СТРОИТЕЛЬСТВО ВОЕННЫХ УКРЕПЛЕНИЙ НА ЮЖНЫХ РУБЕЖАХ РОССИИ В 1702—1711 гг.

image_pdfimage_print

ИЗ ИСТОРИИ ФОРТИФИКАЦИИ

Аваков Пётр Ашотович — заведующий отделом Аксайского военно-исторического музея, аспирант исторического факультета Южного федерального университета (E-mail: pavakov@mail.ru)

Строительство военных укреплений на южных рубежах России в 1702—1711 гг.

В последнее время русские крепости и другие военные укрепления, существовавшие на южных рубежах России в XVIII веке, всё чаще становятся объектами исторического исследования1. Но большая часть фортификационных сооружений, как находившихся на юге России в прошлом и ныне стёртых с лица земли, так и сохранившихся (хотя бы частично) до наших дней, ещё ждут своего пытливого исследователя. К числу наименее изученных построек такого рода относится Троицкая (Таганрогская) линия, ставшая, по мнению автора данной статьи, первым опытом строительства оборонительных укреплений в Северном Причерноморье и Приазовье.

Одним из первых историю этой линии вкратце осветил инженер-подполковник А.И. Ригельман в труде «Ведомость и географическое описание крепости Святого Димитрия Ростовского…» (1768 г.). Он отметил, что эта земляная линия — «з двумя по концам ея крепостцами»*. Ту, что «при море», именуют Черепахой, а вторую, которая «при Миусе» — Павловской. Построены же они, по свидетельству Ригельмана, в 1702 году «для лутчаго сохранения всех живущих при оной [Таганрогской] крепости жителей»2.

Об этой линии упомянул в дневнике своего путешествия3 академик Санкт-Петербургской академии наук И.А. Гильденштедт, побывавший в Приазовье в 1773 году. По наблюдениям учёного, длина линии составляла 6 вёрст (6 км 400 м)**.

Представляет интерес «Описание городов Азовской губернии» анонимного автора, составленное около 1782 года. Из него можно узнать, что в округе Таганрога имелась «прежде проведённая с сухаго пути для защищения от набегов татарских Линия, начиная от Азовскаго моря, простирается по Миусскому лиману», и что на ней «устроены были редуты и небольшие крепостцы»4.

Без малого сто лет спустя Троицкая линия и находившиеся на её концах два укрепления обратили на себя внимание историка инженерного искусства генерал-майора Ф.Ф. Ласковского, опубликовавшего планы и профили этих фортификационных сооружений5. Напечатанный как приложение к его труду альбом «План укреплений на Таганрогском полуострове в 1710 году» был им составлен на основе чертежей XVIII века, находившихся в архиве Инженерного департамента. Планы и профили вышеупомянутых укреплений соответствуют аналогичным чертежам, хранящимся ныне в Российском государственном архиве древних актов6.

В последующее время Троицкая линия не подвергалась специальному исследованию. Более того, в современной литературе вообще отсутствует точная информация о времени её постройки и существования. К примеру, один из исследователей ошибочно отнёс сооружение так называемой Павловской крепости сначала к 1699, а потом к 1698 году7.

Много неясностей и в наименовании сооружений. Так, в период строительства Троицкой линии, предыстория которого связана ещё с Азовскими походами Петра I (1965—1696), и в первое время после его окончания ни само укрепление, ни его элементы не имели официального названия. В челобитной атамана Данилы Глуховецкого и казаков, переехавших из города Павловского в «шанец***» у устья Миуса (сентябрь 1702 г.), последний назван «новостроенным городом Миюсом», а несколько месяцев спустя (апрель 1703 г.) он уже фигурирует как «новопостроенной город Миюс, Павловский тож», в отличие от «старого Миюса» в гирле Миусского лимана8. Второй шанец прозвали Черепахой по названию Черепахина (Черепашинского) ерика. Ну а саму линию нарекли Троицкой (так именовался близлежащий город9).

Поскольку многие источники по данной теме не были введены в научный оборот, оставляя наименования соответствующих фортификационных сооружений за рамками всестороннего исторического изучения, то и эти названия очень редко употребляются публикаторами. Вместо них даже в краеведении стали использовать обозначения, заимствованные из картографических и письменных источников второй четверти и второй половины XVIII века: «Павловская крепость», «Городок Черепахин», «Редут Черепаха», «Таганрогская линия» и т.п.10 Руководствуясь соображениями исторической объективности и синхронности, думается, что целесообразнее использовать те термины, которые употреблялись в период функционирования исследуемых укреплений, т.е. в начале упомянутого столетия. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 См., например: Лавринова Т.И. Царицынская линия: История строительства в 1718—1720 гг. и первые годы существования. Дисс… канд. ист. наук. Воронеж, 1990; Азово-Моздокская линия на рубеже XVIII—XIX вв.: Материалы научной конференции. Пятигорск, 2003; Рудницкий Р.Р. История возникновения и функционирования крепостей Азово-Моздокской линии (1777—1829 гг.). Дисс… канд. ист. наук. Пятигорск, 2004; Перепечаева Л.Б. Азов — пограничная крепость России. Конец XVII — начало XIX вв. (Очерки истории Азова. Вып. 11). Азов, 2006; Комолов Н.А. Хоперская крепость в XVIII в. // Воронежский вестник архивиста: Научно-информационный бюллетень. Вып. 5. Воронеж, 2007; он же. Павловская крепость в XVIII в. // Воронежский вестник архивиста. Вып. 6. Воронеж, 2008; он же. Царицынская линия во второй—третьей четверти XVIII в. // Вестник Воронежского государственного университета: Серия: История, политология, социология. 2009. № 1; Пiрко В.О. Обороннi споруди в межирiччi Днiпра i Сiверського Дiнця (Iсторичний нарис [очерк] з уривками джерел [родников] і планами споруд за другу половину XVII—XVIII ст.). Донецьк, 2007; Гукова Е.А. Фортификационные сооружения Украинской линии — новое направление военно-инженерной мысли XVIII в. // Научные труды Московского гуманитарного университета. Вып. 107. М., 2009; она же. Оборона южных рубежей России в XVIII в.: Украинская линия и Украинский ландмилицкий корпус (1710—1780 гг.). Дисс… канд. ист. наук. М., 2009.

2 Ригельман А.И. Ростов на Дону 150 лет назад. Ростов н/Д., 1918. С. 31, 45.

3 Дневник путешествия в южную Россию академика С.-Петербургской Академии наук Гильденштедта в 1773—1774 г. // Записки Императорского Одесского общества истории древностей. Одесса, 1879. Т. 11. С. 216.

4 Описание городов Азовской губернии // Летопись Екатеринославской учёной архивной комиссии: Год первый. [Т. 1.] Екатеринослав, 1904. С. 81, 82.

5 Ласковский Ф. Материалы для истории инженерного искусства России. СПб., 1861. Ч. 2. С. 519, 630; Он же. Карты, планы и чертежи к II части Материалов для истории инженерного искусства России. СПб., 1861. Л. 32. Изобр. 105—109, 111.

6 См.: Российский государственный архив древних актов (РГАДА). Ф. 192. Оп. 1. Екатеринославская губерния. Д. 8/1; Д. 3; Д. 4; Д. 28.

7 Чеснок В.Ф. Донское туристское кольцо. Ростов н/Д., 1982. С. 20; Он же. Генеральная репетиция северной столицы состоялась на Дону // Донская параллель. 2003. № 3—4. С. 26, 27.

8 Российский государственный архив Военно-морского флота (РГА ВМФ). Ф. 177. Оп. 1. Д. 22. Л. 565 об.; Государственный архив Воронежской области (ГА ВО). Ф. И-154. Оп. 2. Д. 8. Л. 1.

9 См., например: Письма и бумаги императора Петра Великого. М.; Л., 1950. T. 9. Вып. 1. № 3032. С. 70; РГАВМФ. Ф. 233. Оп. 1. Д. 19. Л. 23 об.; Ф. 176. Оп. 1. Д. 30. Ч. 1. Л. 597 об.

10 РГАДА. Ф. 192. Оп. 1. Екатеринославская губерния. Д. 8/1; Д. 3; Д. 4; Российский государственный исторический архив (РГИА). Ф. 1399. Оп. 1. Д. 55; Д. 543. Л. 29; Российский государственный военно-исторический архив (РГВИА). Ф. 846. Оп. 16. Д. 22895; Дневник путешествия в южную Россию академика С.-Петербургской Академии наук Гильденштедта… С. 213, 216; Описание городов Азовской губернии. С. 81, 82.

* В описании А.И. Ригельмана вместо «крепостцы» встречается и иное слово — «фельдшанцы». (нем. Feld — поле, Schanze — земляное укрепление, окоп). Так в России в XVIII в. называли отдельное полевое земляное укрепление замкнутого типа, применявшееся для усиления крепостей, прикрытия путей сообщений на труднодоступной местности, защиты приграничных населённых пунктов, в том числе и в системе укреплённых линий. Фельдшанец обычно представлял собой правильный четырёхугольник с бастионами по углам.

** В описании А.И. Ригельмана — 9 вёрст и 200 саженей (10 км 33 м).

*** То же, что «фельдшанец».