 Из этого числа: убитыми около 12 проц., ранеными свыше 37 проц. и около 50 проц. пропавшими без вести (в т.ч. пленными около 40 офицеров и свыше 16 тыс. солдат; большинство пленных германцы взяли после окружения некоторых русских рот и батальонов, а также отставшими при быстрых отходах). Также утрачены 12 орудий (из них 2 тяжёлых) и 48 пулемётов8.

Общие потери германской армейской группы М. фон Гальвица в период Праснышской операции, по немецким данным, составили до 10 тыс. (только за день 1 июля — 2,7 тыс. человек9). По подсчётам историка Г.К. Королькова, потери войск Гальвица достигали 25 проц.10 (без учёта полученных в ходе операции подкреплений), это составляло свыше 40 тыс. человек, и эта цифра, на наш взгляд, гораздо ближе к истине.

Оборонительные операции русских армий в Восточной Пруссии и Северной Польше зимой — летом 1915 года сорвали часть планировавшихся германским командованием стратегических побед наподобие «Канн» и способствовали стабилизации фронта. Зимние Августовская и Праснышская операции ликвидировали северную «клешню» зимних «Канн», летняя Праснышская операция пресекла развитие северной составляющей летних «Канн». Войска фон Гальвица в Польше и А. фон Макензена («героя» Горлицкого прорыва) в Галиции не смогли замкнуть русские войска в огромный котёл. В течение полугода войсками Северо-Западного фронта удерживался город-крепость (можно утверждать — город-герой) Прасныш, который оказался не по зубам асам германского военного искусства.

На южном крыле Восточного фронта австро-германские войска с начала 1915 года также пытались добиться решающего успеха. Здесь ожесточённые сражения вели армии русского Юго-Западного фронта. С начала года командование фронта спланировало Карпатскую наступательную операцию, но противник на несколько дней опередил русские войска с переходом в наступление. В ходе Карпатской операции января — марта 1915 года обе стороны понесли колоссальные потери. Западные историки Д. Киган и Н. Стоун оценивают только австрийские потери за 3 первых месяца 1915 года в 800 тыс. человек11. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Вест Э. Иллюстрированная история. Первая мировая война. М., 2005. С. 85.

2 Российский государственный военно-исторический архив (РГВИА). Ф. 2190. Оп. 1. Д. 53. Л. 25.

3 Иванов Ф.К. Великая война. М., 1915. Ч. 2. С. 110.

4 Хольмсен И.А. Мировая война. Наши операции на Восточно-Прусском фронте зимою 1915 г. Воспоминания и мысли. Париж, 1935. С. 298.

5 Reichsarchiv. Der Weltkrieg 1914—1918. Вand 7. Winter und Frühjahr 1915. Berlin, 1931. S. 257.

6 Керсновский А.А. История русской армии. Т. 3. М., 1994. С. 262. Анализируя данные германского Рейхсархива о потерях, можно убедиться, что они подтверждают соответствующие цифры русского военного историка.

7 Корольков Г.К. Праснышское сражение 1915. М.; Л., 1928. С. 52.

8 Там же. С. 149.

9 Reichsarchiv. Der Weltkrieg 1914—1918. Вand 8. Sommer und herbst 1915. Berlin, 1932. S. 291.

10 Корольков Г.К. Указ. соч. С. 138.

11 Киган Д. Первая мировая война. М., 2004. С. 217; Стоун Н. Первая мировая война. М., 2009. С. 98.