«НЕ ПРОПУСТИТЕ ЧАС ТОТ!»

image_pdfimage_print

КРИТИКА И БИБЛИОГРАФИЯ

КИКНАДЗЕ Владимир Георгиевич — заместитель начальника Военно-энциклопедического управления Научно-исследовательского института (военной истории) Военной академии Генерального штаба ВС РФ, кандидат военных наук, капитан 2 ранга (119330, Москва, Университетский проспект, д. 14)

«Не пропустите час тот!»

Известный философ и историк С.А. Тюшкевич своей очередной книгой* попытался ответить на два вопроса: как сделать, чтобы настоящее нашего Отечества было достойно его великого прошлого, и как обустроить будущее России. Хотя основное содержание труда относится к проблематике Великой Отечественной войны, философский взор автора устремлён к пониманию и объяснению глубинных факторов отечественной истории, и он стремится не только дать научное толкование ключевым из них, но и одновременно погрузиться в весьма актуальные для сегодняшней России проблемы поиска и сохранения исторической правды, её значения для прогрессивного развития российского общества и мировой цивилизации в целом. Уже только поэтому рецензируемую книгу можно смело отнести к научно-популярным изданиям.

Во введении автор проводит символическую линию связи от образа Прометея, передавшего людям огонь, несущий в себе вечные нравственные и моральные ценности и познания, до проблем их сбережения и использования в интересах народов России и обеспечения её безопасности. Это особенно актуально сегодня, когда новые псевдоисследователи стали искать в отечественной истории, особенно военной, не огонь, не пламя, а пепел, фальсифицируя при этом историю Великой Отечественной войны. А ведь именно победа, одержанная Советским Союзом над фашистской Германией и её союзниками в Великой Отечественной войне, стала судьбоносным событием в истории нашей страны, непреходящей ценностью, причём не только национальной, но и интернациональной, ибо здесь на весах лежали интересы всемирной истории. Не случайно великая освободительная миссия Советского Союза, утверждает автор, по праву считается крупнейшим явлением во всей истории ХХ века, ибо она складывалась из решения выдающихся исторических задач: остановила экспансию фашизма, способствовала успехам движения Сопротивления, создала благоприятные условия для национально-освободительной борьбы народов колоний и зависимых стран. Кроме того, с освободительной миссией Советского Союза связано создание новых условий для решения вечной проблемы войны и мира, а также для обеспечения национальной и международной безопасности.

Важными являются приведённые в книге умозаключения, что носителем освободительной миссии являлись все народы Советского Союза, а их единство было обусловлено высоким и беспредельным патриотизмом, самоотверженностью, жертвенностью, преданностью Отечеству.

Завершает первую часть книги ещё одна актуальная научная проблема. Касается она категорий «цена войны» и «цена победы», которые некоторые военные историки используют с грубым нарушением теоретико-методологических принципов, подменяя одной другую. Автор приходит к заключению, что «цена победы не тождественна цене войны, а является стороной, аспектом последней» (с. 93). Но каковыми бы не были эти две цены, достаточными или избыточными, да и где те весы, на которых можно их измерить, люди нашего времени, говорит автор, и с этим нельзя не согласиться, не имеют права забывать, что своим существованием и свободой они обязаны Советскому государству, его Вооружённым силам (с. 102). Память об этом величайшем ратном подвиге советского народа должна поддерживать прометеев огонь в сердцах и умах нынешнего и будущих поколений.

Хронологические рамки второй части книги охватывают период лишь Великой Отечественной войны, но философский взгляд автора по-прежнему обращается и в далекое прошлое России, и в её настоящее с переживанием за будущее. Его внимание сосредоточено, с одной стороны, на патриотизме, верности воинскому долгу, стойкости, мужестве, героизме, силе духа, жертвенности русского народа (с. 104—138), а с другой – на диалектике физического и духовного начал в военном деле (с. 138—146). При этом автор выделяет три вида патриотизма, из которых действенный, здоровый только один. Им обладают люди, которые искренне любят Родину, но не закрывают глаза на недостатки и не превозносят всё русское, осуждая всё иностранное (с. 107). Именно такой патриотизм, по утверждению автора, исповедовали большинство советских людей в годы Великой Отечественной войны. Поэтому народы СССР быстро обрели «общую душу», которая стала ведущим и решающим фактором в победе над фашизмом. В ней оказались уравновешенными идея защиты Отечества и национальная идея, вера в свои силы, вера в правительство, Коммунистическую партию, в историческое предназначение СССР и вера религиозная. Отсюда — невероятный массовый героизм (с. 108).

Задаваясь вопросом, в чём тайна и смысл героизма, автор так отвечает на него: героизм — такой поступок человека или коллектива людей, когда сознательно делается шаг, выходящий за привычные нормы поведения. При этом человек возлагает на себя высшую степень моральной ответственности. Героизм состоит в разрешении такого жизненного противоречия, которое в данный момент не может быть разрешено обычными, повседневными средствами (с. 128, 129). Великая Отечественная война показала также, что жертвенность не является достоинством одного человека, она охватывает массы, и тогда эта сила становится неодолимой (с. 133).

Автор осознаёт особую важность объективного объяснения источников и характера героизма, поскольку это, по его мнению, относится не только к прошлому, но может и должно стать «верным ориентиром для решения сложных задач общественного развития России в настоящем и будущем» (с. 150).

Важными выводами автора являются утверждения о том, что «победа в войне была одержана отечественным оружием, разработанным советскими людьми и созданным на советских предприятиях» (с. 173), что «никогда ранее борьба народных масс с завоевателями на оккупированной территории не была столь массовой и эффективной, как во время Великой Отечественной войны» (с. 175), а также заключение, что «основой ратных подвигов воинов Красной армии и трудовых подвигов тружеников тыла, всенародной борьбы в тылу врага были высокий патриотизм и гражданственность, опиравшиеся на героическое историческое прошлое Отечества, но главным образом на советскую действительность» (с. 184).

Часть третья книги («Истоки огня») открывается главой под названием «Решающее оружие», речь в которой идёт об оружии идеологическом: ведь арена сражений за прометеев огонь — это умы и души людей. И здесь свои формы и методы работы. Их суть и содержание накануне войны автор подробно раскрывает в параграфе «Готовность к подвигу» (с. 205—212). В нём поднимается проблема роли и места социалистического реализма в культуре предвоенных лет, которая была призвана «всемерно способствовать формированию у народа высоких патриотических чувств, любви к Родине, её прошлому и настоящему, …воспитанию советских людей в духе интернационализма, готовности к защите Отечества…» (с. 206, 207). Определённо, такого призыва к российской культуре и СМИ сегодня нет, а он чрезвычайно необходим!

Актуально звучит и название параграфа «Военно-историческое оружие». Почему? Потому что на «военно-историческом фронте» в последнее время мы терпим поражение за поражением, и в большинстве случаев сами оставляем позиции — сдаём рубежи и ратной славы, и военно-исторической науки в целом. А ведь в годы Великой Отечественной войны и после неё подлинной летописью героизма советских воинов являлись общественно-политические и военные журналы, фронтовые, флотские, окружные, армейские и дивизионные газеты. Да, пускай историческая литература в годы войны не избежала определённых недостатков, акцентируя внимание на позитивных эпизодах борьбы с захватчиками, но, имея оперативный или публицистический характер, обобщая огромный фактический материал, она отвечала уровню и возможностям того времени и выполняла своё историческое предназначение, способствуя разгрому фашистских захватчиков. А где сейчас подобные военно-исторические органы? Кто отвечает за  научно-популярную литературу патриотической направленности? Какие задачи стоят перед военными СМИ и способны ли они эффективно их решать в современных условиях? Эти вопросы, безусловно, не к автору, но постановка таковых, в том числе и в рецензируемой книге, напрашивается.

Военно-историческая наука как основная хранительница военно-исторических знаний является предметом анализа в седьмой главе книги («Диалектика огня истории»). Её развитие в Российской империи, Советском Союзе и в постсоветской России автор образно соотнёс с обретением, горением и мерцанием прометеева огня, вынеся эти аллегории в названия соответствующих параграфов. Так, во второй половине XIX века возросло стремление официальных политических и военных кругов использовать военную историю в качестве средства идеологической обработки населения и армии в духе шовинизма и национализма, преданности царизму (с. 233).

В Советском Союзе к военной истории обращались в основном в трудные времена, когда на карту ставилась судьба страны. Осмысление же исторического опыта Великой Отечественной войны велось в интересах обеспечения военной безопасности СССР и его союзников, теории и практики строительства и подготовки Вооружённых сил. В целом в первые послевоенные годы отечественная историография отражала великий подвиг советского народа в минувшую войну, её научный уровень был достаточно высок, а размах исследований значителен (с. 237, 239). Организационные мероприятия, осуществленные в нашей стране в конце 1960-х — начале 1970-х годов, способствовали развитию историографии войны. На новый, более высокий уровень она поднялась после создания в 1966 году Института военной истории МО СССР. В этот период Великая Отечественная война по-прежнему оставалась главным направлением исследований военных историков, но уже в рамках Второй мировой войны, а история последней — в контексте эпохи. В целом, по мнению автора, развитие отечественной историографии с середины 1960-х до середины 1980-х годов оказалось достаточно плодотворным в научном отношении и глубоко патриотическим по направленности, несмотря на проявления ортодоксальных для того времени черт в истолковании отдельных событий, а также излишние идеологизированность и политизированность.

С началом перестройки в СССР, объявленной в 1985 году, положение в историографии Великой Отечественной войны стало меняться, явно проступали новые черты и тенденции. С одной стороны, делает вывод автор, создавались большие возможности для углубления исследований истории войны, развернулось движение за отказ от догм и субъективистских наслоений, в научный оборот вводился новый фактический и статистический материал, а с другой — набирала силу тенденция негативного отношения к советской историографии, особенно к её героической стороне.

В постсоветской России историография Великой Отечественной войны продолжила развитие в иных, чем прежде, социально-политических и экономических условиях, в другой духовной обстановке. Поэтому, по мнению автора, в ней проявляются отказ от прежней методологии, особенно от принципов объективности и историзма, дегероизация истории войны, извращение её причин и характера, сути Победы. Во многом этому способствовало ещё и массовое вторжение в военную историю малокомпетентных в данной области публицистов, журналистов, деятелей «новой культуры» (с. 250, 251). Однако больше всего в такой обстановке пугает участь молодёжи — заложника ситуации. Большинство авторов учебников по истории и обществоведению придерживаются тенденциозной точки зрения, явно не соответствующей исторической истине. Они не дают целостной системы знаний о героическом прошлом России, искажённо показывают её военную историю, не раскрывают преемственности поколений на воинских традициях. Обоснованность этих утверждений автора, к сожалению, приходится признать. Радует лишь тот факт, и он приводится в книге, что атрофия исторической памяти и национальной гордости присуща лишь некоторой части граждан России, а историография Великой Отечественной войны всё же делает робкие шаги по выходу из кризисного состояния.

Эффективному использованию живительного огня истории посвящена восьмая глава книги — «Потенциал Великой Победы». Основой духовного потенциала Подвига советской эпохи, по мнению автора, стала генетическая память народов СССР, в которой запечатлены исторические победы Киевской Руси, Московского княжества, царской России, Российской империи. Память об этих победах необходимо обогащать данными исторической науки, в первую очередь военной, а также произведениями литературы и искусства. Однако, сетует автор, в этом отношении делается мало. Даже государственная программа «Патриотическое воспитание граждан Российской Федерации» не даёт действенных результатов, ибо системных мер нет, охват молодёжи мероприятиями невелик, а термин «военно-патриотическое воспитание» ныне вообще выходит из употребления.

Между тем огромную роль в патриотическом воспитании населения страны, прежде всего молодёжи, играют правильно осознанные национальные интересы. Они выражаются через чётко сформулированные идеи, доктрины, концепции. Однако в России до сих пор не сформирована общенациональная идея, не выработаны общие цели функционирования и развития общества и государства. Почему? Может, потому, что национальные интересы России так или иначе содержат в себе прошлое страны, особенно ближайшее, а мы его либо не понимаем, либо не принимаем, либо даже отвергаем. В этой связи хотелось бы напомнить приведённые автором слова нашего современника писателя Д.М. Балашова из его статьи в «Военно-историческом журнале» (2002. № 12. С. 19): «От нас, живых, зависит судьба наших детей и нашего племени, от нас и наших решений. Да не скажем никогда, что история идёт по путям, ей одной ведомым! История — это наша жизнь, и делаем её мы. Все скопом, соборно. Всем народом творим и каждый в особину тоже, всею жизнью своею, постоянно и незаметно. Но бывает также у каждого и свой час выбора пути, от коего потом будут зависеть и его судьба малая, и большая судьба России. Не пропустите час тот!».

Особое место в формировании важной составной части оборонной мощи современного Российского государства — духовного потенциала — должна занимать история Великой Отечественной войны. Она даёт знание и понимание, что общество в любых условиях должно иметь исторически выверенные нравственные ориентиры и реальные мобилизующие идеи, помогает осознать роль и место современной России в мировом сообществе, в общецивилизационном процессе, способствует формированию у людей чувства гордости за своё Отечество.

В отдельном параграфе — «Философия в поисках новых идей» — автор рассмотрел роль философии в историческом процессе. По его мнению, эта наука отражает степень зрелости цивилизации, её основные противоречия и движущие силы, достоинства и недостатки. «Она как рентген, как прожектор просвечивает и высвечивает исторический процесс, показывая, где огонь, а где пепел, подсказывая, что необходимо для продолжения истории, чтобы горение огня было неугасимым» (с. 279). Огромно значение философии в духовной жизни народов и стран, особенно в переломные моменты их истории. Для постсоветской России, вступившей в новый этап своего развития, такой час наступил. «Прежние идеалы и цели, социальные, политические и духовные ориентиры отброшены, а новые вырабатываются с большим трудом» — уже с философским взглядом автор возвращается к этой мысли. На этот раз он акцентирует внимание на сложности формирования и воспитания в таких условиях личности, которая подвергается воздействию целой системы отрицательных факторов. В этой связи весьма актуален его вывод, что «необходимы философские знания, идеи, диалектический подход к решению исторических задач, позволяющий постигать закономерности материального и духовного мира в единстве и разнообразии» (с. 282).

Делом первостепенной важности автор считает недопущение глобальной катастрофы, однако выживание цивилизации и рода человеческого, по его мнению, «может стать реальностью лишь в условиях новой модели развития цивилизации», идеи которой (идеи о ноосфере) впервые были высказаны выдающимся русским и советским учёным В.И. Вернадским. В свою очередь, содержание процесса обновления России должно быть неразрывно связано с переходом вместе с другими странами и регионами планеты к новой социоприродной модели развития и перспективами ноосферного выбора (с. 286—288).

Самостоятельное научное значение имеет завершающий книгу раздел, в котором автор призывает всех нас уважительно относиться в прошлому и рационально использовать зарубежный опыт, не преклоняясь перед ним. Особую важность приобретает сохранение исторических, трудовых и ратных традиций народа, в первую очередь периода Великой Отечественной войны 1941—1945 гг.

«Российской власти, политическим партиям и движениям следует на философско-научной основе понять, осмыслить и раскрыть обществу, народу России смысл истории, смысл существования и дальнейшего развития России как наследницы Советского Союза, одержавшего Великую Победу и сыгравшего главную, решающую роль в освобождении своей страны и всего человечества от фашистского зла» (с. 301). При этом следует помнить, что «необходимы идеалы, великие идеи, которые зажигают, придают смысл, ради которых можно пожертвовать всем» (с. 302).

Таким образом, С.А. Тюшкевич в своём новом труде поднимает широкий пласт социальных и мировоззренческих проблем развития России и сохранения цивилизации на принципах разума и высокой нравственной основы, опирающейся на историческое прошлое, в том числе на ратные подвиги наших предков.

* Тюшкевич С.А. Борьба за огонь. М.: Проспект, 2010. 304 с.