КРЫМСКАЯ ВОЙНА И БАТАЛЬНЫЕ ПОЛОТНА ФЕЛЬДМАРШАЛЬСКОГО ЗАЛА

image_pdfimage_print

ВОЕННАЯ ЛЕТОПИСЬ ОТЕЧЕСТВА

Болтунова Екатерина Михайловна — доцент Института «Русская антропологическая школа» Российского государственного гуманитарного университета, кандидат исторических наук (Москва. E-mail: boltounovaek@gmail.com)

Крымская война и батальные полотна Фельдмаршальского зала

Из истории Зимнего дворца времён Николая I

Одно из произведений императрицы Екатерины II — «Чесменский дворец» — представляет собой, образно говоря, удивительный разговор между ожившими портретами, развешанными в зале одноименного дворца1. Изображённые на полотнах русские и европейские монархи спорят здесь о той роли, которую каждый из них сыграл в истории. Так, не без доли иронии, императрица смогла высказать мнение о своих монарших предшественниках.

Как ни парадоксально, форма, которую Екатерина II избрала для выражения собственной позиции — своеобразный «портретный» диалог, — указывала и на определённую традицию. В дворцовом интерьере «разговоры» между картинами случались: полотна могли композиционно взаимодействовать друг с другом и сообщать участнику того или иного дворцового события или же просто зрителю некоторую информацию. Последняя же иногда становилась программным заявлением, особенно если речь шла о пространстве императорского дворца.

Показательной в этом отношении является эпоха Николая I, в период правления которого художественное произведение могло успешно превратиться в политическую декларацию2. В предлагаемой статье речь пойдёт о выражении определённой политической позиции в контексте организации одного из значимых помещений Зимнего дворца — Фельдмаршальского зала.

Этот зал появился в главной императорской резиденции России в 1833—1834 гг. Его проект был разработан архитектором О. Монферраном. Здесь важно отметить, что Монферрану было поручено создать на месте трёх небольших помещений (зала у Главной лестницы, Казачьего зала и Арабесковой комнаты3) два смежных зала – Фельдмаршальский и Петровский. Учитывая, что последний из них должен был выполнять функцию Малого тронного, архитектор фактически получил заказ на оформление особого пространства, напрямую связанного с комплексом представлений об образе верховной власти и традиционно состоявшего из самого тронного зала и помещения, которое предшествовало ему в дворцовом интерьере, т.е. аванзала.

Надо отметить, что в России установилась своего рода традиция декора этой зоны дворца в том смысле, что аванзалы, открывавшие путь к главным представительским помещениям, были часто оформлены с привлечением военной символики (например, Георгиевский тронный зал и Военная галерея 1812 г. в Зимнем дворце, Чесменский и Тронный залы Петергофского дворца4).

Можно предположить, что эта традиция брала своё начало ещё со времён, предшествовавших появлению Российской империи, а именно с Грановитой палаты Московского Кремля — главного тронного зала Московского царства.

Вход в палату лежал через Святые сени, росписи которых были посвящены теме войны. Одним из самых масштабных изображений здесь стало «Видение царя Константина о кресте». Сюжет, описанный ещё епископом Евсевием Кесарийским и хорошо известный на Руси, повествует о том, что первый христианский император Константин перед огромной битвой с жестоким и сильным противником среди бела дня увидел на небе изображённый звездами огромный сияющий крест и надпись «Сим знаменем победишь!». Константиновский крест, традиционно изображавшийся с расширяющимися концами, был неотъемлемой частью русской военной символики, по крайней мере с XVII века5. Победа и служение были главными коннотациями, связанными с этим символом. Изображение Константина в Святых сенях, располагавшееся напротив дверей с Красного крыльца, первым попадало в поле зрения всех, направлявшихся на аудиенцию к Московскому царю. Символический акцент здесь очевиден. По точному определению историка И.Е. Забелина, «вся историческая стенопись стен (Святых сеней. — Е.Б.) обнаруживала помыслы о всемогуществе Божием и победах над врагами царя православного в назидание приходившим послам и иноземцам, особенно иноверным»6. Историк также указывал, что в 1678 году «Видение царя Константина о кресте» в Святых сенях было заново написано на том же месте специально для встречи очередного польского посольства7.

Столь зримая и мощная традиция, как кажется, сохранилась до XIX века. В полном соответствии с этим своего рода каноном Фельдмаршальский зал Зимнего дворца, открывавший вход в Малый тронный, был посвящён славе русского оружия. В рамках концепции созданного зала здесь появились портреты шести фельдмаршалов Российской империи — П.А. Румянцева-Задунайского (худ. Ф. Рисе), Г.А. Потёмкина-Таврического (худ. А. Виги), А.В. Суворова-Рымникского (худ. Н.-С. Фросте), М.И. Кутузова-Смоленского (худ. П. Басин), И.И. Дибича-Забалканского (худ. П. Басин), И.Ф. Паскевича-Эриванского (худ. Ф. Крюгер). Портреты фельдмаршалов появились в зале в 1834 году, то есть сразу по окончании работ по созданию помещения и, судя по картине С.К. Зорянко «Интерьеры Зимнего дворца. Фельдмаршальский зал» (1836 г.), располагались по обеим стенам. <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Екатерина II. Чесменский дворец // Императрица Екатерина II. О величии России. М., 2003. С. 464—476.

2 Одним из наиболее очевидных примеров в данном случае могло бы стать распространённое в течение долгого времени представление о том, что после восстания декабристов по приказу Николая I из галереи 1812 г. были вынесены портреты декабристов — участников Наполеоновских походов. Сейчас, однако, достоверность этих данных подвергается сомнению. Об этом см. подробнее: Подмазо А.А. Декабристы и Военная галерея // Эпоха 1812 года. Исследования. Источники. Историография. VI. Сборник материалов. К 200-летию Отечественной войны 1812 года. М., 2007. Вып. 166. С. 203—215.

3 Пилявский В.И. Новые интерьеры в стиле классицизма // Эрмитаж. История и архитектура зданий / Под ред. В.И. Пилявского, В.Ф. Левинсона-Лессинга. Л., 1974. С. 89.

4 Об этом см. подробнее: Болтунова Е.М. Тема войны в декоре российских императорских дворцов XVIII — первой половины XIX в. // Воен.-истор. журнал. 2010. № 12. С. 44—49.

5 Вилинбахов Г.В. Легенда о «Знамении Константину» в символике русских знамён XVII—XVIII вв. // Труды Государственного Эрмитажа. XXIII. Л., 1983. С. 26—41.

6 Забелин И.Е. Домашний быт русских царей в XVI и XVII столетиях. Кн. 1. Государев двор или дворец. М., 1990. С. 216, 217.

7 Там же. С. 217.